— Его сын награжден медалью.
Леви фыркнул:
— Его наградили, потому что он несговорчивый, подлый и жестокий. Его никогда не волновало, в какую историю он вмешивается. Я не называю это храбростью. Это глупость, вот как я считаю. Джексоны испорчены. Ни один из них мне не нравится. Более двадцати лет я бывал в хижине Джексона. Ни разу ни один из них не предложил мне хотя бы банку пива. Не помог мне грузить бочки, а они ведь такие тяжелые. Понимаете, теперь, когда Фред потерял ноги, я и не жду от него помощи, но этот бугай Митч только ухмылялся, наблюдая, как я надрываюсь.
Он снова фыркнул:
— Другие фермеры всегда угощают меня пивом и мне помогают, но только не Джексоны.
Он заглянул внутрь консервной банки, поскреб в ней и что-то отправил в рот.
— Все эти разговоры о том, что Митч Джексон — гордость нашего города, меня бесят. Хорошо только то, что город от него отделался.
От Леви я не узнал ничего нового, все это мне уже выложил Везерспун.
— Ну а внука вы встречали?
— Один раз. Я приехал на грузовике, он стирал белье в лоханке. Наверное, Фред заставлял его отрабатывать за жилье и еду. Как только он увидел меня, ушел в дом, а Фред вышел ко мне. Я с мальчишкой ни разу не поговорил. Наверное, ему жилось плохо у этого жлоба, поэтому он сбежал от него, как только Митча убили. Это случилось почти шесть лет тому назад.
— Так ему примерно около четырнадцати?
— Наверное. Худенький парнишка, не похож ни на Фреда, ни на Митча. Я частенько задумывался, правда ли, что он сын Митча. У того была физиономия, которую можно видеть на извещениях полиции о розыске преступников. Мальчишка был породистый. Даже в школе говорили об этом. Утверждали, что он совсем другой. Благородный. По всей вероятности, он пошел в мать.
— Знаете что-нибудь о ней?
Леви покачал головой.
— Никто не знает. Возможно, какой-то роман, о котором Митч не упоминал. Заморочил голову какой-то девчонке и был таков. Он не пропускал ни одну юбку в районе. Не знаю, может, у мальчишки такие же наклонности. Помнится, разок я видел там девчонку.
Он задумался, потом кивнул несколько раз головой.
— Это было всего лишь месяца четыре назад, через много времени после того, как мальчишка, как мы считаем, сбежал.
Не показывая заинтересованности, я равнодушно спросил:
— Расскажите мне про нее.
— Я видел ее мельком. Она стирала белье, совсем как тогда стирал его Джонни в лоханке возле хижины. Как только я вывернул из-за поворота, она убежала в дом и исчезла. Когда появился Фред, я спросил его, не нанял ли он работницу, но он в ответ заворчал. Ничего иного я от него и не ожидал. Я-то решил, что он выписал к себе из города эту девчонку, чтобы она заменила мальчика. Признаюсь, мне стало любопытно, я порасспрашивал кругом, но никто не знал, что у Фреда работала девчонка.
Он пожал плечами.
— Больше я ее ни разу не видел.
— Как она выглядела? Сколько ей лет?
Он облизал ложку, которой ел, и сунул ее себе в карман.
— Молоденькая, тоненькая, с длинными волосами. Я сразу посмотрел на ее волосы. Они достигали ее талии и были бы очень красивыми, если бы она их помыла.
— А как она была одета?
— Джинсы и что-то сверху. Не помню. Может быть, Джонни-то был все еще у деда, а она с ним развлекалась. Фреду до этого не было бы никакого дела. Он же не обращал внимания на то, как Митч крутил с девушками.
Он помолчал, потом с хитроватой улыбкой осведомился:
— Ну и как, у меня получается?
— Еще один вопрос. Мне сказали, что Митч был нелюдим. Неужели у него не было ни одного друга?
Леви поскреб бороду.
— Нет, был один проходимец, с которым Митч болтался вместе. Такой же паршивец, как и Митч. Слова доброго не заслуживал.
Он посмотрел на потолок.
— Что-то никак не припомню его имени.
Я вытащил вторую пятерку, но держал ее от него на почтительном расстоянии. Он внимательно посмотрел на деньги, почесал бороду в другом месте и только после этого кивнул.
— Да, вспомнил… Сид Воткинс. Его призвали одновременно с Митчем. Город радовался, глядя, как они вместе уезжают. Его отец и мать были уважаемыми людьми. У них была бакалейная лавка в городе, но когда жена умерла, мистер Воткинс отошел от дел. Один он не смог бы управиться, но а Сид не работал ни единого дня за всю свою жизнь.
— Они были приятели?
Леви состроил гримасу.
— Этого я не могу сказать. Не знаю. Но они вместе совершали набеги на соседние сады и огороды и всюду появлялись вдвоем. Когда Митч затевал ссору, Сид не вмешивался, просто наблюдал. Я бы сказал, что он был мозгом, а Митч — исполнителем, мускульной силой.
— Он вернулся домой после войны?
— Нет. Время от времени мы пропускаем по стаканчику с его отцом. Старик все еще ждет весточку от сына, но до сих пор не получал. Единственное, что ему известно, это что Сид демобилизовался, возвратился в Штаты, а потом куда-то исчез. Я не сомневаюсь, что он попал в дурную компанию.
Я немного подумал, потом протянул ему пятерку.
— Если я надумаю что-то еще, я снова вас разыщу, — сказал я. Мне не терпелось выбраться из сарая и вздохнуть свежего воздуха, пахнувшего травой и цветами. — Вы всегда бываете здесь в это время?
— Точно, — ответил он, пряча деньги.
— Как мне добраться до жилища Фреда?
— Вы на машине?
Я кивнул.
— Он живет приблизительно в пяти милях отсюда.
Леви подробно проинструктировал меня в отношении дороги.
— С Фредом будьте поосторожнее… Он дурной человек.
Мне было о чем подумать. Я вернулся к своей машине и отправился в Аллигатор Лейн.
Проезжая по главной улице, я заметил офис шерифа и подумал, стоит ли мне остановиться и представиться ему. Из прошлого опыта мне было известно, что некоторые шерифы относятся враждебно к посторонним оперативникам, собирающим сведения на их территррии, но я решил, что мне сперва надо поговорить с Фредом Джексоном. Он обратился к нам с просьбой разыскать его внука. Возможно, он хотел провести расследование втайне.
Эйб Леви предупредил меня, что перед поворотом на Аллигатор Лейн нет указателя, и велел мне искать узенькую проселочную развилку на шоссе, полускрытую кустами бузины. Я ее вовремя заметил, поскольку на шоссе не было других машин. Осторожно свернул на нее и поехал по этой петляющей, неровной колее, по обе стороны которой росли густые деревья. Через пару миль аллея расширилась. Это, вероятно, было место, где могли стоять грузовики, прежде чем отправиться по односторонней колее к шоссе.
Я понял, что приближаюсь к хижине Джексона, по отдаленному кваканью лягушек. Я медленно ехал дальше. Аллея вновь сузилась и внезапно резко свернула вправо. Проехав совсем немного, я увидел деревянную хижину, колодец с ведром возле входной двери, скамейку под одним из давно немытых окон и бочку для лягушек.
Итак, я приехал.
Остановившись, я выключил мотор, затем дотронулся до клаксона. Ничего не произошло. Ничего, кроме кваканья лягушек, не было слышно.
Подождав, я посигналил погромче.
И снова ничего.
Очевидно, Фред Джексон ловит своих лягушек. Я вылез из машины. День был невыносимо жарким. Деревья преграждали доступ ветерку, если такой имелся. Несмолкаемый лягушачий концерт действовал мне на нервы. В этих звуках мне чудилось что-то почти человеческое: так старики откашливаются перед продолжительной речью, чтобы побороть смущение.
Я закурил сигарету и принялся изучать хижину. Вообще-то это был добротный дом, выстроенный из сосновых бревен. Судя по его размерам, в нем имелась просторная общая комната и пара спален.
Входная дверь приоткрыта.
Я начал потеть от жары. Это, в сочетании с лягушачьим концертом и уединенным местом усилило мое напряжение. Мне чудилось что-то жуткое в царившей здесь атмосфере.
Я прошел к входной двери и постучал.
Мне никто не ответил, поэтому, постучав вторично гораздо сильнее, я распахнул дверь. Ржавые петли пронзительно завизжали, и я вздрогнул.
Стоя на пороге большой комнаты, я вглядывался в царивший здесь полумрак. Помещение было обставлено всяким старьем. Потом я увидел Фреда Джексона, который сидел за большим столом. Что это он, я понял по тому, что у бородатого крепыша за столом не было ног. Перед ним стояла тарелка с какой-то едой. Я не мог разглядеть, что это, потому что тарелка была покрыта тучей мух.
Мои глаза повернулись в сторону огромной лягушки, которая сидела на дальнем конце стола, наблюдая за мухами. Она посмотрела на меня своими выпученными глазами, потом прыгнула, шлепнулась на пол и исчезла.
— Мистер Джексон… — начал было я, потом остановился.
Человек за столом продолжал сидеть. Мои глаза уже успели привыкнуть к полутьме. Я вошел внутрь.
— Мистер Джексон…
Мухи жужжали, при моем приближении разлетелись, чтобы снова вернуться на остатки того, что лежало на тарелке.
