— Вот даже как? — красавица приподняла изысканные брови. — Ну смотри, сама напросилась!
И тут же начала вытягиваться в росте и меняться лицом.
Больше они в тот вечер о космосе не говорили ни о космосе, ни о заговоре.
А на следующий день Даари впряглась по-настоящему.
Сделать было нужно много чего.
Во-первых, в тайну пришлось посвятить Саюру, Лаили Канно и Гешвири. На это дал добро Сантир (спрашивать Дракона о такой мелочи Даари не стала), а вот рассказывать что-то Саннин Жонтар он категорически отсоветовал.
— Я и для госпожи Утреннего Лотоса сделал исключение в существующих правилах, — пояснил он. — И только потому, что вы за нее ручаетесь, — он чуть улыбнулся. — Она-то всем доказала, что полностью вам лояльна. Пойти на публичную Желтую дуэль даже для дочери клана непросто... Жалко, у меня выбраться тогда не получилось.
Даари постаралась никак не выразить своего смущения этими словами.
Сантир тут же посерьезнел:
— На самом деле у Утреннего Тигра-и-Лотоса есть определенная репутация... Даже если она преувеличена, как минимум, они всегда оставались верны союзникам и никогда не разбалтывали государственные тайны. Барышня Жонтар, при всем моем заочном к ней уважении, тем же самым похвастаться не может.
Однако совсем уж таиться от Саннин Даари не хотела, поэтому, посовещавшись с Гешвири, дала ей понять следующее: Владыка дал Даари некое секретное поручение, подробно говорить о нем она пока не может, но постарается ввести Саннин в курс дела при первой же оказии.
Младшая фрейлина на это поклонилась и сказала:
— Недостойная постарается заслужить доверие.
— Вот и молодец, — сказала ей Даари как можно теплее. — Думаю, что заслужишь.
Саннин продолжала оставаться полезной и услужливой: она полностью взяла на себя управление резиденцией, что было очень кстати, поскольку о расслабленном режиме с проживанием на космодроме неполную неделю пришлось забыть. Даари теперь находилась в Сааре почти безвылазно.
Несмотря на то, что «подпольные» помещения, связанные с теневой космической программой, на Саар-Доломском космодроме не впечатляли и вообще ютились в закутках гигантского комплекса, по ряду логистических и исторических причин оказалось удобно сделать это место управляющим центром. Туда непрерывно стекались данные со всей Цивилизации, и Сантир все это разруливал — параллельно с основной работой старшего специалиста в лаборатории (в качестве помощника Даари он особенно не напрягался даже когда она не знала о его тайной деятельности).
Даари пока мало что умела, но старалась добросовестно выполнять приказы Сантира. О да, это были приказы — хотя и замаскированные под просьбы. Даари быстро поняла, что Алат стал ей именно начальником и своего рода ментором; она не обольщалась тем, что никакой официальной должности ни у него, ни у нее во «вложенном» космическом проекте не было.
При этом Сантир Алат оказался руководителем совсем иного рода, нежели принцесса-министр Тая. Он любил разыгрывать несколько ролей одновременно («я свой-в-доску-парень, который изображает неуклюжего и неуживчивого гения» — это тоже была всего лишь роль, под которой Даари быстро научилась видеть собранного и малоэмоционального профессионала), очень тонко чувствовал людей и не забывал держать в голове массу социальных нюансов. Например, Даари не сразу сообразила, что, в отличие от нее, он ни на минуту не забывал, что она, вообще-то, старшая супруга, одна из высшей — нет, высочайшей! — элиты Цивилизации. А он сам на этом фоне хоть и нужный специалист, выполняющий тайное поручение Владыки, но почти никто.
С другой же стороны, он — фактический лидер важнейшего государственного проекта, а Даари — мало что умеющий стажер, которого ему навязали по блату и которого приходится натаскивать. То есть он умудрился поставить себя так, что постоянно Даари на что-то натаскивал и тыкал ее носом в ошибки — но при этом уважительно, с юмором и не допуская ни малейшей непочтительности.
Даари решила, что если они когда-нибудь все-таки наткнутся на пресловутых злобных инопланетян, нужно будет сделать Сантира начальником дипломатической службы. Пока-то дипломатия в Цивилизации в загоне: договариваться особо не с кем.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Никогда еще Даари не было так сложно жить — даже во время подготовки к Большому турниру в Академии ей приходилось проще. Но при этом и такого удовлетворения от работы она никогда не чувствовала: наконец-то она вносила вклад в настоящее большое дело.
К тому же Даари никогда еще так интенсивно не училась. В качестве временного секретаря (с прицелом на будущего зама) Алата она помогала сводить вместе графики работы разных лабораторий и производственных объединений по всей Цивилизации — почти всегда в условиях, когда те и не догадывались, что им надо работать слаженно, — разруливала всякого рода накладки, ассистировала во время совещаний посвященных в тайну конструкторов и руководителей высокого ранга... Последнее, правда, закулисно: статус Даари был слишком высок, чтобы подавать Сантиру папки с документами. Поэтому Даари «сидела на магфоне», как это называлось в их маленьком штабе, а папке подносили другие.
Так-то помощников-аналитиков и координаторов у Сантира оказалось с десяток; в основном, девушки, и в основном — тоже выпускницы Академии, но не из топовой прослойки самых честолюбивых, а наоборот выходцы из низов. Для них учеба в Академии сама по себе стала социальным лифтом, и всерьез на что-то грандиозное, вроде как в самом деле стать супругой Владыки, они не рассчитывали. Зато были лояльны, упорны, профессиональны и готовы работать на результат, отставив в сторону мечты о громкой славе. Сперва Даари подумала, что они тихие и неамбициозные (и даже удивилась, как девушки такого склада сумели закончить Академию); потом поняла, что ошиблась: просто их амбиции были направлены не на блеск, а на достижения, в том числе и на коллективные — редкое качество! Почти все, кстати, оказались замужем; те, что постарше — даже с детьми.
Ни с кем из них Даари не стала даже приятельницей. Они не завидовали ее взлету, но сближению мешал, во-первых, высокий статус Даари, во-вторых, банальный недостаток времени: Алат загружал ее по максимуму, а ведь были еще и «дворцовые» обязанности. Правда, они пока сводились по большей части к обслуживанию ее беременности, но ходить на медосмотры и как следует высыпаться тоже требует времени!
Тут Даари хорошо прочувствовала, насколько важным кадровым резервом была Академия. За девять лет Дракон как ректор успевал отлично изучить большую часть адепток, но не только с тем, чтобы выбрать лучших из лучших для, так сказать, собственного пользования — а еще и найти подходящих людей для таких вот малоафишируемых государственных проектов.
Впрочем, люди с другой биографией в этой команде тоже попадались. Двое оставшихся «секретарей» Алата оказались мужчинами средних лет, специалистами по кризисному управлению. С одним из них, совсем пожилым, Алат разговаривал крайне почтительно. Не то что не отдавал приказов, а интересовался мнением и, как правило, поступал так, как тот советовал. Даари сделала выводы и попыталась учиться у них насколько возможно — к их чести, они общались с ней абсолютно профессионально, не делая скидок на ее беременное состояние, которое с каждым днем делалось все более отчетливым, и не робея перед ее статусом.
Она стала редко появляться в своем прекрасном кабинете с отличным видом: некогда. Большую часть времени Даари пропадала в специальном координационном зале (одном из «подпольных») или вовсе в кабинете Алата. Поэтому она немало удивилась, когда ее вызвала к себе принцесса Тая и довольно холодно произнесла:
— Смотрю, вы решили делать карьеру в отрасли без моей помощи.
— Не понимаю, о чем вы, — Даари думала, что принцесса спросит, где Даари прохлаждается в рабочее время и стоит ли ей вообще притворяться, что работает тут. Соответственно, она была готова либо оправдываться учебным процессом и вниканием в дела космодрома, либо пойти в контр-наступление и заметить, что принцесса Тая пока не дала ей никакой задачи. Неожиданным началом принцессе удалось выбить ее из колеи.
