— И защита, — прошептала я, — Белая армия Андариона, о которой все знают. Воины, жены и дети которых ждут возвращения отцов и мужей в Витруме и других поселениях Пустоши….
Я встретилась взглядом с Адамом. Голубые глаза воина блестели от гнева. Он сжимал кулаки, сохраняя внешнее спокойствие. Эбен тоже выглядел напряженным и, кажется, ему тоже было о чем сказать. Но он терпеливо ждал, наблюдая за белым воином.
— Если бы полегли только солдаты. В приграничье погибнут все жители. С Флюменом и Минасом нет связи. Мы не можем отправить к ним людей, поскольку повстанцы окружили город. Война с ними не окончена, но наша численность упала в разы. Не говоря уже о том, что город кишит предателями.
Меня будто током ударило. Я опустила ноги и схватилась за голову.
— Флюмен? Но… Там же Розмари! Если Деметра не вывезла ее, то…
— Эмбер, тише, — Адам положил мне руку на колено, напрягаясь, — Помни о ребенке. Сохраняй спокойствие. Тебе придется быть сильной.
— Да, — я инстинктивно положила руку на живот, — Ты прав. Я постараюсь. Но мне нужно будет узнать, как она. Я свяжусь с Деметрой.
— Я сам свяжусь с ней, — подключился Эбен, — Тебе лучше избегать общения с ней.
Я отстраненно закивала. А сама наперед думала о том, когда я это сделаю сама. Если Эбен меня не опередит, то неприятного общения с бывшей Старшей Дома Мира мне не избежать.
— Значит Андарион пустит ракеты, чтобы уничтожить приграничные сектора? И как скоро? Они знаю о том, что Сильва выстояла?
— В этом то и проблема. Я подозреваю, что главнокомандующий Роуганс был предателем. Нет, я даже уверен в этом, но не могу доказать его вину. Когда мы зачистили город и провели срочный созыв командования, он уверил нас, что все решено. Город под куполом знает о предательстве. Но… Он покидает Сильву завтра в полдень. Мы обеспечим прикрытие для того, чтобы Роуганс добрался до Андариона с личным докладом.
— Бежит из города, — первым озвучил догадку Эбен.
— Да. И у нас останется очень мало времени для экстренной эвакуации. Не говоря уже о том, что повстанцы не прекращают обстрел Сильвы.
— Мы тут все погибнем, — прошептала я, опуская лицо в ладони, — Безумие…
— Нет, — твердо ответил Адам, — У меня есть план, но я не знаю сработает ли. Эбен оказался здесь очень кстати.
Вот сейчас стало не по себе. Я подняла глаза к мужу и увидела в его голубых глазах то, чего так опасалась — самопожертвование.
— Без тебя из города я не уйду!
Парни переглянулись. Супруг выдохнул, а Эбен поднялся на ноги, хлопнув белого волка по плечу.
— Ты ее не уговоришь. Удачи, я оставлю вас ненадолго.
— Он знает?
— Да, — с кривой улыбкой ответил блондин, оборачиваясь в сторону удалившегося из кухни брюнета, — Решил попросить его заранее.
— Попросить о чем?
— Стать твоим супругом на случай… На тот случай, если я не успею выбраться.
От услышанного ком в горле встал. Боль и обида завладела мной настолько, что было трудно вздохнуть. Я не могла поверить, что Адам говорит этот всерьез.
— Ты жуткий эгоист, Адам.
— Эмбер, я беспокоюсь о твоем будущем и о будущем нашего ребенка.
— У нашего ребенка уже есть отец! — Я встала из-за стола, — И никто другой его не заменит.
— Послушай, — блондин успел подняться и схватить меня за руку, развернув к себе. Даттон крепко удерживал меня в объятиях, когда я от обиды была готова его убить, — Я сказал это только чтобы защитить вас. Мне важно знать, что в случае проигрыша вас не обидят. Он обещал защищать вас и только.
— Ты продолжаешь считать, что я люблю Эбена. Ты ведь сказал не о заботе! Ты сказал — будет мужем!
— Я сглупил. От ревности быть может, да. Иногда я правда считаю, что с Эбеном твоя жизнь была бы другой.
— Какой?
— Безопасной!
Он вырвал это слово с болью и хрипом. Я не видела в его глазах столько вины, сколько увидела сейчас. Сердце сжалось. Адам будто озвучил мои страхи, но в отношении него.
— А мы с тобой два сапога — пара. Я ведь тоже считаю, что испортила твою жизнь.
Из глаз брызнули слезы, но улыбка светилась на губах. Я чувствовала, как командующий крепче прижимает меня за талию, как жар его дыхания ощущается на коже и как мои уста накрывает горячий поцелуй примирения.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Придется менять планы, — прошептал Адам, нехотя отстранившись, — Я выведу всех, кого смогу. Остальных будем прятать.
— Вот это мой муж, — довольно ответила я, обнимая его за шею, — Ты должен увидеть рождение нашего ребенка. Это твоя обязанность. Я сделаю все, чтобы не волноваться, а ты, чтобы встретиться с ним лично.
— Я постараюсь…
— Адам?
Парень поднял голову и тихо усмехнулся.
— Хорошо, я обещаю!
Глава 24. Обещание
Примирившись с супругом, мы отправились спать. Пожелали добрых снов Эбену, которому пришлось спать на раскладной кровати прямо на кухне под двумя одеялами. Но лучше так, чем не спать в госпитале. Все разговоры оставили на утро. Вставать в пять. Адам должен покинуть нас рано, чтобы осуществить план и первым приступить к подготовке.
Но пока я лежала на его плече, обнимая руками грудь воина и никак не могла заснуть. В слабом свете, исходящим от освещения улицы, я могла разглядеть черты лица командующего. Его профиль, губы, мускулы и неровные борозды старых травм. Белый волк мирно посапывал, пребывая в полном спокойствии. По крайней мере, мне так казалось.
Я больше не злилась на Адама. Его действия в отношении меня предсказуемы. Он прожил жизнь в служении Андариону, но сердце отдал Пустоши. И теперь готов погибнуть вместе с ней. Но я не позволю этому случится. Мне уже удалось вытащить Сильву из окружения, смогу помочь и в другой раз. Все-таки что-то от пустынного ската во мне осталось.
— Эмбер, просыпайся, — послышался приятный низкий голос. Я почувствовала, как супруг мягко потрясывает меня за плечо, — Доброго утра! Я приготовил завтрак. Эбен уже освободил душ, ты можешь свободно посетить его и присоединяйся к нам.
— Ммм, как же хочется спать… А который час?
— Ровно пять. Мне скоро в штаб, ты знаешь.
Парень наклонился ко мне и поцеловал в губы. Он улыбался и выглядел бодро. Как только Даттону это удается?
— Я бы хотела остаться с тобой в кровати на целый день, — устало протянула я, присев, — Чертовски несправедливо.
— Знаю, Эмбер, знаю. Но все наладится.
— Когда-нибудь.
Возможно. Но мне слабо верилось в то, что мы научимся жить по-другому. А пока ранние подъемы, смены жилья и постоянный стресс. Я уже находила у себя пару седых волос на голове. Еще месяц и их станет больше. И это в мои-то годы!
Приняв душ и переодевшись в домашнюю робу, я собрала волосы на затылке, после чего вышла к своим мужчинам. На кухню зашла, ощущая приятные запахи завтрака. Снова колдовал Адам.
В отличие от вечера, сегодня Эбен пребывал в плохом расположении духа. Либо ему, как и мне, ранние подъемы приходятся не по вкусу.
— Все так и шумят? Это не прекращалось? — Я присела на стул напротив лекаря. Тот кивнул.
— Они всю ночь улицы зачищали. Смолкли к трем утра, а теперь по новой, — пробормотал брюнет, — На устройство связи пришло оповещение от Андариона. Городские без зазрения совести сообщают, что контроль над Приграничьем почти потерян.
— Эмбер, — Адам обернулся к нам и поставил передо мной тарелку с белковой кашей, — Еще твое устройство сработало. Пришла весть от Итана.
— Ты прочитал?
— Не хотел, но пока отключал его, чтобы не разбудить тебя… В общем…
— Что там?
— Он пытается надавить. Наверняка у Архитектора здесь есть свои люди, и он пользуется ситуацией, чтобы показать тебе контроль над ситуацией. Однако волноваться не о чем.
— Как это не о чем? Его люди знают, что я выжила, а волноваться не стоит?
Блондин посмотрел мне в глаза, а затем спокойно переключился на свою порцию каши. Адам все так же спокоен.
— Итан проявляет признаки паники. Возможно, он понимает, что город падет и хочет получить информацию о блоке сейчас. Ситуация обострилась. Ему действительно есть о чем переживать.
