Читаем без скачивания Убийственное меню - Иоанна Хмелевская

Спасла капуста. Ну как она могла забыть столь веский аргумент?

— А капуста, если хочешь знать, вовсе и не молодая была! — торжествующе бросила Марина. — Старая она, еще прошлогодняя, и видишь, какая получилась! Так что я уже немного сэкономила, но могу пока отказаться от сотового. А вот новое платье купить просто необходимо. К старой горжетке…

Кароль замер с пальцем на телевизионном пульте. Сопоставление стоимости капусты и Марининых туалетов явно превосходило его математическую выдержку. И опять положение спасла Юстина; она не дала возможности тетке продолжить претензии, а дяде — ответить этой идиотке, как та того заслуживает.

— Горжетку хорошо бы взять ту, из голубой норки, — протянула она мечтательно, — тетечка в ней давно не показывалась в свете. И очень подходит к черному. А вам, тетечка, придется быть в черном. — И, срываясь с места, предложила:

— Не станем откладывать, пошли посмотрим, я с таким удовольствием одену вас! А дядя все равно не разбирается в дамских туалетах, как и все мужчины.

Психологическая атака увенчалась успехом. Кароль включил телевизор, с облегчением подумав, что спокойно посмотрит новости, Марина же, несколько ошарашенная, послушно двинулась за племянницей в свою гардеробную.

И только при виде голубой норки немного пришла в себя.

— «В черном, в черном», — проворчала она. — На похороны я иду, что ли? Может, мне еще траурную вуаль прицепить?

— Никаких вуалей, лицо тетечке сделали отлично, — безжалостно возразила племянница. Теперь изображать энтузиазм не было необходимости. — Но ведь человек состоит не только из лица, хотя косметичка у вас просто кудесница. И повесьте на место это платье. Переливающийся шелк, да еще цвета электрик, демонстрирует фигуру в полном объеме… к сожалению. Так что или — или. Или тетя за неделю похудеет минимум на десять килограммов, или остается только матово-черное. А еще лучше сбросить двадцать кило.

— За неделю? — не поверила свой ушам Марина.

— Вот именно, за неделю не выйдет, потому я и говорю о черном. А двух недель хватило бы, вот тетка моей подруги за шесть дней похудела на шесть с половиной кило, а старше вас… минутку… да, на пятнадцати лет. А вообще она худее тети на… да, килограммов на сорок. Тот, кто знал ее прежде, при встрече так и падал. И до сих пор держится! А разве вы, тетечка, хуже?

О нет, Марина не хуже. И не хочет быть хуже. С какой стати ей быть хуже?

— Ну ладно. Как она это сделала?

— Мне очень жаль, но на нее свалился невроз.

— Что свалилось?

— Сильное нервное расстройство, по семейным обстоятельствам. Так она неделю ничего в рот не брала, просто не могла есть. Пила только чай без сахара. И больше ничего. Сильно ослабела, так что этот способ не рекомендуется. Тетя бы выдержала и не ослабела, но требуется сильное нервное расстройство, без него не получится.

Тут девушка подумала, что вообще напрасно рассказывает тетке о данном прецеденте. Этот способ явно не для нее. В нервном расстройстве тетка обычно ест с удвоенной энергией. Пришлось срочно поискать более подходящий пример.

— А вот еще одна, молодая и очень толстая, сбросила целых пять с половиной кг за неделю! Села на диету, супчик из капусты и лука на воде, допускается кое-какой фрукт и даже рыбки немножко, но не советую, лучше обойтись одним супчиком, в нем содержатся все необходимые человеку витамины и микроэлементы, а также прочие гадости. А успех гарантирован!

Словечко «успех» Марине понравилось. Она еще не была в состоянии предвидеть все предстоящие ей муки, на которые добровольно обрекала себя, но эффект манил. Так хотелось добиться успеха и утереть нос всем завистницам, а главное, Каролю!

— Вот это черное матовое, — тряхнула она платьем на плечиках, — но, может, лучше другое черное, в серебристую крапинку, в котором я была, когда гости на бридж приходили?

— Что ж, черное в крапинку подойдет, — процедила Юстина сквозь зубы. — Примерьте.

Уже тогда, на бридже, Марина натянула его на себя с превеликим трудом, а со времени последней пятницы прибавила не меньше килограмма, а то и кило с четвертью. Во всяком случае, молния никак не застегивалась. И опять безжалостная племянница произнесла роковое «или-или».

— Или замок полетит, или тетя должна еще хоть немного похудеть. И еще советую как следует оглядеть себя в трельяже. Да не так, а сбоку.

Не помогло оптимистическое самомнение. В профиль Марина увидела сплошные выпуклости, туго обтянутые блестящей тканью. Какой ужас!

— Кароль прав. Вылитые автомобильные покрышки.

— Что? — не поняла племянница.

— Это Кароль так отзывается о моей фигуре, когда хочет меня уесть. Помоги мне стащить платье.

Остальные варианты примерялись уже в молчании, без комментариев. Когда все возможности оказались исчерпаны, из глаз Марины потоком хлынули слезы.

— Ну вот, сама видишь, надо обязательно купить что-то новое, побольше размером. Или сшить. Искусная портниха сумеет выбрать такой крой, что человек выглядит… не таким уж толстым.

— Так то человек, а тюлениха так тюленихой и останется. А платье какое красивое! Нет, не в крапинку, а вот это, с голубоватым оттенком. Как создано под голубую норку!

— Так ведь некогда вместе и покупались, — всхлипнула Марина.

— И что теперь вы с ним собираетесь делать? Отправите бедным афганским детям?

— Зачем детям в Афганистане шифон-велюр? — прорыдала тетка, одновременно доказывая, что еще что-то соображает. — Уж им скорее пригодился бы мех, но не голубая норка, а овчина какая…

Жалея об отсутствии врожденного садизма, Юстинка наскребла в себе всю имеющуюся вредность и принялась излагать заранее продуманный план действий:

— Если учесть имеющийся у вас корсет, этот велюр-шифон уложится в пять сброшенных килограммов. Неделя страданий — и гром с ясного неба, тетя всех убьет! А если обойтись без дотаций, дядя вас станет любить, как прежде, уверена. Мы с Хеленкой за вами присмотрим и поможем. Кроме супчика, очень помогает ежедневный моцион, женщина худеет с ног. Неплохо бы и танцевать по вечерам. Так что решайтесь, все в ваших руках.

Марине и решать не надо, она уже поняла — надо худеть, деваться некуда, но вот выдержит ли? Уже сейчас, от всех этих нервных передряг, в ней разыгрался жуткий аппетит. Надо бы перекусить, ну хоть шоколадку, хоть вафельку, хоть блюдечко желе со взбитыми сливками. Да ту же капустку со свиным шницельком…

Захотелось бросить раскиданный по полу гардероб… или нет, попросить Юстину опять все развесить, а самой смыться в кухню и подкрепиться украдкой.

Юстина без труда разгадала замыслы тетки.

— И если решаетесь, то начинать немедленно, — прокурорским тоном заявила она. — Прямо сейчас. Очень помогает, если представить себя заточенной в подземелье какого-нибудь средневекового замка без воды и пищи. А тут я прихожу на помощь и украдкой посылаю вам спасительный супчик. И вообще я займусь вами, пожертвую собой, хотя послезавтра у меня первый экзамен, но могу пойти с вами на прогулку. Нет, прогулка — это семечки. Нужно что-то посерьезнее. О, придумала, отправимся в «Ошолом» за ингредиентами для диетического супчика и встанем в самую длинную очередь. Километра два пройдете, как пить дать, и завтра не досчитаетесь целого килограмма. А супчик начнем уже сегодня.

— Есть? — хищно спросила Марина.

— Нет, готовить.

* * *

И Марина покорилась. Позволила вытащить себя из дому, позволила сесть Юстинке за руль и отвезти себя в супермаркет. Испытывая при этом адские муки голода, ощущая внутри прямо-таки космическую пустоту. Потом пришлось пробежаться с полкилометра до нужных прилавков, и там Юстина разрешила ей покупать какие угодно продукты, но при условии, что для проклятого супчика они все закупят первым делом. С мечтой устроить себе тайную вечерю в укромном уголке возвращалась Марина домой, и мечта эта даже усмирила голод.

При въезде на их улицу образовался затор. Столкнулись две машины, обошлось без человеческих жертв, но пришлось ждать, пока прибудет полиция и провернет свою работу, а потом ждали прибытия крана, чтобы убрать с дороги самосвал и сплюснутый фургончик прачечной.

У Марины маковой росинки во рту не было, не считая минеральной воды, которой Юстинка ее регулярно поила. Поэтому Марина разработала дьявольски хитрый план: идти домой пешком. Расчет строился на том, что Юстинка останется ждать в машине, а она тем временем успеет подкрепиться вдали от бдительного ока племянницы.

Но племянница тоже оказалась не промах, нашла выход из положения: позвонила домой. Пропадать, так с музыкой. Два года жизни в шалаше ей уже гарантированы, что терять нечего. В волнении набрала номер телефона дяди.

— Прошу меня извинить, но мне надо переговорить с Хеленой, даже если она спит.

— Судя по звукам, еще не спит. Минутку.

И после недолгой паузы:

— Это Юстинка, да?