инструментом для отмывания денег.
Если бы не неправительственная международная организация по борьбе с коррупцией Transparency International, которая активно выражала обеспокоенность ситуацией с «золотыми визами», может, никто в британской политике и не сделал бы ничего для того, чтобы изменить ситуацию. Под давлением Transparency International британское правительство изменило правила выдачи виз Tier 1. Сейчас заявители должны сначала открыть банковский счет в Великобритании и только после этого могут подать заявление на получение визы. Однако и здесь есть крайне примечательный момент: можно было ожидать, что государство введет новые правила сразу, но на самом деле произошло по-другому. О том, что новые меры вступят в силу, публично объявили за полгода до их введения в начале 2015 года. Как итог, за вторую половину 2014 года, пока еще действовал «льготный» период, количество заявителей резко выросло[339]. (Великобритания окончательно отказалась от схемы «золотых виз» в феврале 2022 года, всего за несколько дней до начала боевых действий в Украине.)
В-третьих – этот пункт несколько менее масштабный, чем первые два, но все же потенциально значимый, – закон о клевете в Великобритании, в отличие от США, однозначно защищает интересы людей с большими деньгами, а не сторонников свободы слова[340]. За последние годы в стране не раз проходили судебные процессы, инициаторами которых выступали недовольные той или иной публикацией богачи: они тащили журналистов или писателей в лондонские суды, зная, что закон, скорее всего, будет на их стороне, а также что для любых публицистов судебные издержки будут неподъемными. Причем британское законодательство печально известно тем, что в случае с делами о клевете суды рассматривают даже иски, где ни истцы, ни ответчики не имеют никакого отношения к Соединенному Королевству, – развилась целая «туристическая индустрия» по судам о клевете для сверхбогатых. Лондонские юридические фирмы не только охотно зарабатывают на таких разбирательствах, но и не брезгуют любыми мерами, вплоть до запугивания журналистов, даже если сами прекрасно знают, что для этого нет никаких легальных оснований[341].
Благодаря мягкому подходу законодательной и исполнительной властей к обращению с олигархами, а также сомнительным юридическим практикам в Соединенном Королевстве сформировалась развитая и процветающая индустрия обслуживания богачей, достигшая огромных масштабов, и не последнюю роль в этом сыграли русские деньги[342]. В распоряжении сверхбогатых всегда есть юристы, управляющие активами, агенты по недвижимости, пиар-менеджеры. Все они прекрасно понимают, как пользоваться многочисленными лазейками в британском законодательстве, чтобы предлагать клиентам все необходимые услуги: пройти все проверки, отмыть не совсем чистые счета и придать подпорченным биографиям пристойный вид, при этом оставаясь в легальном поле[343]. К тому же эти профессионалы своего дела мало кому отказывают в помощи, включая, если говорить о россиянах, самых близких друзей Путина. Среди таких был, к примеру, Аркадий Ротенберг, бывший партнер российского президента по дзюдо. Несмотря на то что он находился под санкциями США и ЕС с 2014 года, банк Barclays охотно продолжил вести с ним дела[344].
Мощные лоббистские структуры, стоящие у истоков индустрии обслуживания богатых, сделали и будут делать все возможное, чтобы в отношениях Лондона и русских олигархов всё как можно скорее вернулось на круги своя. Шансы на это есть, чему может способствовать традиционно тесное переплетение политических и бизнес-элит в британском истеблишменте. Один из примеров, связанных с русскими деньгами: в 2018 году, после отравления Скрипалей, тогдашний премьер-министр Тереза Мэй твердо заявила, что в Великобритании нет места преступникам и коррумпированным элитам[345]. Впоследствии Роману Абрамовичу, который мог похвастаться более тесными связями с британскими элитами, чем едва ли не любой другой российский олигарх, было отказано в продлении визы. Но этим громко анонсированные меры и ограничились. А новые инструменты, созданные для борьбы с коррупционными деньгами после отравления Скрипалей, оказались совершенно беззубыми. Среди них был закон об ордерах на арест имущества неустановленного происхождения. Антикоррупционные эксперты приветствовали его принятие, однако правительство не выделило ответственным органам необходимых ресурсов, чтобы те на основании этого закона могли начать реальные расследования[346]. В результате этот инструмент применялся в лучшем случае лишь несколько раз.
К тому же богачи из любой страны, которые решают обосноваться в Великобритании, быстро понимают, что британская политическая элита в некоторых аспектах коррумпирована[347]. Яркий пример: немало членов палаты лордов с удовольствием заседали в советах директоров российских компаний вплоть до 2022 года[348]. Позитивное отношение к русским деньгам затрагивает всю элиту, включая даже членов королевской семьи, как минимум второго ряда. В 2021 году в документальной программе «Разоблачения» (Dispatches) на канале Channel 4 было подробно рассказано, как в 2013 году принц Майкл Кентский постарался заманить на прием, устроенный им в саду Букингемского дворца, ведущих бизнес-игроков, обещав в разосланных приглашениях, что у них будет возможность встретиться с десятью богатейшими русскими бизнесменами[349]. Глядя на столь широкую паутину связей, неудивительно, что британские законодатели лишь в 2020-м приняли закон, аналогичный закону Магнитского, который их американские коллеги в США приняли еще в 2012-м. Остается наблюдать, разрушит ли эти тесные взаимосвязи британских элит и российского капитала текущий конфликт в Украине. Как упоминалось выше, в Соединенном Королевстве хватает влиятельных игроков, выступающих за возвращение к статус-кво.
Россия притягивает и отталкивает
Благодаря лондонскому гостеприимству для любых денег город стал очень популярен среди богачей всего мира, в том числе русских. В Великобританию хлынул поток незадекларированных российских денег – по некоторым оценкам, в середине 2010-х годов он превышал 1 млрд долларов в месяц[350].
Для тех, кто покидал Россию по политическим мотивам, Лондон становился популярным местом бегства из-за того, что Соединенное Королевство неохотно соглашается экстрадировать российских граждан. Первая волна таких эмигрантов была связана с делом ЮКОСа и арестом его владельца Михаила Ходорковского в 2003 году. Вторая последовала за отставкой многолетнего мэра Москвы Юрия Лужкова в 2010 году.
Однако подавляющее большинство сверхбогатых перебирались в Лондон или создали здесь вторые дома по причинам, не связанным с политикой. Их привлекало то, что в Лондоне легко найти свое место в обществе, если у тебя есть большие деньги, в отличие от более требовательных городов, таких как Париж или Берлин. К примеру, в Великобритании существует огромная сеть частных школ, куда легко устроить ребенка при наличии денег, а в Германии такая система мало развита. При этом Лондон – географически европейский город, что дает необходимую близость – всего в трех с половиной часах полета от Москвы.
В лихие 1990-е такая близость позволяла русским олигархам оставлять свои семьи в безопасности под охраной британского правопорядка, пока сами
