После высадки на Оловянном острове прошли семнадцать лет, за которые инженеры с офицерами успели сделать очень много. Они создали в Новороссии невиданную в шестнадцатом веке промышленность, на уровне конца девятнадцатого века нашей истории. Кроме оружия, эта промышленность начала выпускать двигатели внутреннего сгорания, электрогенераторы, самоходные катера и океанские корабли, первые самолёты и многое другое. Магаданцы вырастили и воспитали тысячи молодых парней и девушек, ставших умелыми мастерами и грамотными учёными. Объявив Новороссию и Западный Магадан несословными государствами, магаданцы дали огромный психологический толчок простолюдинам, открыли для них невиданные в Средневековье возможности. Лишённые сословных ограничений и цеховых рамок, молодые крестьяне и горожане рвались к знаниям и новшествам, а правители соседних стран мечтали стереть с лица земли Новороссию.
В результате, к началу семнадцатого века, после нескольких войн, магаданцам удалось захватить огромную часть Северной Европы, от Голландии до Вислы, от балтийского побережья до Швейцарии и Штирии. С помощью войск, натасканных офицерами из будущего, Русь захватила Крым почти на два столетия раньше, нежели в нашей истории. Турция, потерпев несколько сокрушительных поражений от флота Новороссии, вооружённого скорострельными и дальнобойными пушками, и потеряв все европейские земли к востоку от Дуная, отошедшие созданной магаданцами православной Южно-Польской империи, стремительно теряла статус великой державы. К середине девяностых годов магаданцы быстрыми рейдами захватили у Турции часть Северной Африки, Палестину, Аравийский полуостров и часть Междуречья. Сразу после этого, войска Головлёва захватили империю Великих Моголов в Индии. Новороссия стала богатейшей страной мира, учитывая, что к тому времени магаданцы основали поселения своих охотников, мастеров и старателей в самых разных частях света.
При этом наши современники учитывали исторический опыт колонизации, стремились захватить своими поселениями, как можно бо́льшую территорию. За неполные два десятилетия они взяли под контроль своих острогов всё восточное побережье Северной Америки, Южную Африку, устье реки Конго, чилийские залежи селитры и меди, аргентинскую пампу, часть островов Карибского моря. Огромные территории требовали немалых затрат при грамотном освоении, но, эти деньги были. Магаданцы давно и крепко захватили рынки Европы в свои руки, завалив их невиданной в Средневековье продукцией, — новинки из будущего перемежались с колониальными товарами. Доходы Новороссии и Западного Магадана росли, население богатело, жизнь налаживалась. В результате, к началу семнадцатого века реальных врагов у православного сообщества стран — Руси, Западного Магадана, Южно-Польской империи, Новороссии, не осталось.
Тут и заскучали наши герои, никогда представлявшие себя главами государств, не было у провинциалов стремления к власти. Друзья много раз обсуждали сложившуюся ситуацию, и, решили рискнуть. Оставить всё созданное своим детям и внукам, а самим отправиться в Австралию, подальше от Европы. Так и решили, после недолгих споров, тридцать лет совместной жизни в Средневековье выработали одинаковый подход к жизни, как у офицеров, так и у инженеров. Друзьям долго пришлось уговаривать Валентина Седова, чтобы тот согласился на должность наместника для своего старшего сына. Уговорили, пообещав любую помощь в случае необходимости. Благо, радиосвязь позволяла получать новости быстрее остальных стран, этим пользовались лишь три государства — Русь, Западный Магадан и Новороссия. А самоходные корабли и самолёты позволяли добраться от Австралии до Новороссии за считанные дни и недели.
— Как аргонавты в старину, родной покинув дом.
— Плывём, турум-турум-турум, за золотым руном, — напевал Николай Кожин песенку из полузабытых рассказов Джека Лондона, попивая чай на палубе пятитысячетонного корабля «Петербург», в обществе своих старых друзей. Вокруг величаво колыхались светло-зелёные волны Индийского океана, по кораблю бегали дети переселенцев, весело перекликаясь. Бывший майор полиции взглянул на Головлёва. — Впервые за много лет я с чистой совестью планирую отдохнуть не два дня, а месяца два-три, а вы?
— Я тоже чувствую себя отпускником, — согласился Петро, почёсывая зажившие шрамы на ладонях.
— И я тоже, — кивнул Сергей Корнеев. Он взял со столика открытую бутылку сухого южно-африканского вина, наполнил три фужера и взял свой в руку. — Предлагаю тост, господа офицеры! За будущее!
— Чтобы наши замыслы удались в будущем! — Привстал Петро, подхватывая свой фужер со стола.
— Чтобы наша работа изменила историю «той» России, в лучшую для русских людей сторону! — Поддержал друзей Николай.
Список туристов, попавших в прошлое
— Павел Аркадьевич, руководитель сплава, учитель истории и географии провинциального райцентра Пермского края. Жена осталась в 21 веке.
— Нина Волкова, его помощница и повар, не замужем, жила в том же райцентре.
— Пётр Иванович Головлёв, подполковник украинской армии в отставке, участник боевых действий, семья осталась в 21 веке.
— Анатолий Ветров, майор полиции, старший оперуполномоченный одного из райотделов Перми. Семья осталась в 21 веке. До армии окончил металлургический техникум.
— Николай Владимирович Кожин, майор полиции, старший оперуполномоченный того же райотдела Перми. Холост. (старший сын Сергей — безопасник).
— Владислав Быстров, ветеринар, владелец частной клиники в Перми, дважды разведён.
— Надежда Миронова, учитель химии той же школы, что и Павел Аркадьевич, разведена, детей нет.
— Лариса Коробейникова, не замужем, сварщица-пайщица одного из заводов Перми.
— Елена Чистова, не замужем, учитель русского языка и литературы, завуч всё той же провинциальной школы одного из Пермских райцентров.
— Игорь Глотов, инженер-радиотехник Пермского закрытого завода, с 10-летним сыном Максимом (будущий радиотехник), жена осталась в 21 веке.
— Ольга Петрова, инженер-механик на Пермском закрытом заводе, с 8-летним сыном Романом, не замужем.
— Татьяна Лейкина, инженер-технолог одного из Пермских заводов, с 8-летним сыном Никитой, не замужем.
— Алексей Кочнев, стоматолог из Перми, приятель Владислава.
— Наташа Кочнева, жена Алексея, врач-терапевт, с 9-летней дочерью.
— Валентин Петрович Седов, военврач, майор медицинской службы, приятель Владислава, с десятилетним сыном Никитой (будущий микробиолог).
