– Давай на счет «три», – сказал Ярослав и тут же крикнул: – ТРИ! – и раздался выстрел или, скорее, хлопок.
Василиса рухнула на пол и накрыла голову руками. Она знала, к кому он обращался. Раздался второй хлопок, и какие-то сдавленные крики, звуки борьбы. Девушка открыла глаза и увидела, как все невероятно поменялось.
Охранник лежал на полу рядом с ней, с открытыми глазами, бессмысленно направленными в потолок, и из-под его затылка на скатерть текла бурая кровь.
Страхов и Баренцев сцепились в смертельной схватке, Ярослав, кажется, ранен, у него из руки течет кровь. Василиса попыталась встать, сорвала со рта скотч.
– Не лезь, не смей! – прошипел целитель, косясь на нее, но девушка только поползла еще быстрее.
– А-а-ар! – зарычал Баренцев, как дикий зверь, и подмял под себя Ярослава. Василиса вырвала из руки охранника пистолет. Она понятия не имела, как стрелять, взводить курок, снимать с какого-то там предохранителя. Так что просто замахнулась как следует и со всего размаху ударила бизнесмена по затылку. В конце концов, пистолет – та еще железяка.
Баренцев обмяк, и Ярослав сбросил его тело в сторону. В этот момент дверь открылась, и люди в форме, масках и с автоматами в руках заполнили помещение.
– Всем лечь на пол! – заорали они, и девушка послушно легла рядом со Страховым.
Так они и лежали. А куда спешить, в самом деле. Все, как говорится. Приехали. Конечная станция. ОМОН зачистил помещение, а Ярослав повернулся на бок и внимательно осмотрел Василису.
– Ты цела?
– Вроде, да, – кивнула она, инспектируя части своего тела по очереди. – А ты ранен. Тебя надо перевязать.
– Я в порядке. Господи, ну что тебя сюда принесло?! – спросил он хмуро.
– Как ты мог меня бросить? – сощурилась в ответ она.
– То есть ты пришла сюда, чтобы у меня это спросить? – Ярослав закатил глаза. Медики подскочили к ним, отвели их на улицу, посадили в машинку «Скорой помощи» и принялись скакать вокруг, измеряя пульс, проверяя состояние. Подъехавший в фургоне с «Чистой водой» Евгений разговаривал с полицией. Со второго этажа особняка вытащили спящую глубоким наркотическим сном Дарью Краснову. Ее тут же увезли, а место преступления опечатали. Все пошло своим чередом.
Когда Ярослава перебинтовали, он подсел чуть ближе к Василисе и растерянно покачал головой.
– Я чуть не умер, когда увидел тебя в дверях. С пистолетом у головы. Ну почему ты не оставишь меня в покое.
– Почему ты бросил меня? Я от тебя не отстану, пока не ответишь, – сказала девушка.
– Ничего не собираюсь тебе отвечать, – хмуро бросил ей Страхов. Василиса в изнеможении закатила глаза.
– Я люблю тебя, неужели ты не видишь?
– Ты не должна! – возмутился Ярослав. – Меня слишком опасно любить! Тебя чуть не убили из-за меня. Почему было не уехать в этот чертов Ярославль? Ты что, не видишь, какие вокруг меня проблемы? – возмутился он. Взмахнул рукой, но тут же скривился от боли.
– А меня небезопасно бросать! – крикнула Василиса зло. – Не могу без тебя жить.
– Потому что чокнутая, – заметил он.
– Если ты меня не любишь, скажи это здесь и сейчас, – потребовала девушка.
– И если скажу тебе это, ты отстанешь? Уедешь в свой чертов Ярославль и будешь жить спокойно? Отвечай! – потребовал Ярослав.
– Если ты ответишь, что не любишь меня, уеду. В этот чертов Ярославль или еще куда-нибудь.
– В Ярославль! – потребовал он.
– Это уж мое дело. Я уеду куда захочу и буду всю жизнь несчастлива. А может, забуду тебя, встречу другого и буду очень рада. Но тебя это не будет касаться! И я запрещаю тебе за мной наблюдать. Следить, присматривать или что угодно. Требую, чтобы ты никогда ничего не знал обо мне. Чтобы тоже потерял меня!
Страхов отвернулся и замолчал. Потом посмотрел на девушку долгим, пронзительным взглядом и притянул к себе здоровой рукой. Он склонился к Василисе, не сводя своего взгляда с ее бледного лица, а затем поцеловал, и оба они, не сговариваясь, простонали, словно от боли.
– Я не могу жить без тебя, – прошептал Ярослав. – Пробовал. Не могу. Каждый день вспоминал, как ты лежала вся в крови и умирала у меня на руках. Говорил себе, что так будет лучше. Безопаснее. Я нашел женщину, которая на тебя напала.
– Ты нашел ее? – подпрыгнула на месте Василиса.
– Она в клинике. И не выйдет оттуда. Не волнуйся.
– Господи. Какие мы идиоты, – пробормотала она и уткнулась носом в грудь своему самому любимому мужчине. Он обнял ее так крепко, как только смог.
– Я люблю тебя.
– А я – тебя, – всхлипнула Вася. – Что же мы теперь будем делать?
– Давай поженимся.
Девушка встрепенулась:
– Это что, ты делаешь мне предложение?
– Ну да, – кивнул Ярослав. – Делаю.
– Ага. Интересное предложение, – улыбнулась Василиса сквозь слезы. – Мне надо подумать.
– Подумать? – вытаращился он. Тут к ним снова подошли медики.
– Как вы себя чувствуете? – спросил Ветрякову фельдшер, прилаживая к ее руке капельницу с чем-то.
– Нет-нет, не надо, – забеспокоилась она. – Что это?
– Это просто успокоительное, – пояснил мужчина, но девушка забеспокоилась еще больше.
– Нет. Не надо, – покачала она головой. – Мне нельзя.
– Почему? – опешил медик. И Ярослав тоже посмотрел на Василису с подозрением.
– Да? Почему тебе нельзя успокоительного? – переспросил он, сощурившись. – Ты, кажется, что-то говорила о том, что ты залетела.
– Ну… как бы…
– Что? – вытаращился Страхов.
– Какой у вас срок? Нам нужно все проверить, – занервничал фельдшер.
– Я не уверена. Кажется шестнадцать недель.
– Что? – Ярослав вдруг вскочил, побелел от бешенства и принялся бегать кругами перед «Скорой помощью». – Так ты что, не шутила? И ты пришла сюда, к этим бандитам, беременная?! Почему ничего не сказала? Я бы тебя и на сто километров не подпустил! Как ты можешь быть такой идиоткой! Каким местом ты вообще думаешь?!
– А ты? – ухмыльнулась девушка. Ярослав остановился и застыл как столб.
– О чем ты?
– Ты вообще нормальный? Я тебе сообщаю такую новость, а ты на меня орешь. Уже сделала УЗИ, все в порядке. Чувствую себя хорошо. А вот ты хоть понимаешь, что станешь отцом? Отцом!
– Боже мой! – И он плюхнулся обратно к Василисе.
– Ты, главное, дыши. Хочешь, тебе дам бумажный пакет? – ухмыльнулась девушка. – Не знаю, чем это помогает, но в кино их всегда дают.
– Иди ты в баню! – воскликнул Страхов, а затем притянул ее к себе и поцеловал в губы.
Эпилог
Статья о препаратах-пустышках, выдаваемых вместо реальных лекарств в онкологических центрах, потрясла всю общественность. Василисе пришлось давать массу интервью и писать много материалов по этому случаю. Результатом этого стала самая масштабная проверка фармакологических предприятий за последние десять лет. Баренцев, после того как ему подлечили голову, сильно пострадавшую от нанесенного удара, пытался делать вид, что сошел с ума, чтобы уйти от уголовной ответственности. Но все же был признан вменяемым, как ни кривлялся. Пришлось отвечать за все. Помимо уголовного расследования на фонд жены и на его фирму была подана масса исков от потрясенных и возмущенных пострадавших.
