Когда бабушка Мэдди ушла, а мама вытолкнула за дверь моих брата и сестру и вышла следом за ними, Гидеон закрыл за ними дверь и, улыбаясь, поглядел на нас.
Лесли подняла обе руки.
— Нет, можешь забыть об этом! Я никуда не уйду. Мне нужно кое-что обсудить с Гвендолин. И эта информация совершенно секретна.
— Тогда я тоже никуда не уйду, — заявил Химериус, шлёпнулся на мою кровать и свернулся калачиком у меня на подушке.
— Лес, мне кажется, от Гидеона уже нечего скрывать, — сказала я. — По-моему, пришло время переварить все наши знания в общем котле, — здорово это я сказала, мне прямо самой понравилось.
— Что-то я сомневаюсь, что Google может помочь нам разобраться в ситуации, — насмешливо сказал Гидеон. — Извини, Лесли, просто мистер Уитмен размахивал тут перед нами сегодня одной милой папочкой, в которой ты собрала всю… э-э-э… информацию.
— Что-о-о? — Лесли возмущённо уставила руки в боки.
— А я уж, было, подумала, что ты действительно не такой самоуверенный идиот, каким Гвенни тебя всегда считала! Как прекрасно! Это… — она неуверенно поковырялась в носу. — Как же подло со стороны Бельчонка вот так показывать мою папку направо и налево! Вначале эти интернет-исследования были нашим единственным источником информации, и я так гордилась ими.
— Но с того времени мы продвинулись достаточно далеко, — сказала я. — Во-первых, Лесли настоящий гений, а во-вторых, я несколько раз встречалась со своим…
— Мы, естественно, вовсе не собираемся выдавать наши источники! — Лесли смерила меня гневным взглядом. — Он всё ещё остаётся одним из них, Гвен. Даже если ты притупила ради него все остальные чувства и поддалась гормональным всплескам.
Гидеон широко улыбнулся и уселся на ковре, скрестив ноги.
— Ладно, тогда начнём с меня, — и, не дожидаясь согласия Лесли, он начал снова рассказывать о документах, которые ему удалось получить от Пола. В отличие от меня, когда Лесли услышала о том, что я должна умереть, как только Круг Двенадцати замкнётся, она была по-настоящему ошарашена. Под её веснушками проступила сильная бледность.
— Могу ли я взглянуть на эти документы? — спросила она.
— Конечно, — Гидеон вытащил из кармана штанов скомканные листки, ещё несколько документов он достал из нагрудного кармана на рубашке. Бумага выгорела, а на сгибах, насколько я могла видеть, они совсем протёрлись.
Лесли уставилась на него в полном недоумении.
— И ты вот так просто носишь их в карманах? Это же невероятно ценные оригиналы документов, а не какие-нибудь там… носовые платочки! — она потянулась к ним.
— Да они скоро развалятся на части. Как это характерно — настоящая мужская логика, — она осторожно расправила документы. — А ты уверен, что это не подделка?
Гидеон пожал плечами.
— Я ведь не графолог и не историк. Но выглядят они точно так же, как и остальные манускрипты, которые хранятся в штабе.
— Обработаны по всем правилам, — укоризненно сказала Лесли. — Как и полагается.
— А как эти бумаги вообще попали к членам Флорентийского Альянса? — спросила я.
Гидеон снова пожал плечами.
— Могу предположить, что их украли. У меня не было достаточно времени, чтобы перечитать записи хранителей на этот счёт. У меня вообще не было времени, чтобы заняться проверкой этих бумаг. Я ношусь с ними уже несколько дней! Уже выучил их наизусть — но ничего умного из них так и не вынес. Кроме этого вопроса.
— И всё-таки ты не решил тут же побежать к Фальку и выложить ему всё, что попало тебе в руки.
— Честно говоря, именно так я и собирался поступить. Но потом… — Гидеон вздохнул. — Сейчас я вообще не понимаю, кому я могу доверять.
— Не доверяй никому, — прошептала я, таинственно закатив глаза. — Так меня научила мама.
— Твоя мама, — пробормотал Гидеон, — интересно, что именно ей известно.
— Значит, когда круг замкнётся и граф получит этот эликсир, Гвендолин должна будет… — Лесли не смогла побороть себя и закончить это предложение.
— … умереть, — дополнила я.
— Откинуть копыта, пройтись по Иордану, испустить дух, упокоиться навеки, уснуть вечным сном, отправиться на небеса… — лениво забормотал Химериус.
— … стать жертвой убийства! — Лесли театрально взяла меня за руку. — Ты ведь не просто так сама по себе упадёшь вдруг и умрёшь! — она провела рукой по волосам, которые всё равно торчали в разные стороны.
Гидеон откашлялся, собираясь что-то сказать, но Лесли его опередила.
— Честно говоря, у меня с самого начала было плохое предчувствие, — сказала она. — От всех этих стихотворений прямо веет каким-то несчастьем. И всё, что касается ворона, рубина, номера двенадцать, выглядит довольно мрачно. Кроме того, эта информация соответствует тому, что узнала я.
Она отпустила мою руку и принялась шарить в своём (новом-преновом!) рюкзаке, откуда извлекла, наконец, «Анну Каренину». — Хотя вообще-то, это выяснили Люси и Пол, твой дедушка, и — Джордано.
— Джордано? — озадаченно повторила я.
— Да! Ты что, не читала эти сочинения? — Лесли полистала книгу. — Хранители были вынуждены сделать его членом ложи, чтобы он прекратил кричать о своих открытиях направо и налево.
Я пристыжено покачала головой. Уже после первого многоэтажного предложения я совершенно потеряла интерес к писанине этого Джордано (да и вообще, это же не кто-нибудь, а Джордано!).
— Когда станет интересно, ты меня разбуди, ладно? — сказал Химериус и закрыл глаза. — Мне срочно нужен отдых, чтобы переварить этот ужин.
— Джордано никогда не воспринимали всерьёз как историка, никто, в том числе и хранители, — вмешался Гидеон. — Он публиковал свой самый отборный бред в подозрительных эзотерических журналах, читатели которых называли графа «воспарившим», «изменившимся», но что это значит — непонятно.
— Это я могу тебе объяснить! — Лесли покрутила у него перед носом «Анной Карениной», будто эта книга была уликой на каком-нибудь суде. — Историк Джордано напал на инквизиционные протоколы и письма шестнадцатого века. Согласно источникам, юный граф Сен-Жермен в одном из путешествий во времени надругался над честью живущей в монастыре графской дочери Элизабетты ди Мадроне, и та забеременела. Вот тогда-то… — Лесли вдруг запнулась, — он открылся ей полностью, рассказал о себе всё. Может, потому что был ещё молод и глуп, а может, просто почувствовал себя в безопасности.
— И что же именно он рассказал? — поинтересовалась я.
— Очень мило с его стороны было рассказать всё о своём происхождении, настоящем имени, способности путешествовать во времени, а также о том, что он является хранителем бесценных тайн. Тайн, с помощью которых можно добыть философский камень.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
