Один из них со слегка желтоватой шкурой прошипел:
— Медленно поднялся и вышел. Руки держи на виду. Иначе — стреляем.
Я глотнул алкоголя и улыбнулся:
— А если нет? Действительно начнете стрелять? Я ведь тогда расстроюсь и убью вас всех особо жестоким способом.
Не отводя оружия, они сделали шаг назад и чуть в сторону.
За их спинами в окружении еще десятка разнопланово вооруженных охранников, вышел уже виденный мной однажды хозяин этого заведения по имени Тартон. Он посмотрел на стол и, увидев горошины маячков, требовательно произнес:
— Где стриптизерша?
Я мягко рассмеялся. Однозначно секс и алкоголь меня задобрили.
— Ох, она такая аппетитная, что я ее чуть-чуть не съел… — убираю улыбку: — Я ее забрал у тебя и собираюсь сделать из нее высококлассную, преданную мне до кончиков волос, убийцу… И да — если твои щенки не опустят стволы, я покажу им что такое настоящий демон войны. — взглянув на его лицо, скривившееся в презрительной гримасе, я вздохнул: — Ты мне не веришь? Давай сделаем так. Если я убью вот этих трандошан, твои солдаты опустят оружие… — ящеры сощурились, а продолжил: — Если же они меня убьют, то…тебе же лучше. — он уже набрал воздуха для короткой команды «стреляйте!», как я быстро добавил, глядя на его охрану: — Кто в меня выстрелит — убью следом за ними…
Трандошане не стали ждать команды и открыли огонь. Вот только меня в их прицеле уже не было.
Их можно было убить множеством способов. Эти ящеры были мне не противники. Однако, было желательно экономить пси-силу — еще не известно, чем закончится сегодняшний день…
Избежав трасс сгустков плазмы, я нырнул вверх и вперед, выбросив свое тело горизонтально на уровне их голов. Удар правой ноги разбил на ошметки голову одному — куски плоти и брызги крови бросило на остальных охранников. Левый кулак пробил голову другому насквозь. Голову третьего я захватил под правую подмышку и, воспользовавшись инерцией своего тела, крутнулся вокруг трандошанина, палящего куда-то в потолок, сворачивая ему шею. Сделав полный оборот, я мягко встал на ноги и ударом левой ладони в скрученную шею отделил башку от туловища.
Обезглавленные тела, дергаясь, сделали еще несколько выстрелов и повалились на пол. Забрызганные кровью охранники Тартона попятились. Они вняли моему предупреждению и даже и не думали стрелять.
Сам хозяин, побледнев, сглотнул и оглянулся на охрану.
Я фыркнул и перехватив поудобнее голову загнал правую пятерню в обрубок шеи и, кривляясь, изменил голос на шипящий, произнес:
— Смотрите все на фокус-с-с! Я — с-с-страшная ящерица! У меня отрастает не только хвос-ст, но и голова! Ой! Не отрас-стает… Фокус-с не удалс-с-ся… — судя по тому, что голова была еще живая — вращала глазами и дергала открытым ртом, вид был еще тот. Один из людей Тартона не выдержал и начал блевать. Я повернул оторванную голову лицом к себе и произнес уже своим голосом: — Слабаки они и чистюли! Куда им против тех, кто вырвался из ада. — стряхнув с руки голову, я посмотрел на свои окровавленные пальцы: — Вот демоны бесноватого отца Кхейна! Что-то мне начало нравиться убивать… — пропустив через броню волну пси-силы, я сжег кровь, очистив его поверхность. Подняв взгляд, я заскользил взором по многочисленным свидетелям, среди которых были не только его охранники, но и многие посетители, которые с любопытством, свойственным разумным, наблюдали за нами. Останавливаю взгляд на хозяине заведения и произношу: — Итак, теперь мы поговорим?
— И о чем ты хочешь говорить? — мрачно произнес Тартон.
— Мы будем разговаривать здесь? — удивился я и повел рукой вокруг, намекая на множество свидетелей. Он молча сощурил глаза. Я вздохнул: — Если бы я сейчас захотел тебя убить, то твоя охрана или чья-то протекция меня бы не остановила. Давай хоть присядем? — я качнул головой в сторону своей кабинки, возле которой лежало три тела: — Мое время ведь еще не вышло?
Тартон мрачно окинул композицию взглядом и кивнул:
— Хорошо.
Я постарался аккуратно переступить через лежащие трупы и большую лужу крови, натекшую под ними.
Хозяин последовал за мной. Его охрана, переглядываясь, встала полукругом, сжимая оружие в руках.
Я сел на слегка тлеющий диван и принял расслабленную позу. Но внутри я был напряжен и готов к действиям.
Тартон немного помедлил и также сел, заняв место почти напротив меня.
Начинаю говорить:
— Я хочу, чтобы между нами не было никаких недосказанностей. Я могу разрушить весь этот город до основания и мне вряд ли что сможет помешать. И этим границы моих возможностей не ограничиваются. Я могу сделать эту планету необитаемой. Мои силы хоть и имеют границы, но они настолько условны, что почти призрачны. За эти дни я продемонстрировал лишь малую часть своих возможностей. Среди них не было ни одного по-настоящему страшного умения. Надеюсь это понятно?
Он кивнул и произнес:
— Чего ты хочешь? Денег? Обратись к Джаббе — он тут всем управляет. Назови ему любую сумму и, я думаю, что ты ее получишь.
Я презрительно искривил губы:
— Я не хочу вести дела с этим слизняком. И если что я и получу, так это группу джедаев или ситхов, которые прибудут по мою голову… Я хочу, чтобы ты забыл о тех двух красных твайлечках и этой зелтронке. — он выразительно поднял бровь. Я продолжил: — Я могу надавить на тебя. Угроза мучений и всего остального может не сработать: вы же вроде бы ходите все под Джаббой. В иных условиях это бы не играло никакой роли, но одна моя группа нанялась к нему и образовавшиеся связи мне не хочется рвать. Поэтому…давай все решим другим способом. Через неполные два часа стоятся гонки. Я слышал, что вы все ту на них помешаны. Это ведь так? Давай сделаем ставки на исход?
Он сощурился:
— И что ты хочешь поставить равноценное против твайлечек и зелтронки? И на чью победу?
Криво улыбаюсь:
— Как насчет желания? М? — его лицо красноречиво исказилось и я поправился: — Немного не так выразился. Я могу выполнить контракт. Твой. Убить, уничтожить все что угодно. Любых твоих конкурентов… Джаббу, пиратов, контрабандистов… Кого угодно в любом количестве… — я немного подумал и продолжил: — Хотя это я разогнался: уничтожить, к примеру, расу космических скитальцев может быть накладно. Давай ограничимся тысячей, ну или десятком тысяч разумных. Как тебе такое…предложение?
Он тоже улыбнулся:
— Значит, предлагаешь одноразовый контакт? Хм. Желание… Я уже знаю что пожелать. Хорошо. На чью победу ставишь?
— Анакина Скайуокера. — я улыбнулся еще шире.
Тартон выпучил глаза и уточнил:
