Внезапно на одном из отрогов по гонщикам открыли огонь тускенские разбойники. Они вроде бы и стреляли по всем, но у меня возникло ощущение, что все-таки целили в мальчишку.
Касаюсь передатчика и вызываю Таурис:
— Пусть кабалит убьет их.
— Уверен? — спросила она: — После этого он уже не сможет ему особо помочь.
— У мальчишки и так и так все шансы проиграть. А так мы о себе заявим на весь сектор.
Суккуба молча разорвала связь.
Спустя секунду кабалит отделился от группы гонщиков и понесся на засаду.
Комментатор взвыл:
— Посмотрите! Один из гонщиков потерял управление и летит прямо на тускенов!
Большая часть камер начала следить за происходящим.
В пути кабалит выхватил из зажимов косу и одним ударом рассек тросы, за которые двигатели тянули его платформу. Те улетели в разные стороны и, врезавшись в скалы, взорвались, разбросав вокруг горящие обломки.
Сама же платформа, из-за антигравитации практически не потерявшая скорость, взлетела на импровизированную скальную гряду. Тускены сосредоточили по ней жиденький довольно точный огонь, но было поздно. Пролетая мимо разбойников, кабалит снес косой голову одному и, отсоединившись от платформы, соскочил на землю.
Честно говоря, кабалиты никогда не блистали в рукопашной. Рядовой кабалит рождался в глубинах лабораторий гомункулов, куда женщины темных эльдар сдавали оплодотворенные яйцеклетки. Кабалиты никогда не знали своих родителей. Зависть и ненависть к тем, кто рождался традиционным путем, выплавляла крайне жестоких созданий. Обычно, базово их учили откровенно слабо. Всему остальному новоиспеченный кабалит должен был обучиться сам. Но многого им не светило в любом случае. Главы Кабалов использовали рядовых солдат в основном как пушечное мясо. Карьерная лестница у темных эльдар представляла собой одно емкое предложение «Убей начальника — займешь его место.» Как при этом плохо обученный кабалит, всего лишь пару десятков лет от роду, мог убить высокорожденного с тысячелетним опытом интриг, войн и схваток? Да никак…
Глядя на то, как кабалит метается среди запаниковавших тускенов, я думал о том, что или конкретно этот темный достаточно стар, дабы набраться опыта и умений, или Таурис просто переодела в его форму одного из инкубов.
Разбойники, которым повезло избежать мясорубки, стали в один из моментов довольно быстро разбегаться в разные стороны.
— Сеарэк Катархал, именно так зовут этого гонщика, на ваших глазах убил тускенов! У-о-у! — комментатор не стеснялся выражать свои чувства.
В этот момент кабалит рассек одного из разбойников пополам от макушки до паха вместе с его оружием. Сразу после этого он подхватил с земли одну из вражеских винтовок и стал метко стрелять в спины убегающих с вытянутой руки. Прям каждый выстрел в цель…
Точно инкуб.
Перестреляв тех, кому не удалось скрыться между скал, кабалит стал деловито добивать раненых своей косой.
Со мной связалась Таурис:
— Ну как? — спросила она.
— Очень неплохо. Но это ведь не кабалит?
— Конечно. — фыркнула она: — Стала бы я его ставить на такое ответственное дело? Я еще не совсем из ума выжила.
Я улыбнулся ее маленькой голограмме:
— Ну и прекрасно. Надеюсь, вы его заберете? И да, пусть поспрашивает раненых на предмет того, не нанял ли их кто-то?
— Я скажу ему, но думаю, что это либо Джабба либо кто-то из его приближенных. — суккуба жестоко улыбнулась: — Так ведь гонки получаются намного интереснее, не правда ли? Кстати, на мальчишку смотрел? Неплохо идет. Если бы он не застрял на старте, я даже начинаю думать, что он бы мог побороться за первое место.
Пожимаю плечами и разрываю связь.
Повернув голову, вижу, что джедай, сощурившись, смотрит на один из экранов, который все еще показывает нашего гонщика, пытающего одного из раненых тускенов.
До меня дошло, что языка тускенов тот не может знать, если, конечно, но выучил его за пару ночей. А значит, он делает это чисто ради удовольствия.
Под нами стали пролетать гонщики. Им еще предстояло два круга.
Первым был ожидаемо Себульба. Пролетая мимо трибун, он даже помахал рукой зрителям.
Красуйся-красуйся. До финиша ты не доедешь в любом случае.
Я достал плазменную гранату и стал когтем перчатки вырисовывать на ее поверхности символы.
Когда я дотронулся до кара Себульбы, то оставил на нем метку. Это — один из приемов Младших Сил. Призыв предмета. Конечно, можно было бы выдернуть весь гоночный кар вместе с его пилотом к себе, но это было бы слишком. Поэтому, я собираюсь сделать обратный призыв. Отправить к Себульбе вот эту гранату. Думаю, он обрадуется подарку. Нужно только подгадать момент.
Закончив писать знаки, я накачал их варпом и сжал гранату в кулаке, глядя на экран.
Себульба меж тем продолжал показывать свой характер: он взял и просто бросил что-то в двигатель ближайшего преследователя. Движок того буквально разорвало на части и его кар, потерявший управление, разбило о землю. Сквозь облако взрыва пролететь без повреждений мальчику не удалось: обломки слегка задели его кар и трос от одного из движков оторвался. Однако, он невероятно холоднокровно стабилизировал свое положение в пространстве и даже восстановил целостность своего кара.
Ну, Себульба и дает… Я даже думаю, что мой подарок ему будет в рамках правил…
Гонщики снова полетели через поворот, на котором была засада тускенов. Камеры на секунду показали, как темный эльдар вогнал свою руку в когтистой перчатке в живот своей еще живой жертве по запястье. Та тряслась от конвульсий.
Мальчишка обошел еще одного гонщика и пристроился за Себульбой.
Ты смотри, а? Проклятье! И уничтожать того сейчас нельзя — мальчишку уже однажды чуть не сбили с трассы обломки взорвавшегося кара. Во второй раз он может быть не так удачлив.
Так эти двое и пролетели мимо нас и зашли на последний круг.
Неожиданно для себя я понял, что нервничаю.
В узком каньоне мальчик и Себулба начали толкаться. В конце концов, мальчика вытолкнули с трассы и он взлетел по какой-то крутой дороге словно по трамплину.
Пора.
Я быстро убираю руку вниз за бортик, пряча свой кулак от взглядов возможных свидетелей, и подаю в гранату короткий импульс варпа, который не только отправляет ее в цель, но и перегружает, в результате чего задержка перед взрывом будет очень короткой.
Активированная граната исчезает у меня из кулака в короткой малиновой вспышке и впечатывается прямо в обшивку пассажирской кабинки кара Себульбы. Мгновение и следует мощный взрыв. Объятый пламенем кар Себульбы ударяется о поверхность земли и его разрывает на множество горящих обломков. Камера даже запечатлела, как в песок шлепнулся какой-то кусок мяса.
