— Значит, — медленно проговорил отец, — Она с ним заодно.
Криан покачал головой.
— Вот уж не думаю. Скорее всего, он наплел ей каких-нибудь сказок о том, что собирается спасти мир. Она же верит каждому его слову, поэтому даже если мы сейчас попытаемся ее переубедить, ничего не выйдет. Не переживай, все просто решат, что она окончательно помешалась.
— Это все же твоя мать, — с легкой укоризной в голосе напомнил Дирк Вэллейн.
— Она мать Роана, — грустно ответил Криан. — А меня просто родила по недосмотру.
Он уже много раз думал о том, стоит ли сказать отцу, что он был прав насчет причин, по которым мать осталась с ребенком одна, и была вынуждена вернуться к родителям. И решил ничего не говорить. С их семьи без того было достаточно разоблачений.
Отец ушел, но Криан больше не лег. Он так и остался сидеть на кровати, обдумывая свои дальнейшие действия. Думал, на кого из членов Совета можно было бы сделать ставку на грядущих выборах Великого Магистра.
Сэйн Фарик слишком стар, и у него уже нет больше шансов стать первым полукровкой, занявшим этот пост, Реднен Раньяр слишком молод, едва стал магистром, его даже рассматривать не станут. Тэйан Меркс тоже едва ли мог рассчитывать на избрание, хотя и стал в прошлом году магистром первой ступени. У Рэстонов чересчур сомнительная репутация, среди Орнеллов и Бернов давно не бывало архимагистров, потому они не пользуются особым уважением, и, вообще, считаются сомнительно чистокровными. Их не поддержат даже Тамасы, давно расставшиеся с последними крохами клановой гордости.
Оставался, пожалуй, один только Дегар Крайз. Вокруг него и следовало объединять остальных. Но вот только каким же образом можно будет тогда вбить клин между Райдоном и Ровари? Они скорее объединятся против такого тяжеловеса, как Крайз, потому как при соперничестве с ним им уже будет не до взаимных разборок, не остаться бы обоим с носом.
Снова ничего не складывалось. Что же он должен был сделать, что должен был смочь? О чем ему пыталась сказать Хранительница? Возвращаться и переспрашивать было бессмысленно. Не следовало лишний раз злить Райдона, да и Салира определенно дала понять, что ничего больше не скажет. Надо было думать своей головой.
* * *
Иерарху Маарану в ту ночь тоже не спалось. И он тоже обдумывал планы на будущее. Идеи мага по своей смелости граничили с безумием, но нельзя было не признать наличия в них большой доли рациональности.
Маг предложил для начала втихомолку ослабить меры по розыску охотников, а когда нежити в лесах и на пустошах поубавится, придет время решительных действий. Понадобится новый враг, потому что народная любовь к гвардейцам станет иссякать вместе со страхом перед нападениями чудовищ. И единственным подходящим врагом тогда будут маги. Причины войны Роан обещал обеспечить лично, посулив, что будут они более чем вескими.
Конечно, шансы на победу в этой войне для храмовников призрачны, но победа им и не требовалась. Нужно было лишь захватить Хранительницу, чтобы Роан смог завершить свое Восхождение. И тогда магам будет уже не выстоять.
В ответ на вопрос о том, не догадаются ли маги об их планах, Роан беспечно ответил, что даже если и догадаются, это ничего не изменит, потому как у магов, равно как и у храмовников, заправляют всем несколько старых дураков, давно не видящих ничего дальше своего носа.
Ну, а дальше… А дальше все обещало сложиться просто замечательно. На излете победоносной войны маги из мстительных соображений должны будут покончить со всей верхушкой храмовников, и единственный, чудом уцелевший Иерарх неизбежно станет новым единоличным лидером победителей-людей.
Однако, пока это все было только планами на будущее, хотя и в настоящем дела шли вполне неплохо. Никто из стражи и впрямь не вспомнил, что ночью они ловили магов в Зале Кристалла, бегство пленников объяснилось предательством храмовника Лиада, а изчезновение Первосвященника Вемара списали на магов.
Положению самого Маарана, таким образом, ничего не угрожало. Никто так и не узнал, что инициация Хранительницы состоялась, а значит, у него теперь было преимущество перед Приобщенными — ему было известно истинное положение вещей.
Но он по-прежнему не понимал мотивов действий мага, и это его чрезвычайно беспокоило. Власть над мирами, бессмертие — все это звучало странно, слишком уж похоже на безумие, хотя все прочие высказывания и поступки Роана говорили о том, что он весьма разумный, расчетливый и практичный человек.
Бессмертие, это, конечно, заманчивая перспектива, и желание найти подходящего соправителя для мелких человеческих дел тоже вполне понятно. Но делиться этим самым бессмертием маг, судя по всему, не собирался. Во всяком случае, не упоминал об этом.
Это настораживало, особенно учитывая то, какая судьба постигла Вемара. Обстоятельства его смерти были Маарану неизвестны, но тело Первосвященника выглядело так же, как и тела храмовника и магички, убитых Роаном, так что сомневаться в том, что и он пал от той же руки, не приходилось.
Впрочем, вопрос о том, насколько стоит доверять человеку, без колебаний убившему родного брата, Марана в действительности волновал не слишком. Мало ли какие у них были отношения в семье, и какие вообще у магов представления о семейных отношениях.
Просто Иерарх слишком хорошо понимал, что, даже если он и достигнет своих целей, для Роана он был, есть и будет всего лишь средством, которое может начать путаться под ногами, или попросту наскучить. И если с нынешними Приобщенными он боролся на равных, то с магом, тем более всесильным, так уже не получится.
Поэтому сейчас, пока на это еще было время, следовало досконально выяснить, что это за ритуал Восхождения. Наверняка даже и после него у мага останется хоть какое-то слабое место, которым можно будет воспользоваться, если тот вздумает нарушить их соглашение.
* * *
С самого возвращения от Салиры Криан днями напролет безвылазно сидел в библиотеке, копаясь во всевозможных записях. В ответ на вопрос о том, что он хочет найти, маг отмахивался, говоря, что его интересуют подробности ритуала Восхождения. Его отец на все расспросы Тэйнен только плечами пожимал — ну какие, в самом деле, могут быть подробности у ритуала, существовавшего только в теории?
Тэйнен это злило. Она никак не могла понять, что Криан хотел выяснить, когда все вроде бы было и без того понятно. Поэтому, прождав неделю, но так и не добившись сколько-нибудь внятных объяснений, девушка пришла в библиотеку, уселась на край стола и уставилась на мага.
— Что? — не выдержав ее взгляда, сдался Криан.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
