Читаем без скачивания Бронированные жилеты. Точку ставит пуля. Жалость унижает ментов - Леонид Семёнович Словин

— Много сейчас ваших машин поблизости? — спросил Андижанец.

— Кроме нас — пять…

Снова стало тихо. Думая, что за ним не наблюдают, помощник Рэмбо по наружному наблюдению закрыл глаза.

«С вытянутым носом суровое лицо библейской старухи…» — снова подумал Андижанец.

Неожиданно заработала рация…

— Первый! — раздалось в микрофоне. Что–то началось — все это сразу почувствовали.

— Слышу! — Это был Рэмбо. Его машина тоже стояла где–то поблизости.

— Показалась «Волга»! Черная… Идет с моста!

— Номер! — заорал Рэмбо. — Быстро!

— МК 04–12! Моссоветовская…

— Понял!

— Сволочи!.. — Уби полез во внутренний карман, там лежал пистолет. — Бандиты!

Быстро потянулись короткие секунды. И вслед голос старшего:

— Все! Погнали! По местам!

Черную «Волгу» вели, зажатую намертво, профессионалы, привыкшие работать против кадровых разведчиков высокого класса, мастеров своего дела. Сидевшие в черной «Волге» Лейтенант, Кабан и «персональщик» — участники вульгарного разгона — не допускали и мысли о квалифицированном тайном сопровождении. Все шло по принятой ими известной схеме. Позади в общем потоке автотранспорта двигалось такси с обманутыми покупателями, прибывшими на этот раз из Молдавии. Было легко догадаться, что мысль их работает в одном направлении — незаметно выбраться из потока. Слинять. Не попасть на Петровку, 38. В том же потоке вместе с Константином гнали Хабиби и пересевший к ним под видом мента Штрок. Их миссия была закончена, только Карпухину–таксисту еще предстояли дела.

— А в их машине вы разговоры не подслушиваете? — спросил Андижанец у бывшего комитетчика за рулем.

— Первое время слушали… — Помощник Рэмбо не спускал глаз с дороги, легко лавировал — чувствовалось: он, как рыба в воде, рядом с двигавшимся вплотную с обеих сторон автотранспортом. — Потом перестали. Они не разговаривают в машинах. Они все эти приколы знают.

— Вообще не разговаривают?

— Только «да», «нет».

— Гоним по Тульской… — донеслось из рации.

— Покупатели еще тут?

— Едут! Машина с продавцом притормаживает… дает им возможность линять… За покупателями тоже идет наша машина, — не оборачиваясь, объяснил водитель.

— Сволочи! — Уби никак не мог простить обман. Особенно со стороны продавца. — И это — мусульманин! Брат!

— Куда они сейчас? — помощник Рэмбо справился по рации.

— К центру, к центру… Готовься!

Бывшие менты и комитетчики, пробовавшие себя в качестве частных детективов, начали операцию в соответствии с рекомендациями воспитавших их спецслужб.

— Внимание! — прошла команда. — Пакуем!

Черную «Волгу» прижали на Мытной, в районе заводского стадиона «Красный пролетарий» — место там было глухое — на глазах нескольких редких одиночных прохожих. Глава будущего частно–детективного агентства на «жигуле» с бывшим ментом, капитаном милиции, за рулем все круче забирали вправо, прижимая «персональщика» к бордюру. Прохожих тут не было, вдалеке какая–то женщина мочилась в темноте. Она сразу исчезла. Дальше все произошло быстро и предсказуемо. Находившиеся в черной «Волге» не успели ничего сообразить. Они забирали вправо, а сзади уже сигналили. В ту же секунду шедшая сбоку и чуть впереди машина резко повернула, подставив колесо под удар. Водитель черной «Волги» счел за благо тормозить. Шедшая сзади машина приперла его бампером и в ту же секунду третья — «жигуль–шестерка» с братьями Баранниковыми, круто вильнув, преградила путь.

Все было четко. До тех пор, пока у шофера в «Волге» не мелькнул «детектив спешиэл» — модель «кольта», приобретенная «персональщиком» по случаю. Он давно ждал случая пустить ее в ход. Лейтенант успел схватить его за руку: пуля ушла в сторону. Сразу же грянули ответные выстрелы. Оставленный без внимания, Уби поверх опущенного стекла несколько раз выстрелил из пистолета по колесам.

— Все! Закончили! — крикнул Рэмбо по рации. Он не желал быть втянутым в противоправный конфликт группировок. — Снимаемся! Уходим!

— Черт! — Уби никак не мог вспороть баллон черной «Волги».

Рэмбо уже отворачивал.

— Уходим!..

В оцеплении образовалась брешь.

— Быстрее! Погнали! — В прошлом законопослушный мент, Рэмбо был уже метрах в пятидесяти.

Водитель «Волги» спешил воспользоваться ситуацией. Уби стрелял и все никак не мог попасть.

— Больно вы все менты осторожны! — Бледная маска бывшего кагэбэшника за рулем на мгновение пала, в глазах впервые за вечер рассыпались насмешливые огоньки. В эту минуту комитетчик был красив и молод: он жил! В ладони мелькнул маленький пистолет.

— Пусти! — Он оттолкнул Уби. Придерживая руль, перегнулся через сиденье, с ходу легко, как в тире, вбил первую же пулю в ближайшее колесо. Баллон лопнул с оглушительной силой.

— Все что мог! Чао!

Бывший представитель «семерки» отлетел. Выскочившие из машины Фарук, Андижанец, Уби мгновенно рассредоточились. Ехавшие впереди Баранниковы тоже разом один за другим попрыгали на тротуар. Из черной «Волги» бросились между домами. Сбоку темнел проход к складскому зданию, мусоросборники. Уби, амбал, обогнал других преследователей, бежал первым.

— Стой, сволочь! — Он на ходу сменил обойму «ПМ». — Наши деньги!..

— Держи! — Водитель персональной «Волги», не глядя, выстрелил. Не попал.

За Уби во двор вбежали остальные. Двор был тупиковый, дорогу убегавшим перекрыл кирпичный забор какого–то склада с проволокой наверху. Затрещали выстрелы. Бежать было некуда. Бежавший с кейсом — высокий — тоже выстрелил на бегу, не совместив мушку с прорезью и целью, и в ту же секунду словно сбился с ноги. Было ощущение — будто зацепился за что–то, натянутое на уровне щиколотки над землей. Он грохнулся на выщербленный асфальт в углу двора рядом с кейсом; пистолет, вырвавшись из руки, еще пролетел вперед несколько метров, к куче мусора. Кто–то страшно заорал впереди — в дальнем углу двора. Пуля попала ему в шею, вышла изо рта. Никто не заметил, как упал тот, кто бежал последним. Он лежал посреди двора — куча тряпья, кукла, набитая опилками. Преследователи остановились. Тишина! Только эхо от стен!.. Один из Баранниковых схватил валявшийся на асфальте кейс, быстро заглянул внутрь:

— Здесь!

— Оружие не поднимать! — крикнул его брат. — Пусть менты видят: они стреляли!

— Быстрее!

Все были уже у машин. Водитель «шестерки», с которым приезжали Баранниковы, так и не выходил — все время оставался за рулем.

— Теперь к Хабиби… Быстрее!

Константин притормозил метрах в пятидесяти от арки. Хабиби любил пройти пешком последние метры до подъезда. Оба ничего не знали о судьбе ехавших в первой машине. Городской шум к этому времени обычно стихал, район был не слишком загазован. Дежурный милиционер следил, чтобы все было спокойно.

— Завтра как всегда? — Константин перегнулся, открыл дверцу. Они были вдвоем. Штрок, ехавший в качестве мента, подсаженного к ним конторой, вышел раньше, еще в начале Тульской улицы. Хабиби кивнул.

— Как обычно.

Свою долю Константин получал на следующий день, когда вез Хабиби на службу, а сам Хабиби — еще с вечера: деньги около одиннадцати привозил сюда, к арке, Лейтенант — по окончании