какой-либо другой. К счастью (если, конечно, это можно назвать счастьем), мы не успели испытать никаких серьезных семейных проблем, потому что наш союз очень скоро распался. Твой муж погиб через год после свадьбы, и в тот злополучный день ты любила его так же, как и во время первого свидания, а, может быть, и больше. Тебе скоро тридцать, а второго Бена на горизонте нет, да и быть не может. Если ты выйдешь замуж, тебе не избежать всех сложностей и забот настоящей семейной жизни. Немало придется покорпеть над собой, притираясь к новому мужу, будь то сам ангел, чтобы жизнь эта стала более-менее сносной А тебе сие не по силам. Ты ведь не сможешь смириться с тем, что в дальнейшем придется столкнуться и с ссорами, и с разочарованиями. Ты в очень затруднительном положении, Элен, и я тебе от всей души сочувствую.
Она ответила тогда просто:
— Я не представляю себе только одного, мой друг: как можно любить иначе? Другой любви для меня просто не существует.
И в то время такой ответ казался ей единственно верным. Прошло немало лет, прежде чем она усомнилась в своей правоте. В душе она сохранила воспоминания о своем муже, о единственном и неповторимом Бене, как будто он мог когда-нибудь снова вернуться к ней. День за днем воскрешала она в памяти тот самый счастливый год в ее жизни. Что это было — трусость, страх перед будущим? Он ведь никогда не придет, — уверяла себя Элен. Да, она знала это, знала всегда, и все же…
Как-то раз она проснулась и внезапно со всей ясностью осознала горькую правду. И чуть не задохнулась от охватившего ее ужаса.
Призрачное счастье, в которое она искренне верила, почти полностью заслонило от нее действительность. Для Элен единственной реальностью, ради которой она жила, являлся Бен. Все чаще и чаще одолевало Элен предчувствие, что стоит ей чуточку сосредоточиться, и тот их счастливый год супружества станет явью А все остальное время, заполненное одними только воспоминаниями о Бене, канет в вечность и сотрется в мозгу, потому что на самом деле его-то никогда и не существовало.
Осознав это, Элен пришла к выводу, что нервная система ее истощена до предела и в скором будущем ей грозит самое настоящее помешательство. Однако сопротивляться она не могла. По крайней мере, решила Элен, это будет приятное безумие. Обманур себя, она избежит надвигающейся старости и одиночества…
Выход из этого тупика нашелся совершенно неожиданно. Через неделю после своего печального открытия Элен решила податься куда-нибудь в глубинку — туда, где на каждом шагу подстерегали трудности и ежедневная рутина. Где на выколачивание места под солнцем уходили все силы. На первых порах обитание в округе Шейде и в самом деле оказалось для нее нелегким. Зато мало-помалу призрачная семейная жизнь и незаменимый Бен отодвинулись на второй план. И в конце концов Элен влюбилась. Сначала объектом любви стал домик в живописном местечке Шейде, а потом, значительно позже, и один из его обитателей— Эд Коннелли.
Элен с Пэгги уже отъехали от деревенской почты на приличное расстояние, когда дочь неожиданно спросила:
— Мам, а кто такой Майкл?
Любой, даже самый невероятный вопрос не смог бы застать врасплох Элен, которая давно уже привыкла к дочкиным подковыркам. Однако в этот раз она опешила, и Пэгги пришлось пояснить:
— Ну, тот мальчик, который тебе недавно звонил.
— А, тот… — Элен чуть притормозила на развилке, потом свернула на дорогу, ведущую к дому, и продолжала; — Я действительно не знаю, кто это был. Видимо, какой-нибудь озорник. Делать ему больше нечего, как накалывать взрослых.
— Но ты говорила, что это был Майкл. А как его фамилия?
Элен на секунду задумалась и, наконец, решительно заявила:
— Майкл был братом твоего кузена Крэга. Но он давно умер. Тебя тогда еще на свете не было, а Крэгу в то время исполнилось только одиннадцать лет.
— А что случилось с Майклом?
— Он убежал из дома. Майкл частенько сбегал, но тогда, в последний раз, он заблудился и прямиком угодил в лапы метели.
— Его так и не нашли?
— Нашли, но только через несколько месяцев. — Элен подъехала к дому и припарковала свой фургончик на асфальтированной стоянке для посетителей магазина. — Поэтому, как ты сама понимаешь, этот племянник мне никак не мог позвонить. Видимо, какой-то шалопай решил подшутить, вот и все.
Теперь Элен находилась во всеоружии и была готова ответить на любой вопрос, который мог возникнуть в головке любознательной Пэгги, но, к ее удивлению, девочка вполне удовлетворилась этой версией и моментально забыла про Майкла.
— Мам, а если Флетчер Эймс поймает скунса и отдаст его мне, можно, зверек будет у нас жить?
— Нет, нельзя. Скунсов в доме никто не держит.
— А можно, я заведу котеночка?
— Наверное, тогда Сэтч обидится. Он не потерпит соперника.
— Опять этот Сэтч, — пренебрежительно фыркнула Пэгги. — Вот его-то точно не надо держать в доме. Этот постоянно куда-то намыливается.
— Да уж. А ты-то разве нет? Кстати, Бренда подаст сегодня ужин немного раньше, имей в виду.
Осенью наплыв туристов сокращался, городок посещали обычно не более десятка человек, поэтому Элен уже после двух часов закрывала свой магазин.
Однако на сегодня она назначила встречу со своей старинной клиенткой, которая коллекционировала антикварные предметы из матового стекла. Пока Элен развлекала эту даму приятной беседой, к магазину подкатил автобус из Иллинойса. Из дверей вылезли несколько пожилых туристов, горевших желанием тут же осмотреть все сокровища Элен. Они ковыляли по магазину из угла в угол до самой темноты, но так и не сподобились купить хоть какую- нибудь финтифлюшку. Однако это было в порядке вещей. Дважды звонил телефон. Первый раз Элен спрашивал оформитель из Канзас-Сити. Он интересовался, не поступал ли в магазин овальный бело-синий настенный коврик. Второй раз Элен потревожил гробовщик из Стилвилля, который счел своим долгом сообщить весьма важную новость. В их городишке скончалась одна старая дева. Так вот, после нее осталась куча любопытных антикварных штучек. И вероятнее всего эти потрясающие вещицы пойдут с молотка, как только наследники организуют аукцион.
Элен терпеть не могла всю эту суету, однако допустить конкурентов к такому лакомому кусочку было выше ее сил.
Посему она выведала у гробовщика все подробности. Разумеется, тот уже успел побывать в доме усопшей и поэтому смог детально описать все предметы. Да, похоже, там было чем поживиться, и Элен тут же решила подать заявку на участие в аукционе. Пока иллинойские любители раритетов взглядами полировали стеллажи ее магазинчика, беспрестанно
