Брок мысленно поблагодарил Кару. Он почти не сомневался, что это ее рук дело. Жена Лукана всегда следила, чтобы у всех, кто жил в замке, одежда была в порядке.
Рассеянным движением пригладив волосы, Брок нетерпеливо покосился на лестницу. Он уже успел соскучиться по Соне — им ведь так и не удалось поговорить о том, что произошло. И обсудить будущее они тоже не успели.
— Она придет, — вполголоса буркнул Рамзи.
Брок вдруг поймал себя на том, что его желание постоянно видеть Соню граничит с одержимостью. Им было хорошо вдвоем. И не просто хорошо — это было... правильно.
И вот теперь, вернувшись в замок, смогут ли они сделать вид, что ничего не произошло, и жить дальше? Наверное, это было бы благоразумно, но Брок сильно сомневался, что у него получится — особенно после того, как он привык считать ее своей.
Соня еще не переступила порог, а Брок уже почувствовал в воздухе присутствие ее магии. Он поднял глаза — и у него на миг перехватило дыхание.
Густые волосы цвета красной меди огненным потоком разметались по ее плечам. Спускаясь до самой талии, они прикрывали спину, словно шелковый плащ. Бледно-желтое платье очень шло ей, выгодно подчеркивая янтарный цвет глаз.
Глаз, которые, казалось, видели только его одного.
Брок машинально поднялся и молча смотрел, как Соня спускается в зал. Все так же молча, не сказав никому ни слова, Соня двинулась к противоположному концу стола.
Это стало для него полной неожиданностью. Почему-то Брок был уверен, что Соня окажется напротив. Сорвавшись с места, он уже двинулся было к ней, и тут Соня чуть заметно покачала головой.
Брок не ожидал, что ему будет так больно.
Итак, Соня старается сделать вид, что между ними ничего не было. Может, решила, что слегка поторопилась? Или поняла, что недооценила силу висевшего на нем проклятия, и теперь не хочет иметь с ним ничего общего?
Скрипнув зубами, Брок отвернулся и снова уселся за стол. Что ж, пусть все будет так, как хочет она. Его это устраивает.
Ради Сони он готов на все.
Если она попросит, он собственными руками вырвет сердце у себя из груди.
Глава 31
Соня заметила, как помрачнел Брок... как его лицо стало непроницаемым. Он снова закрылся, с горечью сообразила она. Ей хотелось броситься к нему, сказать... но что она могла ему сказать? У нее даже не было времени спокойно обдумать то, что произошло между ними, осознать, что все изменилось раз и навсегда.
Они с Броком так отчаянно рвались домой, так мечтали об этом дне... Но когда они вернулись, Соня вдруг поймала себя на том, что предпочла бы снова оказаться в пещере. Она с радостью отдала бы все на свете, лишь бы вернуть ту близость, что установилась между ней и Броком.
Глубоко вздохнув, Соня повернулась лицом к Воинам и друидам, которых привыкла считать своей семьей. Она знала, что все ждут от нее объяснений. Взглядом она попросила у Брока поддержки, но Брок демонстративно смотрел в сторону.
Голова у нее закружилась. Покачнувшись, Соня ухватилась за стол и подняла глаза на Фэллона, сидевшего в противоположном конце стола.
— Я знаю, что у всех вас накопились вопросы, — неуверенно начала она, — и обещаю на них ответить. Я ушла... я сбежала из замка, потому что… потому что бывают случаи, когда ничего другого не остается... Но мне не следовало уходить. Вы ведь теперь моя семья. Спасибо, что послали Брока найти меня.
— С чего ты взяла, что это мы его послали? — вмешался Лукан.
Соня глянула на Брока. Но он сидел, опустив голову, и длинные светлые волосы закрывали его лицо.
Она молча села. Из груди ее вырвался вздох, похожий на сдавленный стон.
— И где Брок тебя нашел?
— Он сказал, что ты была ранена. Что произошло?
— А еще Брок сказал, что ты отправилась за ним в Кэрн-Тул.
— Кэрн-Тул?! Ты осмелилась пойти в это дьявольское место?!
— А Дейрдре? Она тебя видела?
Вопросы сыпались на Соню со всех сторон — она даже не знала, кому отвечать. И решила, что будет лучше начать с самого начала.
Едва Соня приступила к рассказу, как в зале воцарилась мертвая тишина. Единственное, о чем она предпочла умолчать, — это о том, что произошло, когда она осталась одна в гробнице. Впрочем, как и о том, что они с Броком занимались любовью. Брок время от времени вставлял пару слов.
— Просто настоящее приключение, честное слово, — покачала головой Ларина. — Чтобы отправиться за Броком в Кэрн-Тул, нужно мужество, Соня.
Пожав плечами, Соня украдкой потрогала висевший под платьем амулет.
— Каждый на моем месте поступил бы так же.
— Зная, что тебя ждет, если ты проникнешь в подземелье? — Брови Рамзи поползли вверх. — Очень сомневаюсь.
— А что произошло, когда ты осталась одна в гробнице, а я полетел за помощью? — вдруг спросил Брок, когда в зале ненадолго уставилась тишина.
Соня поперхнулась.
— Я не стала рассказывать об этом не потому, что забыла. Просто мне кажется, это касается всех нас.
— Каким образом? — нахмурилась Маркейл.
— Расскажи, что ты там обнаружила, — добавил Фэллон.
— Там по стенам везде было развешано оружие. Я стала разглядывать его, подыскивала что-то для себя — на тот случай, если Дейрдре удастся проникнуть в гробницу. А потом вдруг заметила меч, лежавший на коленях мертвого вождя, и решила получше его разглядеть.
— Зачем? — влез Арран, самый любопытный из всех. — Это ведь просто меч.
— Я сначала тоже так подумала, но рукоятку его украшал гранат размером с детский кулак, а само лезвие было покрыто узором из кельтских узелков и какой-то надписью на гэльском языке.
— Она пыталась рассказать мне об этом, но не успела. — Брок хрустнул пальцами. — Фэллон уже перенес нас в замок. Я подумал, что мы всегда можем вернуться и прочитать эту надпись — никуда она не денется.
— Было и еще кое-что, — вмешалась Соня. — Я заметила, что на шее мертвого вождя что-то блестит. Мне показалось, украшение. Но как только я увидела, что это такое, сразу поняла, что обязана забрать это с собой.
— Покажи, — потребовал Брок.
Соня вытащила из-за пазухи амулет и молча протянула его Броку. Он поднес его к глазам и принялся внимательно разглядывать.
— Двойная спираль, — выдохнул он.
Амулет переходил из рук в руки, пока не вернулся к Соне. Она машинально прикоснулась к нему, как делала это много раз.
— Двойные спирали, соединенные вместе, обычно означают равноденствия.
— Когда день равняется ночи, — подхватила Айла. — Равноденствия в глазах друидов, май или драу всегда считались особенными днями — в это время их магия обретала необыкновенную силу.
