он, как правило, делал это вдали от Средиземноморья, поскольку имел большие флоты даже в Британии и вдоль Рейна и Дуная, где они держали на расстоянии германских налетчиков. Даже нестабильность в самом сердце империи не разрушила мир в Средиземноморье. Во время бурного "Года четырех императоров" в 68-9 гг. н. э., последовавшего за самоубийством Нерона, император Отхо набрал тысячи моряков, чтобы блокировать угрозу, исходящую от его соперника и возможного вытеснителя Вителлия. Отто мог рассчитывать на поддержку двух италийских флотов, базировавшихся в Равенне и в Мизенуме, недалеко от Путеоли. Последний победитель 69 года, Веспасиан, также использовал военно-морскую мощь, но по-другому: со своей базы в Египте он сначала заблокировал поставки зерна в Рим, а затем, приблизившись к Риму, проявил щедрость, раздав эти продовольственные запасы римскому народу, чем смертельно подорвал Вителлия.66 Позже флоты служили императорам, когда нужно было переправить армию в Африку, чтобы подавить региональные восстания. Траян отправил флоты в Киренаику, Египет и Сирию, чтобы подавить широкомасштабное восстание евреев в 115-16 гг.67 Морякам иногда приходилось сражаться на суше, когда они достигали места назначения, но великие морские сражения, подобные Пуническим войнам, были достоянием литературы, а не того, что моряки могли испытать на себе.
Неудивительно, что римскому флоту уделяется гораздо меньше внимания, чем греческим флотам или этой неумолимой, безжалостной руке государства - римской армии. Предполагается, что в эпоху pax romana флот делал не так уж много. Служба на флоте оценивалась не так высоко, как служба в армии. Во II веке один солдат легионеров по собственной воле перешел на флот; его наказали за неприемлемое поведение68 .68 Тем не менее, было много тех, для кого служба на флоте была предметом гордости. В египетском папирусе начала II века н. э. записано, как некий Семпроний был огорчен, узнав, что его сына Гая уговорили не идти на флот, как он изначально планировал: "Смотри, чтобы тебя так не уговаривали, иначе ты больше не будешь моим сыном... Ты хорошо поступишь на хорошую службу".69 Но набор во флот имел важные социальные последствия. Моряки в Средиземноморье были со всего римского мира, включая людей из внутренних областей, таких как Паннония (вдоль Дуная); среди них было очень много греков, что неудивительно, а также большое количество египтян, причем не просто греков, обосновавшихся в Египте, а людей египетского происхождения. Эти люди принесли с собой своих богов, и Сарапис широко почитался моряками римского флота, независимо от того, были ли эти моряки египтянами или нет: "Сарапис велик на море, и как торговые суда, так и военные корабли управляются им".70 Смешение богов было совершенно типичным для римского мира. Но было и давление в другом направлении. Поступая на службу, где языком командования была латынь, новобранцы стремились латинизироваться и романизироваться, беря латинские имена:
Апион - Эпимаху, своему отцу и господину, много приветствий. Прежде всего я молюсь, чтобы ты был в добром здравии и, постоянно процветая, хорошо жил вместе с моей сестрой и ее дочерью и моим братом. Благодарю владыку Сараписа за то, что он сразу спас меня, когда я был в опасности на море... Посылаю тебе небольшое изображение себя, сделанное Эвкремоном. Теперь меня зовут Антоний Максим.71
Через несколько лет он женился и завел троих детей, двоих с латинским и одного с греческим именем; "Антоний Максим" теперь меньше интересовался Сарапис, поскольку молился о благополучии своей сестры перед "здешними богами".72
Римский флот имел меньший престиж, потому что был не столько боевой, сколько полицейской силой. Его существование обеспечивало безопасность гражданских морских путей, хотя конвои не посылались для сопровождения торгового судоходства - отчасти потому, что торговое судоходство управлялось частными лицами, а отчасти потому, что в этом не было особой необходимости. Для обеспечения безопасности было достаточно присутствия флота в Мизенуме близ Неаполя, в Равенне и на ряде прибрежных станций, таких как Форум Юлий (Фрежюс) в Провансе. Карфаген, отстроенный в 29 г. до н. э. как центр торговли и администрации, официально известный как Colonia Iulia Concordia Carthago, не использовался флотом, хотя и стал главным римским городом в Северной Африке (если не считать Александрии).73 Однако римский флот присутствовал в Кесарии (Черхеле), расположенной несколько западнее, поскольку за ней находился район Мавретании, периодически доставлявший беспокойство.74 Вот что означал pax romana для Средиземноморья: это был не активный процесс подавления врагов, чтобы навязать мир победителям - "они производят опустошение и называют это миром", как иронично заметил Тацит о римских армиях на севере Европы, - а скорее благожелательное присутствие. По крайней мере, до середины третьего века было достаточно осознания необходимости поддерживать флот в хорошем состоянии. Сами корабли были традиционными квадриремами и квинквиремами позднего классического мира; до византийского периода нет свидетельств значительных инноваций в конструкции кораблей, поэтому военно-морские силы сталкивались с традиционными проблемами судов с низкими шпангоутами, обычно едва достигающими четырех метров над водой: невозможность подвергать себя воздействию неспокойного моря или плавать зимой.75 Флот был также доступен для перевозки чиновников по империи, но (в отличие от средневековых кораблей) эти галеры не выполняли функции торговых судов, отчасти из-за их конструкции, а отчасти потому, что император не хотел быть простым торговцем.
Идея создания Мизенума и Равенны в качестве главных командных центров восходит к Августу.Мизенум был центром управления операциями в западном Средиземноморье, но его зона ответственности распространялась и на восток. Поскольку грузы зерна из Египта прибывали в Путеоли, расположенный по соседству, Мизенум следил за передвижениями по этому морскому пути. Внутреннее озеро за Мизенумом было выкопано и соединено с побережьем, так что у флота появилась безопасная внутренняя гавань; вокруг порта располагались виллы богатых римлян; Тиберий провел здесь несколько своих последних дней.77 С другой стороны, из Равенны отправляли флоты следить за побережьем Далмации, где всегда скрывались пираты и разбойники, и Эгейское море также входило в сферу его интересов. Равенна была окружена лагунами (современная береговая линия находится в нескольких милях от древней) и не была идеальным местом для гавани, поэтому порт был построен в двух милях от нее, в местечке под названием Classis, то есть "Флот"; канал соединял Classis с Равенной. Эта гавань изображена на мозаиках Равенны шестого века, так как она долго сохраняла свое значение; все, что осталось от славы Классиса, - это инкрустированная мозаикой церковь Сант-Аполлинаре-ин-Классе, также шестого века.78 Способность римлян следить за Средиземноморьем, главным образом с командных пунктов в Тирренском море и северной Адриатике, очень впечатляет.
Торговец второго века вполне мог задаться вопросом, что может разрушить единство Средиземноморья. Это
