Сержант, забрав пять бойцов, повёл их цепочкой к лесу, я объяснил лейтенанту ситуацию, и мы двинули дальше. Сабаров зафиксировал уничтожение ещё одной разведгруппы. А вот старший блокпоста сообщил, что наши идут по минному полю, я успокоил, по границе, но всё же в стороне. Так мы и подъехали, проехав змейку между бетонными блоками на дороге. Нас уже встречали. Тут два взвода размещалось, в капонире танк стоял, «Т-62». Ну и началась разгрузка, Сабаров стоял у машин, фиксировал что выдавать и что забирать. По доскам скатывали бочки с бензином и соляркой, обратно закидывали пустые, ящики с припасами, с патронами и снарядами. Медикаменты, детали вооружения. Стоит отметить, что за одной из машин катила на прицепе полевая кухня, но видимо не сюда. Кто-то на другом блокпосту её заказал. А вообще не рационально колонна сформирована. Каждому бы посту определённая машина, одна-две, мы бы их оставляли, и их неспешно разгружали одним, и загружали другим для вывоза. Мы бы так доехали до конца, и развернувшись, покатили обратно, собирая машины, снова формирую полную колонну. А тут выгружают одно из одной машины, другое из другой. Пять машин на разгрузке стоят, как я вижу.
Когда ещё моя машина встала, я дал возможность Тимуру вылезти из-под брони, отлить сбегать, с местными пообщаться, а сам направился к миномётчикам. Отозвав сержанта, сказал ему:
— Здорово вы те две группы накрыли, молодцы. Я хотел по ним поговорить. Ты в курсе, кто убил, тому и принадлежит хабар с тела? Ну кроме оружия, его сдать придётся.
— Да, слышал о таком.
— Смотри, парни с моего «БМП» только что уничижили третью разведывательную группу. Пятеро убито, шестой убегает. Сейчас они снимут хабар, и всё это им принадлежит. Правда, есть один момент. Трофеями обычно делятся с командиром, чтобы глаза закрывал, одно, но что-то ценное. У наших парней два командира, взводный и лейтенант, а у тебя только лейтенант, делится меньше. Предлагаю, когда будем возвращаться, встанем там, где вы огонь вели, и отправишь парней, сбегают и соберут хабар. Считай это проявлением доброй воли, вы действительно отлично постреляли. До одной группы с километр, до другой, два. Ты пока подумай, будем возвращаться, решим, я с лейтенантом поговорю, он вроде правильный, вряд ли откажет.
— Хорошо.
Вообще говорить лейтенанту не нужно было, я общался с включённой рацией и тот нас внимательно слушал, и когда я выключил рацию и повернулся в его сторону, просто кивнул. Вот и отлично. Только было двинул обратно к своей броне, как отметил, что ко мне три местных деда подходят.
— Поговорить надо, — сказал один.
— Идём к машине, там и пообщаемся.
Мы подошли к машине, Тимур, открыв задние десантные дверцы, перебирал рюкзаки, вешая на стенки, там крепления были, а то на полу лежали. В общем, делом занимался.
— Что вы хотели? — повернувшись к дедам, все трое рядовые, спросил я.
— На продажу что есть?
— Спиртного нет.
— Да тут жрать нечего, опять горох и шрапнель из перловки привезли.
— Ну кое-что есть. А что вы мне в обмен?
Те бедные как церковная мышь, ничего с них не возьмёшь, но они сами не поймут, если что-то отдам просто так, хотя я бы отдал, нужно играть торговца, среди армейской среды это нормально, поэтому те вполне оживились.
— Есть карабин с мощной оптикой, двенадцать патронов к нему. Тут нас снайпер обстреливал, мы его из «АГС» накрыли. Парни ходили, девка была, убитая. Карабин принесли.
— Если целый, то беру. Дам за него, ящик тушёнки, коробку макарон, вещмешок с картошкой, не гнилой, и десять банок сгущёнки. Сверху в качестве бонуса две колоды карт, с девками обнажёнными, и два косяка с травкой.
— Согласны! — хором воскликнули те.
Один сразу рванул за карабином. Вскоре, уйдя за «БМП», чтобы офицеры не видели, я осмотрел оружие. Целое, рабочий механизм, а карабин «СКС», причём переделан в охотничий, считай не боевое оружие, хотя и применяли именно как боевое. Вот оптика действительно мощная, наша, не импортная. Патроны тоже забрал. Потом выгнал двух солдат из десантного отсека, те на лавках сидели, и начал подавать дедам ящики и коробки, плюс один вещмешок. Те бегом уносили на блокпост. Не сами, шесть бойцов пригнали и те всё унесли. Колоды карт как сокровище в карманы, косяки уже готовые, в складки кепи, на этом довольные друг другом распрощались. Я же поглядывал на командира подчинённого мне отделения, те уже возвращались, минное поле прошли, сейчас загруженные, причём все, шагали в нашу сторону. К блокам на дороге подходили. Похоже те так оголодали по трофеям, что даже исподнее сняли. Стирать же надо, всё в крови. Похоже сержант прямолинейно меня понял, когда я сказал — всё что с них, твоё. Ничего бросать тот не захотел. Все шестеро прошмыгнули мимо офицеров, те отвернулись, делая вид что их нет, и к моей машине. Вскоре весь хабар был в десантном отсеке. К нам уже взводный спешил за своей долей, сержант ему выдал рацию, модель как у меня, с гарнитурой, и тот довольный ушёл. У меня перед уходом поинтересовался, может его рация от нашей зарядки заряжаться, и узнав, что может, ушёл, пробуя рацию. Я ему уже настроил нашу волну с мехводом. При этом оружие, четыре автомата и снайперскую винтовку «СВД», тот официально принял, по описи, магазины, но разгрузок не было, магазины так кучкой лежали. Всё это в кузов взводного «Зилка» отнесли. А чуть позже сержант нашему лейтенанту бинокль отнёс в чехле. Тот как раз собрался отдать приказ продолжить движение, тут мы закончили. Тот хотел меня попросить, чтобы я передал, но отказался, его трофеи ему и нести. Сержант-миномётчик за этим всем внимательно наблюдал и мотал на ус. Ну а мы двинули дальше.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Потом был второй блокпост, между ними километров десять-пятнадцать было, на третьем оставили кухню, везде ко мне подходили деды, видать передавали с прошлых по рации, всегда что находилось на обмен, особенно картам с голыми девицами радовались. Ну и травке. На втором например чаю чёрного попросили, сладости. Дал, чак-чака два кило, большой объём был. Я у боевиков в том селе, где в плену очнулся, целую коробку карт с девками нашёл, на одном из складов со всякой всячиной, штук двести колод. На кой они им? Так и катили дальше. И вот между третьим и четвёртым она, засада, там те, кто должен был нас уничтожить, кому нас сдали. Почти полторы сотни, много противотанковых средств, шесть радиоуправляемых фугасов. Судя по установкам фугасов, на хабар боевики не рассчитывают, тут полное уничтожение. То, что нас ждут, я узнал ещё пока мы разгружались на третьем блокпосту. Погонял дрона вокруг, двое боевиков наблюдали за нами, два километра до них, и погнал дрон над дорогой дальше, и в семи километрах увидел, как те готовились, особо не скрываясь, мы же далеко. Значит и те двое наблюдателей от них, дадут сигнал как колонна наша выйдет в сторону засады. Вообще, в тех местах пока особо обстрелы по колоннам не велись, видимо надеялись, что проскочив самые сложные и опасные участки, мы расслабимся. Ну-ну. К слову, командир подчиненного мне отделения мотострелков, пока мы в дороге были, или во время разгрузки, перебрал весь хабар. Часть вещей и формы его солдаты постирали в реке у третьего блокпоста. Тот сам уже в новеньких армейских штатовских ботинках ходил, в таких же как у меня, та группа снаряжена была неплохо. Рация тоже такая же. Ещё одну пару ботинок взводному отдал, по обмену, как я понял. Да и остальное как-то у того быстро по взводу разошлось. Канал сбыта имел среди своих. Когда мы отъехали от третьего блокпоста на километр, я остановил машину, и повернув башню, десант уже посыпался на землю, одним выстрелом поразил наблюдателей. После этого попросив взводного, лейтенанта и командира миномётчиков подойти, есть разговор, отправил трёх бойцов собрать мой хабар. Ну и сам выбрался из бронемашины. На запрос с блокпоста что за стрельба, ответили, что произошёл непроизвольный выстрел.
Пока вызванные подходили, бойцы уже забрались на косогор, где разрыв лёг те видели, и куда бежать знали, так что быстро уходили. Дрон там полетал, пару растяжек среди акаций я видел, но они далеко в стороне. Да и бойцы почти всё время находятся в прямой видимости, прикроем. Это для самоуспокоения остальных, я знал, что нет тут рядом никого. Когда подошли командиры, то я уже ждал у расстеленной на лобовой броне карты. Вот в лоб и сообщил:
