(подробнее об этом скажу чуть позже), паранойя, мистификация чего-либо вокруг Вас, – Браль сделала паузу, и Фаина расположилась поудобнее.
– Как и любому шизоиду, Вам свойственны эмоциональная отстраненность, любовь к одиночеству, страх перемен и сложности с адаптацией к чему-либо новому, отказ принимать решения и брать на себя ответственность, замкнутость в себе, немногословность, стремление прежде всего к личному комфорту и удобству, неумение выражать теплые чувства или же сознательный запрет это делать, утомление от больших скоплений людей, проблемы со сном из-за обилия мыслей и переживаний, спрятанных глубоко внутри, как и Ваша подавленная чувствительность. Избыточность внутреннего мира и отсутствие достаточно широких каналов для его реализации приносит Вам лишь страдания. Вы живете в мире своих фантазий, потому что там вам комфортнее. Поправьте меня, если я в чем-то не права на данном этапе.
Но Фаина лишь молча покачала головой. Нечего тут было поправлять. Все про нее, все до последнего словечка. Даже жутковато стало. Но и любопытно тоже. Что скажут дальше? Неужели с ней все настолько плохо? Она, конечно, догадывалась… но полной картины не было.
– Хорошо, тогда движемся дальше. Шизоиды не особо волнуются по поводу внешнего вида, им спокойно в беспорядке и неряшливости. Они редко заводят серьезные отношения, так как слишком ценят личное пространство и время и не готовы тратить их на кого-то, кроме себя и своих фантазий. Им некомфортно с кем-то знакомиться, открываться новым людям. Находясь в обществе, шизоиды мечтают о том, как попадут домой и проведут время без посторонних, занимаясь тем, что им приятно. В большинстве случаев шизоид – личность яркая и неординарная. Он иначе видит мир и не принимает на веру навязанные обществом нормы, резко меняет настроение и не терпит вторжения в личное пространство.
– У меня шизофрения? – спокойно уточнила Фаина, прищурившись.
– Не совсем. Но она может легко развиться из Вашего нынешнего состояния. Вы имеете к этому все задатки. Я склонна отнести Вас к ярко выраженному шизоиду психастенического типа еще и по следующим признакам: Вы не умеете работать в команде – для Вас легче и проще все сделать самостоятельно, лишь бы не контактировать с людьми (по Вашему убеждению, это затормаживает процесс); Вы не способны нести ответственность за себя и за других (будем называть вещи своими именами); судя по результатам теста на уровень интеллекта, Вы облаете глубокими познаниями, но не можете их озвучить из-за нерешительности и тревожной мнительности, а это сильно мешает жить, особенно в школьные и студенческие годы – на фоне этого развиваются многие комплексы; наконец, у Вас слабая нервная система и склонность к апатии.
– Я не считаю себя умной, – поразмыслив, призналась Фаина. – Никогда не считала. Мне, скорее всего, просто везло. Но я тысячу раз испытывала иррациональный страх озвучить то, что знаю, даже если уверена в этом. Я всегда боюсь допустить ошибку, словно сразу после этого моя жизнь будет испорчена навсегда.
– Я об этом и говорю. Чистейший психастенический шизоид.
– А откуда вообще… это в человеке берется?
– Шизоидность? Единого мнения нет до сих пор, – вздохнула Браль. – Лишь теории. Это либо неблагополучная семья, где с самого детства ребенок видит родительскую неприязнь и замыкается в себе, осознанно отстраняясь от людей; либо возникающее на фоне неумения создать комфортные для себя условия неприятие себя и своих недостатков, и как следствие затворничество; либо врожденная когнитивная расфокусированность, когда человек не умеет улавливать чужие чувства, а потому не может на них ответить.
Кстати, если уж заговорили о детстве, на этот счет у меня тоже есть парочка наблюдений. Знаете, почему Вам так нравится вкус сладкого, различные безделицы, мультики, игрушки? Почему Вы страшитесь перемен и ответственности? Вы любите все, что возвращает Вас в те старые добрые времена. Вам не нравится взрослая жизнь, верно? Вам все больше хочется выпасть из нее. Вы даже нашли хороший способ эскапизма – надежный, но не оригинальный. Алкоголь облегчает ситуацию не тем, что помогает расслабиться или повеселиться, нет. Он позволяет на время притормозить самокопание и мучительные для Вас мыслительные процессы, которые редко удается застопорить. Дарит недолговечную легкость, прелесть которой познается лишь в сравнении с ежедневным состоянием.
Очевидно, у Вас было счастливое детство, если Вы так жаждите в него вернуться. Вы не заметили, как выросли. Когда Вы стали взрослой, Фаина, в каком возрасте? – Браль вновь сочувственно вздохнула. – Инфантилизм – весьма распространенная проблема в наше время. Она проявляется в легкой форме у большинства людей Вашего возраста. У людей есть только два варианта: либо приятное детство, полное позитивных впечатлений, и отказ переходить в новое состояние, принимать законы взрослой жизни, либо, наоборот, ужасное детство, полное травм, и стремление исправить нынешнюю жизнь, сделать непохожей на то, что пришлось пережить. С другой стороны, будь Ваше детство безоблачным, откуда взялись бы все эти комплексы и страхи? Допускаю, что Вы склонны, как многие из нас, идеализировать то, что безвозвратно прошло, искусственно наращивая ценность утерянного. Вы – загадка, Фаина. Интереснейший ребус человеческой психики, требующий тщательного изучения.
Но девушка не ощущала того же восторга, что испытывал бы любой психолог на месте Браль. Она поняла вдруг с необыкновенной ясностью, что не зря оказалась здесь. Даже если бы Ян не появился в ее жизни и не послужил катализатором всех внутренних странностей и противоречий, ей давно следовало показаться специалисту.
– Признаться честно, услышанное меня угнетает.
– Так не должно быть, Фаина. Вы словно павлин, который грустит, увидев свои чудесные перья.
– «Чудесные перья», – усмехнулась она. – Конечно… Что в этом всем чудесного?
– Вы уникальны, а это бесценно.
– За уникальность я слишком дорого плачу.
– Иначе не бывает. За уникальность всегда приходится платить. Отчуждением, отшельничеством, полным неприятием окружающими, отсутствием нормальных взаимоотношений с ними.
– Я давно заметила, что мне… не требуется становиться фрагментом чего-либо, чтобы ощущать себя, знаете, полноценной. Вливаться в фан-клубы, группы по интересам, литературные кружки и тому подобное – не для меня. Если я и люблю что-то, я люблю это сама по себе, мне не нужно все остальное сообщество поклонников, чтобы делить с ними свои впечатления от прочтения книги или просмотра фильма, грубо говоря.
Я никогда не была частью школьного, университетского коллектива, членом определенной социальной группы, самоидентифицирующей себя только как часть от целого. Никогда не стать мне и частью рабочего коллектива. И дело не в людях, которые окружают. Дело только во мне. Я просто… не хочу этого. Мне достаточно себя. Внутри меня и так слишком много всего, чтобы стремиться еще и к постоянному общению с кем-то, тем более – с группой людей. Люди отнимают мое бесценное время, которое я могу потратить на множество вещей более интересных, чем человеческая посредственность. Я
