проблема, потому что XVII немецкому корпусу не удалось вовремя соединиться с нашим правым флангом, появилась брешь в линии соприкосновения, ликвидировать которую собственными силами мы не могли из-за полного отсутствия резервов. Инициатива на территории между Ягодным и Большим полностью перешла в руки русских. Весь тыл между реками Кривая и Цуцкан остался практически беззащитным, и неприятель мог создать хороший плацдарм для атаки на Горбатовский – важный дорожный узел, открывающий свободный доступ на всем южном направлении по течению Кривой, с возможным охватом и окружением с юга оборонительных позиций у Ягодного и всего правого фланга 8-й армии.
Понятно, что следовало принять срочные меры, чтобы не допустить такое неблагоприятное развитие ситуации. Но мои настойчивые просьбы, обращенные к командованию XVII немецкого корпуса не дали результатов, хотя я просил у них немного: восстановить тактическое соприкосновение с моим правым флангом и содействовать в задержке неприятеля вдоль линии разделения, проходящей между нашими корпусами. Бездействовать было нельзя, поэтому я принял решение выровнять фланг обороны своими силами.
25 августа в 14:15 я приказал дивизии „Сфорцеска“ отойти из долины Цуцкан на гребни высот у реки Кривая и организовать новую линию обороны в районе Горбатовского. Такие меры помогли создать более сокращенный оборонительный рубеж с хорошо укрепленными флангами и подготовить позиции для начала контратаки против неприятеля на правом фланге, как только прибудут новые подкрепления»[117].
О неоправданном вмешательстве немецкого командования в работу итальянских штабов уже говорилось в разделе этой книги, посвященном взаимоотношениям с союзниками. Здесь мы повторим, что внезапное вмешательство немецкого командования отнимало из рук итальянских генералов все управление оборонительным боем и говорило о шокирующем высокомерии и самонадеянности немцев. Их действия в немалой степени способствовали поражению дивизии «Сфорцеска», и потом её публичному осуждению за это.
К концу осени 1942 года 8-я армия была размещена на левом фланге немецкой 6-й армии, между венгерскими и румынскими войсками. В дальнейшем немецкая 6-я армия вступила в бои с 62-й армией советского генерала Василия Чуйкова, в Сталинграде. Протяжённость итальянского участка составила свыше 250 км. Рубеж проходил по берегу реки Дон, начиная с позиций 2-й венгерской армии и до позиций 3-й румынской армии в Вёшенской. На своём участке итальянцы создали слабую оборону – не были выкопаны траншеи, не были созданы эффективные оборонительные позиции. Кроме того, снегопады и сильные морозы затрудняли передвижение войск.
Ситуация для немецких войск в Сталинграде оставалась стабильной до тех пор, пока советские войска 19 ноября 1942 года не начали операцию «Уран». Целью этой операции было полное окружение и блокирование 6-й немецкой армии. Удар советских войск был направлен на слабые румынские армии, находящиеся к северу и югу от Сталинграда. Операция «Уран» планировалась, как одновременный удар в двух разных направлениях. Советские войска нанесли два удара и прорвали линию обороны третьей и четвёртой румынских армий, и через четыре дня после начала операции у населённого пункта Калач-на-Дону замкнули окружение.
Ситуация для итальянских войск, растянутых вдоль Дона, оставалась стабильной до тех пор, пока советские войска 11 декабря 1942 года не начали операцию «Сатурн». Целью этой операции было уничтожение позиций итальянских, венгерских, румынских и немецких войск на реке Дон. Первый этап операции «Сатурн» также известен как операция «Малый Сатурн». Целью этой операции было полное уничтожение 8-й итальянской армии.
Об этих событиях Мессе судит уже со стороны. Вернувшись в Италию, он смог наблюдать крах всей восточной эпопеи Италии и агонию её доблестных когда-то вооруженных сил: «Вернувшись в Италию, я продолжал получать тяжелые новости с русского фронта. Не менее тревожные известия принесло поражение у Эль-Аламейна и высадка большого англо-американского десанта во французской Северной Африке[118].
В первые дни ноября еще происходили тяжелые бои у Сталинграда и на Кавказском фронте, в то время как в большой излучине Дона между Камилшово и Серафимовичем, занятой 2-й венгерской, 8-й итальянской и 3-й румынской армиями, продолжалось почти абсолютное затишье. После жестоких боев в августе у Серафимовича и на фронте 35-го корпуса и отдельных сентябрьских боев в секторе II итальянского армейского корпуса неприятель проводил разведывательные мероприятия и вылазки отдельных патрулей.
В результате перемещения линии фронта 8-й итальянской армии дислокация соединений была следующей (с левого на правый фланг):
• Альпийский армейский корпус с дивизиями „Тридентина“, „Юлия“ и „Кунеэнзе“;
• II армейский корпус с дивизиями „Коссерия“ и „Равенна“;
• XXXV армейский корпус с дивизиями 298-й немецкой и „Пасубио“;
• XXIX немецкий армейский корпус с дивизиями „Торино“, 62-й немецкой и „Сфорцеска“.
Дивизии второго эшелона:
• 294-я немецкая – позади альпийского армейского корпуса;
• 3-я „Челере“ – позади II армейского корпуса;
• 22-я немецкая танковая – позади XXIX германского корпуса.
Армия, кроме того, располагала пехотной дивизией „Виченца“, предназначенной для службы в тыловых районах и не имевшей в своем составе артиллерийского полка, однако, это не помешало в момент опасности направить ее на передовую, где она отважно сражалась, как и все другие наши дивизии.
Общую линию фронта Групп армий „А“ и „Б“ можно представить следующим образом (слева на право):
ГРУППА „Б“
• Линия фронта вдоль Дона, от Воронежа до Серафимовичей, прикрывала войска, сражавшиеся в Сталинграде и на Кавказе:
– 2-я немецкая армия;
– 2-я венгерская армия;
– 8-я итальянская армия;
– 3-я румынская армия.
Упорно сражались в Сталинграде:
– 6-я немецкая армия;
– 4-я немецкая танковая армия.
ГРУППА „А“
• всеми силами развернулась по направлению к низовьям Волги, к Каспийскому морю и Кавказу (одно немецкое подразделение покорило вершину Эльбруса – высота 5630 метров, что стало скорее прекрасным альпинистским достижением, чем какой-либо военной победой). Сложную и необъятную линию фронта войск Группы „А“ прикрывала с левого фланга 4-я танковая армия, а с правого – Черное море (западнее Туапсе). Такова была общая ситуация на южном участке русского фронта на момент моего возвращения на Родину в начале ноября 1942 года.
Во второй половине ноября 1942 года разгорелась ожесточенная борьба вокруг Сталинграда. Русские предприняли самое важное для них наступление и нанесли удар между Воронежем и Серафимовичем[119].
Так для итальянцев началась вторая, более тяжелая, оборонительная битва на Дону. 8-я итальянская армия стала участником гигантского сражения, поглотившего сразу все армии Групп „А“ и „Б“. Я ограничусь только краткими заметками по поводу произошедших событий и возьму за основу отчет Генерального штаба Армии.
Первая атака русских началась против правого фланга 3-й румынской армии в верхней части излучины Дона и завершилась в третьей декаде ноября 1942 года прорывом фронта на смежном участке между 3-й румынской и 6-й немецкой армиями. Одновременно началась другая мощная атака против 4-й немецкой танковой армии,
