Он подумал еще немного и решил, что, какой бы план побега у него ни возник, надо держать его при себе.
А план, как он внезапно понял, действительно появился — смелый, безрассудный, осуществить который мог бы только Мима. И если бы этот замысел удался, то он сумел бы освободить не только Лигею, но и спасти много других несправедливо проклятых душ. А кроме того, он отплатил бы Сатане за наглую попытку запереть в Преисподней и заставить служить себе другую инкарнацию.
Мимин план не отличался ни особым изяществом, ни легкостью исполнения. Но Мима был Марсом, и на карте стояла честь его ведомства. Ему хотелось преподать Сатане урок, каково связываться с Марсом.
15. РЕКА
Когда на Преисподнюю спустилась ночь, беглецы почувствовали некоторое облегчение, потому что погоня прекратилась. Они поговорили, поспали, и теперь им не терпелось побыстрее выбраться из тесной пещеры.
— Мне кажется, что из Ада должен быть какой-нибудь выход, — сказал Мима. — И я намерен его отыскать. Есть соображения, где он может находиться?
Лигея подумала.
— Для тебя существует множество путей. Для меня же…
— Для нас обоих. Пусть самостоятельно ты не в силах воспользоваться выходом, но я мог бы помочь тебе выйти этой дорогой.
Ее лицо просветлело.
— Может быть… Ах, смею ли я надеяться?
— Надеяться всегда лучше, чем испытывать отчаяние.
— Я столько раз надеялась, и мои надежды неизменно рушились.
— Всегда остается надежда, что на сей раз твои надежды оправдаются.
Она улыбнулась:
— Ради тебя я буду лелеять эту надежду. Однако я действительно не знаю, где может находиться выход. Преисподнюю окружает река Стикс, и только паромщик Харон может перевезти через нее душу. А он этого не сделает без приказа Сатаны.
— Но ведь Ад трехмерный, — возразил Мима. — Как же одна река может весь его окружать?
— Не знаю, — удивленно ответила Лигея.
— Мы явились сюда сверху, значит, там должен быть проход, — продолжал Мима.
— Да, наверное, — согласилась она. — Странно, я никогда об этом не задумывалась. Впрочем, я все равно не знаю, как воспользоваться выходом.
Миме пришло в голову, что если Ад похож на Чистилище, то его кажущаяся трехмерность в действительности двухмерна, поэтому одна и та же река вполне могла окружать его со всех сторон. Спускающаяся капсула, заколдованная Сатаной, наверно, пронесла их прямо сквозь реку Стикс. Однако Мима не видел смысла продолжать все эти сложные умозаключения.
— Вот что мы должны сделать: обо всем разузнать, — решил он. — Наверняка есть кто-нибудь, кто многое ведает и расскажет нам. Но мы не можем открыто расспрашивать проклятые души — Сатана сразу же перекроет любой выход, который мы найдем.
— Мы могли бы воспользоваться черным ходом, — сказала Лигея. — Демоны туда не заглядывают, потому что…
— Черным ходом?
— Существуют дороги и проходы, которые ведут к главному входу, но ими пользуются демоны, поэтому любого чужака очень скоро выследят и поймают. Конечно, если бы мы были невидимы, это могло бы сработать… но чтобы с кем-нибудь поговорить, нам надо становиться видимыми, и тогда демоны нас обнаружат. Зато путь к черному ходу лежит через глушь, главным образом через болота, окружающие реки. Правда, хотя там нет демонов, есть другие опасности, вроде чудовищ и непроходимых мест. Не знаю, сумеем ли мы…
— Что происходит с человеком, попавшим в лапы чудовища или в естественную ловушку?
— Масса неудобств или преимущественно боли, — ответила Лигея. — Мы здесь не можем умереть по-настоящему, но, когда тебя жует и пожирает чудовище, это очень больно, а потом ты оказываешься у него в животе. Мне бы такое очень не понравилось.
Тут было над чем подумать. Может ли монстр сожрать Марса? Вероятно, нет. Но он вполне способен съесть Лигею. В состоянии ли Мима оградить ее от этих опасностей? Может быть, да, если будет находиться в постоянном контакте с ней.
— Мне кажется, что я сумел бы уберечь тебя от этого. Хочешь рискнуть?
— В настоящий момент это не страшнее того, что Сатана сделает со мной, если… — Девушка не закончила, и Мима догадался почему. Если она не справится со своим заданием задержать Миму в Преисподней — хотя она никогда и не соглашалась на это, — то в Аду для нее будет придумана мучительнейшая пытка. Ведь существуют же наказания пострашнее самой смерти, и Ад был именно тем местом, где они применялись.
— У меня есть приблизительный план побега. Я не могу сообщить тебе подробностей, потому что пронюхает Сатана… — Мима, не поворачивая головы, покосился на змею в надежде, что Лигея поймет его знак, а змея ничего не заметит. — Но для этого мне нужно встретиться с разными лидерами душ, пребывающих в Аду, — не с теми, которые работают на Сатану, а с теми, кто по-настоящему заинтересован в благополучии человечества. Я допускаю, что, хотя эти души и прокляты, они не окончательно подвержены Злу. Могу ли я этим задним маршрутом добраться до таких душ, и сумеешь ли ты провести меня туда?
Лигея тоже скосила глаза в сторону змеи:
— Да.
Насколько правдив этот ответ? Как бы то ни было, приходилось принять его.
Мима и Лигея выбрались из пещеры на карниз, и змея выползла вслед за ними. Миму это не беспокоило; он не хотел отделываться от змеи, потому что тогда Сатана приставил бы к ним шпионить какую-нибудь другую тварь, которая могла оказаться более эффективной. Кроме того, змея служила предлогом, чтобы не говорить о своих истинных планах вслух, и поэтому Мима мог не делиться ими с Лигеей. Миме было противно не доверять ей, однако Лигея служила орудием Сатаны, и он просто не мог быть полностью уверен в ее безоговорочной верности.
Спускаться по узкой тропинке в темноте было небезопасно, однако необходимо. Мима с Лигеей пробирались медленно, много часов подряд, петляя вокруг горы, и наконец, когда уже стал заниматься рассвет, достигли подножия.
Они оба устали и искали место, где можно было бы отдохнуть и поспать. Испытывать усталость, пребывая в форме духа, было ничуть не большей аномалией, нежели рассвет в Преисподней. Миме его тело казалось полностью физически полноценным; оно даже выполняло физиологические функции, для чего он на минутку уединился за кустом. Похоже, что если на Том Свете кто-то ел, то он ощущал вкус и переваривал пищу, а когда работал, то уставал.
Под склоненным деревом путники устроили нечто вроде шалаша — укрытие из веток — и соорудили постель из листьев и папоротника. Едва Мима и Лигея прилегли, чтобы поспать, как на них тут же набросились насекомые. Да, это был Ад; и, естественно, он кишел отвратительными паразитами.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
