к девушке, та вновь была хмура, как Наполеон после Ватерлоо.
– Иди уже, – фыркнула она, – и подумай над моим предложением.
Мы с Рольфом вошли первыми, Киска пока осталась на улице. Наш столик к моему недоумению пустовал.
– Что это? – пробормотал я.
– Говорю же, – начал канючить Рольф. – Йоко вон там, – он указал в противоположный угол, где сразу пять столов стояли рядом, объединяя большую и шумную компанию, – что-то со своими ей нужно перетереть. А Джон… он наклюкался, пришлось его наверх тащить. Номер ему снял.
– А Лия?
Воин осклабился.
– Гы-гы! Она с ним осталась! Говорит, подлечит его чуток! Ну-ну! Хилерские способности тут не помогут, а вот обнажённое женское тело… Эх! И чего мы тут с тобой вдвоём сидим? – он разлил пиво по кружкам.
– Видимо, чтобы старое обсудить, – заметил я, чокнувшись с Рольфом и опустошив посуду.
– А надо? – неохотно спросил воин, понимая, куда катится разговор.
– Надо, Рольф, надо! – кивнул я, снова наполняя опустевшие кружки.
– Прошлого не исправить, – покачал головой танк. – А я уже извинялся…
– Да-да… – кивнул я, пригубив пенящийся напиток. – Другое интересно. Как ты умудрился так резко измениться.
Воин нахмурился и отодвинул кружку. Некоторое время он разглядывал природный рисунок на деревянном столе, затем выдохнул:
– Грохнули меня снова! – он схватил кружку и залпом влил в себя всё пиво. – Понимаешь, ребят крутых я кинул. Они меня и почикали. Так тут и оказался. О, думаю! Новый мир! Можно тут такого намутить! Ну и с тобой тогда встретились… Ну и подставил я тебя, мудак такой. А потом домой вернулся. Так эти молодчики прочухали, что жив я остался, и снова за мной явились. Это было… – он замолчал и хлебнул прямо из горла кувшина.
– Лучше не вспоминать, как это было… – продолжил Рольф. – Всё приговаривали, отрезая от меня кусочек за кусочком, как же нехорошо людей кидать, да на себя всё тянуть… – он протяжно выдохнул и саданул кувшином по столу. – Снова я помер и переехал сюда насовсем. Полночи думы думал, а в голове только одна мысль вертелась – в одиночку даже волки не выживают.
– Вон значит как… – задумчиво пробормотал я, жестом выпрашивая у официантки ещё пива.
– Ага, – тяжело произнёс воин.
Мы пили ещё и ещё. Оказалось, Рольф – славный парень, хоть и поляк. Правда, ни возраста, ни настоящего своего имени он так и не сказал.
Спустя ещё два кувшина воин крякнул и рухнул лбом на стол.
– Неслабо вы наклюкались… – произнесла японка, вернувшись к нашему столику. Девушка сама уже двигалась походкой моряка. – Хорошо хоть, здесь бухло быстро выветривается из головы. Похмелья совсем нет! Представляешь?
Она протиснулась вдоль столика и уселась рядом со мной, схватив за руку.
– Ты тёплый… – нежно протянула она, положив голову мне на плечо. – И мягкий…
– Ты тоже не холодная, – хмыкнул я, болтая в кружке остатки пива.
– А я видела эту твою чику… фиолетовую… – промурчала она. – Сучка со своими воронами там, – девушка неопределённо махнула рукой, – винишко распивает.
– Это не моя чика, – устало выдохнул я, прикладываясь к кружке.
– Правда? – с нескрываемой пьяной надеждой пролепетала Йоко. – Хорошо… – она помолчала, а затем, икнув, выдала. – А я?
– Что ты?
– Я твоя? Чика? – шатаясь, она попыталась заглянуть мне в глаза. Ей это вполне удалось, но, чтобы не упасть лицом в стол, пришлось схватиться обеими руками за мой новенький нагрудник.
– Ты пьянь, каких мало, – покачал головой я. – Если у вас все в клане так упиваются, то я туда ни ногой.
– Дурак, – беззлобно произнесла она и чмокнула меня в щёку.
– Что ты…
– Пойдём ко мне, – прошептала она мне на ухо, не дав возмутиться. – Я снимаю здесь комнату на втором этаже. Ну же… – хмыкнула она, – что, девушки испугался?
– Сиди здесь, я скоро буду, – быстро произнёс я и поднялся из-за стола.
Я быстро прошёл через зал к барной стойке.
– Могу я попросить стакан воды? – спросил я у хозяина «Трёх поросят», Тавернщика Ульриха.
– Конечно, – кивнул этот доброжелательный мужчина со смешными усами. – Принесут за ваш столик.
Я развернулся и увидел уже две спящие туши.
– Не стоит, – я вновь обратился к Ульриху. – Скажите лучше, эти двое же ваши постояльцы, верно?
– Совершенно, – улыбнулся мой собеседник, натирая полотенцем кружки. – Уже несколько дней и Госпожа Йоко, и Господин Рольф снимают у нас комнаты.
– Ещё свободные есть?
– Для вас – всё что угодно, – он задорно подмигнул. – Сутки – ползолотого, неделя – два с половиной золотых, а месяц…
– Беру неделю, – оборвал его я.
Спросив ещё и номера комнат своих друзей, я вернулся к столу и осторожно поднял Йоко на руки.
– М-м-м, – отозвалась она, – мой прынцц….
Один из её соклановцев даже подошёл ко мне извиниться. Говорил, что праздновали день рождения и очень хотел помочь нести японку. Я помощь принял, ведь тащить наверх нужно было ещё и Рольфа.
* * *
Первая ночь в Терре выдалась спокойной, а сон сладким. Пусть я попросил Ульриха разбудить меня через три с половиной часа, но этого времени вполне хватило, чтобы выспаться за все прошедшие дни.
Чёрта с два! Я бы и ещё поспал. Определённо, временами нужно спать именно здесь. Очень удобно: полночи бухать, за несколько часов отлично отоспаться, а потом вернуться домой.
Оказавшись в своей квартире, я взглянул на часы. 6:30… рановато.
Я умылся и, разогрев купленный в «Трёх поросятах» пирог, уселся перед телевизором.
– Передаём главные новости часа, – затараторила бессменная ведущая. – Самолёт, на борту которого, по предварительным данным, находятся инфицированные вирусом Эбола IV, приземлился в Международном Аэропорту Парижа. По информации, полученной от представителя ВОЗ, граждане Франции, отдыхавшие в Марокко, границы которого на днях пересёк злополучный вирус, были срочно отправлены на родину. Но есть все основания полагать…
– Тьфу, – выругался я, переключив канал. Опять наши Герои, что ли, где-то проиграли? Если подумать, последние несколько лет в новостях только страшилки и показывают…
– Позвоните сейчас, и вы получите… – заверещал телик, и я совсем его выключил.
Покончив с утренними сборами, я вышел на улицу. Утренние прогулки, похоже, входят в привычку. Можно расслабиться и подумать.
Вчера был крайне насыщенный день, однако, вместо межрасовых конфликтов, мыслей о воскрешении Героев и просто неписей, в голову лезла улыбчивая физиономия японки. Интересно, она хоть вспомнит весёлый вечер? Надеюсь, ей станет стыдно, и в следующий раз Йоко дважды подумает, прежде чем вливать себе в животик алкоголь.
А ведь забавно она ревновала к Киске! Хотя та тоже хороша… Нужно будет навести справки о её клане и прикинуть, что лучше.
Йоко явно по вкусу нашему поляку, не хотелось бы ссориться с Рольфом, когда
