Читаем без скачивания Сражения Космического Десанта - Стив Паркер

Его волновала бесполезность собственной смерти. Фалерон погиб, но космодесантники вообще постоянно умирали в бою. Он не был на Борсиде первым и определенно не станет последним. Коделосу же, однако, судьба готовила большее. Разве не поэтому по воле Императора он родился в королевской династии Келвана? Не за этим ли он был наделен навыками и силой духа, требуемыми от Астрального Рыцаря? Как все это могло быть совпадением, если вместо славной смерти в огненном шаре высоко в небе ему сейчас грозило подохнуть, как крысе, в этой пещере? Не это ли подтверждало, что его жертва — ключ к победе?

Раньше он никогда не позволял этим мыслям складываться в единую мозаику у себя в голове. Точнее, не осмеливался. Но теперь уже не мог их сдержать. Он был выше такой обыденной гибели. Все не должно было так закончиться.

«Максенций», от которого осталась только хрупкая паутина искореженной стали, развалился, когда через его останки проломился Бессмертный и нацелил на Коделоса двуствольную пушку. Астральный Рыцарь выстрелил первым, но болты звонко отскочили от нагрудника некрона. В следующий миг зажглись катушки индуктивности гаусс-оружия, указывая на готовность открыть огонь.

Вдруг Бессмертного сбоку снесла очередь болтерных снарядов, сорвав ему полголовы и оторвав ногу. Он рухнул, и толстый энергетический луч его оружия ушел в сторону, проделав кратер в стене пещеры прямо за Коделосом. Остальные механоиды повернулись в сторону нападающих, но их смело болтерным огнем, как от внезапного урагана, изрешетив и раскидав по стене ущелья.

Когда в поле зрения показалось отделение Астральных Рыцарей, спрыгнувшее вниз, Коделос узнал символику Третьей роты. На броне их сержанта виднелись белые знаки ветерана, что говорило о его должности первого сержанта в своей роте. Нелепо, но Коделос поймал себя на том, что пытается отыскать в памяти его имя, будто сейчас это что-то значило.

— Сержант Кипсала, — глупо выдавил Коделос.

— Мой принц жив! — громко объявил сержант. — Крестьяне ликуют! Мы видели, как вы упали здесь, но не думали, что кто-то мог выжить.

— Мой второй пилот погиб, — так же отстраненно произнес Коделос. В голове по-прежнему царил такой беспорядок, что ему казалось, будто за него говорит кто-то другой.

— Его будут оплакивать, но не сейчас. Мы делаем последний рывок. Хабиар разделил большую часть сил пополам. Мы заходим с фланга. Присоединитесь к нам, принц Коделос? В этой операции не хватает королевского присутствия.

Не дожидаясь ответа, один из членов отделения Кипсалы кинул Коделосу болтер — модифицированную модель со спаренными патронными коробками вместо обыкновенного рожка и прицелом с тремя чередующимися линзами.

— Береги ее, — сказал воин. В качестве основного оружия сам он использовал мелтаган, отлично подходящий, чтобы рассекать тела вражеских конструкций с близкого расстояния.

Кипсала возглавлял ударную группу из нескольких шустрых тактических звеньев с разных рот, не отягощенных тяжелым вооружением. Они шли по каньону в направлении собора, пока им навстречу двигались новые отряды ксеносов, бредущие к месту крушения. Однако всякий раз Астральные Рыцари встречали их стеной болтерного огня, даже не сбавляя темп. Коделос держался рядом с отделением Кипсала и уже мог расслышать доносящиеся со стороны собора знакомые трели тяжелых болтеров и грохот пусковых установок, а также звуки отвечающего им гаусс-оружия. Он посмотрел на одну из лун, проходящих над головой, и увидел, как вставленный в сферу электронный глаз опустился и уставился на космодесантников.

Хекирот знал, что они приближаются. Вероятно, он предугадал этот ход Астральных Рыцарей, как только добрался до собора Семи Лун. Это был единственный способ положить конец битве на Борсиде, что он прекрасно понимал.

Действительно ли хорошей была перспектива погибнуть в тени собора, сражаясь с тысячами воинов? У Коделоса не было ответа. Он никак не мог отделаться от тревожащих его мыслей. За последние несколько минут все переменилось столь неожиданно, что он почувствовал, как принц Коделос в нем исчез и на его месте возник совершенно другой человек, который видел мир-механизм впервые.

— Рассеяться! — приказал по воксу Кипсала. — Продолжать движение! Бить жестко!

Отделение сержанта обогнуло угол ущелья, от которого до сих пор валил дым из-за жесткой посадки «Максенция», и впереди показался собор Семи Лун.

Он был громаден, невозможно было вообразить, чтобы кто-то смог взять штурмом это сооружение. Собор сосредоточил в себе все, что делало Борсиду столь ужасающей и невероятной. Вздымающиеся пики притягивали взор к самому верху, где среди облаков терялись высочайшие шпили. Расположенные вдоль стен легионы механических солдат и миллионы скарабеев, сплошной рекой вытекающие из арочных проходов, делали эту гору похожей на улей насекомых. Верхние уровни занимали громадные ангары, через открытые ворота которых, по-видимому, вылетали истребители. Каждая поверхность была резной и волнистой, словно ее обработали на токарном станке. Семь лун обратили свой взор вниз; семь громадных телескопов уставились на порог дворца Хекирота.

Главная ударная группа подошла точно к парадному входу собора — двустворчатым вратам высотой в три яруса. Хабиар отправил боевые единицы опустошителей своей Девятой роты закрепиться на рубеже ведения огня вместе с тактическими звеньями на флангах. Армия космодесантников, равная примерно половине стандартного ордена, образовала бронированный клин, устремившийся вперед под прикрытием огня опустошителей, столь плотного, что казалось, будто Астральные Рыцари наступают под небом из лазерных лучей и конверсионных следов от ракет.

Противостояла им фаланга из тысяч техноконструкций, марширующих в идеальном порядке. Выстроенная прямоугольником с глубиной строя в пятьдесят солдат, она неумолимо наступала, а ее передние ряды пускали сплошную простыню испепеляющего гаусс-огня. Люди валили некронов десятками — болтерный огонь въедался в первую шеренгу и уходил в глубины формирования, но некронов это нисколько не заботило. Они продолжали прибывать и имели запасные силы.

— В бой! — прокричал по связи Хабиар и повел наступление.

Как заметил Коделос, развевающееся знамя Девятой роты, прожженное гаусс-лучами, находилось на самом острие атаки. Под ним дрался сам капитан, уже окруженный грудой сломанных механоидов.

Из ворот, открывшихся на первом этаже собора, выступили свежие войска некронов, остававшиеся в резерве, пока Астральные Рыцари не вступили в схватку. Тяжеловесные трехногие боевые конструкции — охотники, как называли их рабы, — показались в задних рядах воинов, ударяя Астральных Рыцарей хлесткими плетями раскаленных частиц. За фалангой парили могильные пауки, которые хватали павших и пережевывали их, после чего срыгивали переработанный металл, создавая из него стаи ненасытных скарабеев.

Из другого входа показался антигравитационный трон, управляемый парой пехотинцев, украшенных золотом и фиолетовой глазурью. Над ними восседал представитель знати некронов с богато украшенным туловищем и головным убором в виде пары позолоченных рогов, изгибающихся над наплечниками в цветах династии Нефрехов. Динамики его кресла начали вещать приказы на скрежещущем машинном языке, а сам он принялся активно жестикулировать. Рядом с его колесницей шел строй Бессмертных, а за ними в плотном порядке тенью следовали триархические преторианцы вместе с лич-стражами.

— Там, — показал Хабиар. — Устраните командира.

Хотя отдельно подавать команду вряд ли вообще требовалось, его воинство, насчитывавшее почти сорок Астральных Рыцарей из числа ветеранов и штурмовиков, пошло в атаку через заваленное обломками пространство. Один фланг некронской фаланги развернулся, чтобы направить гаусс-бластеры на зашедшего с боку неприятеля, но Астральные Рыцари на ходу открыли по нему опустошительный огонь. Коделос позволил болтеру у себя в руках вести бой самостоятельно; сбалансированность оружия делала его исключительно легким, а плавная отдача едва ли ощущалась.

Мимо Коделоса пронеслись боевые братья одного из штурмовых отделений и врезались в фалангу, выбивая цепными клинками снопы искр из металлических тел противников. Когда Кипсала пробился сквозь вражеский строй, парящий чуть далее трон с аристократом повернулся в его направлении, собираясь открыть огонь из гаусс-пушки, но сержанту неожиданно преградил путь шагоход и заставил его отделение разделиться, стегнув корпускулярным хлыстом.

Как только Коделос выстрелил по сверкающим красным глазам, установленным на низко посаженной голове боевой машины, она тут же обратила на него внимание и зашагала к нему. Коделос пробежал рядом с большой механической ногой и прокатился под треножником, прежде чем тот оставил своим главным орудием глубокий порез на земле позади космодесантника.