издалека Мейнильд нахмурилась.
«С таким раздраем в душе победу не одержать!» – мысленно воскликнула она, досадуя.
Фрейя, словно почувствовав суровый взгляд, подскочила и попыталась сосредоточиться. Увы, еще один взгляд на противника – и ее мечты о победе разбились об реальность. Нет, такого ни за что не одолеть!
Устало моргнув, она открыла глаза, к своему ужасу, словно очутившись в знакомом кошмаре. Сон стремительно наслаивался на реальность: взгляд под ноги – и там уже не подмостки, а красная от крови земля, на противника – и перед ней уже не человек, а окруженный мертвенным сиянием рыцарь.
В панике замотав головой, она попробовала отогнать иллюзию, но ничего не вышло: немертвый достал меч и пошел в атаку. Вновь парализованная воспоминаниями о смертельном ударе во сне, Фрейя испуганно попятилась, забыв о фехтовании.
В толпе раздались смешки: смешанная публика из курсантов и дворян явно не ожидала от участника турнира столь позорного отступления.
Фрейя, ты что творишь! – не сдержалась Мейнильд, подбегая поближе.
И тут изо лба ничего не понимающей Фрейи вырвался луч света, а за спиной у нее расправились сияющие крылья. Меч ее противника с громким лязгом упал на землю, словно выбитый невидимой силой.
Что это такое?!
Несколько окружающих принцессу дворян, за секунду до того потешавшихся над неудачницей, вскочили с мест. Теперь уже все без исключения гости и участники турнира неотрывно следили за странным явлением. В неожиданно воцарившейся тишине отчетливо раздалось, нарастая жужжание… словно резонанс с чем-то очень далеким. Еще миг – и его источник явил себя: за много миль от академии небо пронзил второй, столь же яркий, луч света.
Это где-то у Сосновой реки! – воскликнул кто-то из дворян.
Но не успел он закончить, как далекий луч изогнулся, меняя направление, и понесся к ним.
Это же…
А луч уже врезался в подмостки и, ослепительно сверкнув напоследок, погас, оставив после себя вонзенный меч. Все пораженно застыли.
Фрейя, не больше остальных понимая, что происходит, вдруг почувствовала зов меча. Зазвучавший у нее в голове тихий голос словно принадлежал старому другу: на миг даже показалось, что это Брэндель подбодряет ее, предлагая взять меч в руки.
Но то был не он, и Фрейя с бьющимся сердцем застыла на месте, не зная, как поступить.
Вокруг снова воцарилась тишина.
Ф-Фрейя, у-у тебя н-на лбу… какой-то странный узор! – воскликнула Тиша несколько секунд спустя.
Неосознанно коснувшись лба, Фрейя почувствовала резкую боль, а на руке увидела кровь.
«Я что, ранена? Но как?»
Она была почти уверена, что меч из рук ее противника выбил именно этот луч, но ведь около нее-то и близко не было никакого оружия! И как тогда ее могло ранить? Поднеся собственный клинок к лицу, чтобы посмотреть в него как в зеркало, она вгляделась в искаженное отражение. На лбу красовался небесно-голубой узор.
Ч-что это т-такое? – непонимающе пробормотала Фрейя.
Эмблема эта была одной из самых известных в игре и знаменовала собой благословление Матери Марши на будущие подвиги и славу. Символ надежды и веры в Ауин, последний луч света перед его грядущим закатом, за которым последовали многие и многие геймеры. Знак Богини войны.
А пока что сама будущая Богиня не понимала ровным счетом ничего и испуганно застыла на месте. Непонимающий взгляд ореховых глаз встретился со спокойным и внимательным взглядом черных.
Возьми этот меч, Фрейя, он твой, – в этот момент Мейнильд обуревало множество самых разных эмоций, но прозвучало это достаточно решительно.
А Фрейя все медлила, словно застыв на месте, решившись посмотреть в сторону меча лишь после ее одобрительного кивка.
Со вздохом оглядевшись по сторонам, она обнаружила, что все остальные не сводят с нее глаз, ожидая, дальнейших действий. Набравшись наконец смелости, она подошла поближе к мече и взялась за рукоять. По телу тут же побежали мурашки… и она слегка потянула на себя.
Случившееся дальше можно было назвать только чудом: глубоко вонзившийся в основание подмостков меч с легкостью освободился из каменного плена, выпуская напоследок веер из сияющих лучей. Обломки камня отпали один за другим, являя миру простой золотой меч чуть больше метра длиной.
С рукоятью в виде распростертых крыльев и ослепительно сияющей бриллиантовой эмблемой в виде львиного сердца.
Принцесса
Львиное сердце! – удивленно взвизгнул великий мастер Флитвуд, совершенно неподобающим для уважаемого в королевстве человека и наставника принцессы образом.
Нет, не совсем. На вид отличается от исторических описаний, и думаю, с некоторыми изменениями под влиянием Законов, – возразила принцесса, сохраняя намного больше спокойствия. В лице она не изменилась, но в неотрывно следящих за мечом у Фрейи в руках серебристых глазах плескался живой интерес.
То, что мы наблюдали до этого, напоминает пробуждение линии крови, не так ли? – спросила она у Обербека.
На вид оно.
Что ж, ожидаемо: Эвертон был далеко не прост, и его потомки наверняка тоже. Давайте-ка к ней присмотримся.
Конечно же: для этого достаточно и одного Львиного сердца, не говоря уже об остальном, – согласился Обербек, с ухмылкой добавив, – подумать только, как эти северные лорды запаниковали при появлении меча… а что с ними сталось, когда тот выбрал владельца!
Но для начала нужно убедиться, что девчонка на нашей стороне, – слегка взволнованно добавил один из дворян, – если Львиное сердце окажется не в тех руках…
Не стоит беспокоиться. Фрейя – девушка простая, и я верю, что она на нашей стороне, – отрезала принцесса.
Да, ваше высочество.
Но Обербек лишь окинул ее внимательным взглядом многое повидавшего человека.
«А вы уверены, что на «нашей», ваше высочество?» – задался он вопросом про себя.
Принцесса, медленно остывая и анализируя происходящее, лишь криво и неуверенно улыбнулась. Ей вдруг вспомнилось предыдущее событие с Львиным сердцем и тем молодым рыцарем: нет, сейчас совершенно точно не угадаешь, какая судьба ждет это королевство, и что станет с этими двумя его подданными… да и всеми остальными тоже.
«Если Львиное сердце попало в эти руки… Неужели это кара Матери Марши за то, что все мы предали древние клятвы? И каким образом он, тоже избранный мечом, ее избежал?»
Фрейя
Сир Мейнильд ……
Молодая женщина, с усилием оторвав взгляд от сияющего меча, та подняла его звавшую ее Фрейю и постаралась прислушаться, несмотря на смятение.
Ээээтот меч… – неуверенно начала та, все еще думая, что спит и ожидая, что того гляди проснется.
Этот меч – совершенно точно
