не простое оружие, и почему вдруг нечто столь выдающееся выбрало ее? Спокойствия это не добавляло.
Он твой, – просто ответила Мейнильд.
Но… Это же…
В голове разом всплыли, приводя Фрейю в полное смятение, все известные ей легенды о Львином сердце. Ее, выросшую на них коренную ауинку, приводила в трепет сама мысль о возвращении того самого меча древнего короля Эрика. Не говоря уже о том, что она может иметь к нему хоть какое-то отношение – все это происходило словно не с ней.
Фрейя, когда-то я знала одну очень похожую на тебя девушку. Упрямую, знающую, чего хочет и верную своим идеалам, – неожиданно для самой себя продолжила Мейнильд, – я тогда была еще совсем молодой и обожала ее, почти боготворила. Так вот, меч у нее очень напоминал тот, что сейчас у тебя в руках.
Что? – непонимающе переспросила Фрейя.
И был он даже острее твоего, но не настолько искусной работы. А знаешь что, этот меч тебе идет гораздо больше, чем ей! Кто знает, быть может, однажды он изменит мир!
Ч-что это з-значит? Я не совсем понимаю, сир Мейнильд …
Начнем с малого: почему бы не дать своему новому мечу имя?
Но разве это не… Львиное сердце?
Так назывался меч короля Эрика, но этот меч – более не он.
Тогда как же… Как же мне его назвать? Таланта к красивым словам у меня нет, – взволнованно шепнула Фрейя.
Мейнильд, почти посочувствовав бедному Львиному сердцу, попавшему в ее руки, с легким вздохом предложила:
Как насчет Янтарного?
Янтарь?
Янтарный меч. Помнишь, как в киррлутцской Небесной поэме: «легендарный меч, вступивший в схватку с судьбой». Владевший им рыцарь разрубил небеса, выпустив на землю звездопад, и это ознаменовало начало второй эпохи.
Обняв меч, Фрейя почти уверенно кивнула:
Да… Янтарный меч – прекрасное имя.
Поняв вдруг, что девушка в очередной раз была с ней полностью честна и не покривила душой, расписавшись в отсутствии таланта к красивым именам, Мейнильд снисходительно покачала головой и развернулась, собираясь уйти.
Прошу вас, сир Мейнильд, подождите, – снова позвала Фрейя, – а что… случилось дальше?
Дальше?
Простите… Я про ту девушку, которую я вам напомнила, что с ней случилось?
После чего? – обернулась та с лукавой улыбкой, – а что может случиться «после», если непонятно, после чего это «после»?
Как так? – широко распахнула глаза Фрейя.
Но никаких «после» и вправду не было.
Брэндель
По пути через лес обратно в Фюрбург Брэндель пребывал в волнении. Скрижаль мудреца почти физически потяжелела, оттягивая сумку и едва заметно вибрируя.
Что такое? – заметил его странное поведение Квинн.
Ничего, не обращай внимания, – покачал тот головой.
«Львиное сердце? С чего вдруг опять резонанс? С того раза прошло несколько месяцев, и мне показалось, что меч вроде как заключил со мной договор… А сейчас ощущение с «другой стороны» очень знакомое, но откуда?»
Ощущение было откровенно странным: ни разу еще с момента попадания в этот мир он не чувствовал такой связи с чем-то или кем-то. Словно ожили воспоминания из игры.
Что ж, пока что оставалось только подавлять эти мысли и двигаться вперед, следуя за прорубающимися сквозь кустарник кентаврами. Еще пара минут – и они вышли на опушку.
Мы на месте! – воскликнул Брэндель с глубоким вздохом, поднимая руку.
Все древесные эльфы и наемники разом замерли на месте, все до единого взгляды устремились на него. На хозяина этой простирающейся впереди земли.
Пора было заканчивать затянувшийся в Трентайме фарс.
Том 3. Глава 222
Янтарный меч – том 3 глава 222
Не торопись праздновать победу
Продвижение вперед давалось армии Ранднера с большим трудом. Сейчас вот, к примеру, они столкнулись с очередным отрядом наемников. Пускай Серым медведям и людям Красса удалось изрядно потрепать земляные насыпи врага, но и их качество, и сила сопротивления заметно превосходили все известное наблюдающим за боем ауинскими дворянам. Держались они подальше, предпочитая дожидаться мысленно уже одержанной победы на расстоянии. Но натиск огромной армии несколько раз гасили, а рубежи обороны противника отчего-то все не прорывались.
Шел второй день сражения: шел, можно сказать, «вязко», но яростно, и воды реки Гри уже давно утратили прозрачность, окрасившись кровью солдат.
Неподвижно застывший с рукой на рукояти меча лорд Палас, несмотря на увиденное, упрямо приказывал держать темп наступления. При таком накале боя, когда до победы всего шаг, уже не стоило беспокоиться о потерях.
Оставалось только понять, какой: старый рыцарь напряженно выискивал, куда нанести решающий удар. Тем более, что преимущество рельефа мятежники почти утратили, а его армия сохранила боевой дух и готова двигаться дальше.
Минуту спустя его глаза опасно сверкнули.
Приказ лорду Велду: двигаться вот в том направлении! – указал Палас в направлении деревьев, где сейчас выдалось затишье и не шел бой, – и прекрати на меня смотреть, будто приказ оспаривать собрался, дурень! А ну мигом передать: он поймет, что делать!
Гонец, имени которого лорд Палас так и не удосужился запомнить, на мгновение опешил, даже заподозрив, что бредит после бессонной ночи. Но внимательно вглядевшись в глаза командира, он понял, что это не так. Ответный взгляд был полон решимости и уверенности в победе, а строгий округ мигом развеял остатки сомнений.
Есть, милорд! – поклонился гонец и бросился исполнять.
Ночной Тигр
Командир наемников из Лоупа со свистом собрал плодчиненных в полукруг и указал куда-то вперед, на ручей.
Вглядевшись, они обнаружили приближающийся отряд копьеносцев с ярко-красными раздвоенными флагами. Копья настолько длинные, что возвышались над некоторыми деревьями, что пониже, доспехи – кроваво-красные, полные, скрывающие все тело.
Те красные с флагами? Багровый отряд, личные люди графа Ранднера, – подметил один из наемников, сопоставив с описаниями из рапортов разведки.
Как щедро с его стороны! – с ненавистью сплюнул другой.
Сильны? Насколько? – спросил Ночной Тигр.
Солдаты первоклассные, легкая кавалерия, кони специально обученные, сами способны атаковать… Верхний диапазон Железного ранга, – пояснил в переводе на привычные для Брэнделя термины высокий эльф из его отряда. Внешне он очень отличался от привычного облика Диких эльфов из Скачущих наемников: светло-зеленая кожа и длинные даже по эльфийским меркам заостренные уши выдавали иное происхождение.
Хммм, «легкая кавалерия» в полной броне… – задумчиво почесал подбородок Ночной Тигр.
Кони без брони – значит, легкая кавалерия: и по весу, и по мобильности все сходится. Вооружены хазелловскими трехствольными ручными пушками: в ближнем бою – серьезный противник. Граф Ранднер хорошенько
