— А это имеет значение? — нагловато улыбнулся Вилл. Взгляд эльфийки скользнул по его рукам, и голос ее вдруг потеплел.
— Нет, — сказала она, — конечно же не имеет.
Она двигалась легко, как перышко на ветру, танцевать с ней Виллу очень понравилось, вот только костюм ее слишком уж отвлекал внимание. Это было платье Лилии святого Диониса, оставлявшее голыми груди, чуть припудренные золотым порошком. Украшенная перьями маска была заколдована так, что заменила ее голову головой свиньи — образ, знакомый Виллу по модным журналам, которые Нат заставил его изучать, образ Инанны[56], воплотившейся в свинью. Свинячья голова беззвучно щелкала зубами и слюнявилась, а когда он крутил партнершу — ее звали фата д'Эту-аль, — по сторонам разлетались серебристые ниточки слюны.
— У тебя красивые руки, — заметила фата.
— У тебя красивые груди.
— Это старье? — притворно удивилась явно польщенная девушка. — Они болтаются у меня уже целую вечность. — И добавила, возвращаясь к своей первоначальной теме: — И кольцо у тебя тоже интересное.
— Да ничего такого особенного.
— Могу я спросить, откуда оно происходит?
— Да я и сам толком не знаю. Симпатичная побрякушка, доставшаяся мне по наследству. Поболтаем лучше о чем-нибудь другом. Расскажи мне, например, про себя. Что-нибудь интересное и неожиданное.
Лукаво улыбнувшись, фата Л'Этуаль склонила голову к самому уху Вилла и прошептала:
— Дома у меня есть очень древний, с сертификатом подлинности годмиш. Он тешил трех императриц.
— Я не знаю, что это такое — годмиш.
— Дурачок! Это же дилдо. — Она скромно потупила глаза и улыбнулась. — Я не шокирую тебя, мой принц?
— Я не принц.
— О? Ну, может быть, я ошиблась. — По лицу фаты скользнуло что-то опасное, словно она подавила внезапный порыв сунуть нож ему в спину — или руку ему в штаны. — Есть лишь один способ убедиться наверняка.
— И какой же это?
— Ну… — чуть-чуть покраснела фата Л'Этуаль, — ты же знаешь, что говорят про знаки царственности.
Вилл не знал и, в общем-то, был бы не прочь узнать. Но Нат дал ему указание протанцевать с возможно большим количеством партнерш, а потому он с нескрываемым сожалением вернул фату Л'Этуаль на скамейку запасных, куртуазно с нею раскланялся и занялся другой фатой, не менее прекрасной.
— А тебя правда зовут Кристофер Пройдоха? — спросила Вилла четвертая партнерша, фата Кахиндо, смуглая брюнетка с большими глазами, в которых отсвечивало серебро. Ее голову окружало мерцающее облако светлячков, похожих на виртуальные частицы, то порождающиеся, то бесследно исчезающие. — Как-то не слишком царственное имя.
— А я и сам не слишком-то царственный.
— Царственность спрятать трудно, она как шило в мешке. Девушка приблизилась к нему настолько близко, что вернее было бы сказать — прижалась. Так разговор и шел, от дамы к даме.
— Ты вернулся, чтобы востребовать свой престол? — спросила фата фон унд цу Хорзельберг.
— Насколько я понимаю, ты всем говоришь, что никакой ты не царь, — сказала фата Гардсворд. — Так почему же тогда…
— …твои руки…
— …твое кольцо…
— …ваше величество…
— Вы разрешите разбить вашу пару?
Женщина в темно-сером с красным кантом мундире вклинилась между Биллом и его партнершей с ловкостью мясницкого ножа, проникающего между мясом и костью, чтобы отделить ножку курицы. Вилл взглядом, без слов извинился перед прекрасной, разъяренной и ничего не понимающей девушкой, так и оставшейся в середине зала. Затем опустил глаза и увидел серебряный значок с изображением орхидеи, проткнутой кинжалом.
В жилах Вилла застыла кровь, однако он заставил себя улыбнуться и небрежно сказал:
— Забавный у тебя костюм. Дворцовая стража Бригадунского замка?
— Это парадная форма политической полиции.
На лице неожиданной партнерши не было и тени улыбки.
— Странный выбор. С какой такой стати ты оделась как ипе poulette?
— Оскорбления ничуть меня не трогают. Я слышала, какими словами выражался тролль, когда ему защемили яйца плоскогубцами. А форма потому, что я здесь, как ты, несомненно, уже догадался, по служебному делу.
Вилл надел на лицо бессмысленное, ну-ты-даешь-сдох-ну-со-смеху выражение, для отработки которого он часами трудился перед зеркалом.
— Ты пришла меня арестовать? Буду несказанно рад, мое сердце и так у тебя в плену.
— Еще немного, и я бы поверила, что ты стопроцентный олух. Но потом я себя спросила: а не стал ли бы доподлинный олух стараться убедить меня, что он не олух?
— Ты хорошо танцуешь, — мгновенно посерьезнел Вилл. — Ты не лишена привлекательности. Ты достаточно умна, что я тоже нахожу привлекательным, и, приложив хотя бы минимум усилий, ты могла бы флиртовать не хуже любой из здесь присутствующих дам. Однако ты этого не делаешь. Ну зачем ты портишь серьезностью вечер, бывший до того бессмысленным, легкомысленным и абсолютно восхитительным?
Ногти политической агентессы болезненно впились ему в плечо.
— Мне уже хочется, — проворковала она, — препроводить тебя в камеру и лично заняться твоим допросом. Рано или поздно ты расколешься, иначе не бывает, но, если соблюдать хотя бы минимальную осторожность, тебя можно будет растянуть на несколько часов. Однако это к делу не относится. Некий бдительный гражданин проинформировал мое ведомство, что вы, уважаемый мистер Камбион, щеголяете кольцом, на которое не имеете права.
— Опять это кольцо! Я начинаю уже жалеть, что не забыл его дома. Похоже, все только о нем и говорят.
— Ты будешь убеждать меня, будто не знаешь, что на твоей руке фамильный перстень рода Сайн-Драко?
— Да ничего подобного. Ну зачем беспокоиться по всяким пустякам? Ну кольцо, ну в виде Червя, и камень во рту у него красный. Да такую штуку смастерит тебе любой ювелир.
— Ты старательно убеждал в этом добрую дюжину эльфийских леди. Но, как ни странно, все эти отрицания только сделали твое мошенничество еще больше похожим на правду. Весь этот зал гудит от сплетен о тебе.
Вилл пожал плечами, она могла бы этого даже не говорить. Куда бы он ни посмотрел, везде встречал взгляды — кипевшие возмущением, взволнованные, просто любопытные. Кучки эльфийских лордов яростно его обсуждали. Эльфийские леди прихорашивались.
— Флориан, похоже, только о тебе и думает.
— О? А кто это?
— Наш гостеприимный хозяин. — Партнерша одарила Вилла холоднейшей из улыбок. — Отпрыск и ближайший наследник титула в роде Л'Инконну. — Она указала подбородком в глубину зала, и Вилл с интересом повернулся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
