Он снова рассмеялся – на этот раз коротко и резко.
– Не разыгрывай дурочку – это тебе не идет, Сюзанна.
Набравшись смелости, она встала:
– Мне незачем выслушивать эту…
– Сядь, шлюха.
Этот приказ прозвучал как пощечина, но Сюзанна не испугалась.
– Говори, что тебе от меня надо? Мне пора возвращаться на ранчо.
Санни смотрел на нее в упор, пока пауза не затянулась и напряжение не достигло пика.
– Помимо всего прочего, я хочу тебя.
– Вот как? Видишь ли, а мне ты нужен меньше всего на свете, – выпалила Сюзанна.
Санни ответил странной, почти ласковой улыбкой.
– И еще мне нужен мой сын.
Она пошатнулась, шагнула назад, уперлась ногами в край кушетки и рухнула на сиденье, стараясь не выдать страха.
– Он не твой сын, – негромко, но твердо заявила она.
Санни вновь наполнил свой стакан.
– Ты так думаешь? Ошибаешься, дорогая.
– Не смей называть меня так! – зло прошипела Сюзанна.
Он хмыкнул:
– Пожалуй, тебе следует соблазнить меня еще раз, чтобы я обрюхатил тебя, как раньше. Когда-то ты хотела меня, Сюзанна. Я могу снова заставить тебя хотеть…
По коже Сюзанны пробежали мурашки, волосы от ужаса встали дыбом.
– Я никогда не хотела тебя!
Санни подошел к ней вплотную, не спуская глаз с ее лица и слегка опустив веки.
– Мне известно, что на одном деликатном месте у тебя есть родинка.
Сюзанна вздрогнула, но сохранила невозмутимый вид.
– У многих людей есть родинки, – ответила она внезапно охрипшим голосом.
Ухмылка Санни ужасала ее.
– Да, но у тебя родинка находится под пупком, под шелковистыми каштановыми завитками, которые покрывают твою…
– Прекрати! – Она отвернулась, чувствуя, как голова раскалывается от боли, а в ушах шумит кровь.
Из-за спины раздался голос Санни:
– Откуда я мог бы узнать об этом, Сюзанна, если бы не увидел сам?
У нее стучали зубы, и она была вынуждена стиснуть челюсти. Открылась страшная догадка, повергая ее в отчаяние.
– Харлен был бесплоден, Сюзанна. Думаешь, почему у вас не было других детей?
– По-моему, мне просто повезло, – дерзко выпалила Сюзанна, с трудом преодолевая сопротивление окаменевшего языка.
Санни осклабился: разговор явно забавлял его.
– Харлен хотел ребенка, особенно сына. Он попросил меня оказать ему честь, и, как преданный брат, я…
– Я тебе не верю, – прошипела она, поворачиваясь и уставившись ему в глаза. – Харлена я ненавидела, а тебя презираю!
Его глаза были пустыми, как у мертвеца.
– И тем не менее ты стала матерью, верно? Санни из ночных кошмаров появился перед ее глазами, уничтожил мнимую безопасность, бросил ей в лицо истину, которую она не хотела знать.
Санни подступил так близко, что Сюзанна чувствовала запах у него изо рта. Она закашлялась от этой знакомой, удушливой вони и зажала рот ладонью.
– Что ты пьешь?
– То же самое, что мы пили ночью после похорон матери, Сюзанна. Разве ты не помнишь, как понравился тебе этот напиток?
Этот же запах преследовал ее в ночных кошмарах – тошнотворный, навязчивый, раздражающий ноздри даже после пробуждения.
В памяти вспыхнула ужасающая картина: она лежала в постели, а оба брата стояли рядом. Она вспомнила тошноту и легкое головокружение от пойла, которое ее заставили пить. Затем Санни лег на нее, одним ударом проник внутрь…
Она сморщилась от подступившей к горлу желчи, оставляющей омерзительный привкус на языке. Ей пришлось несколько раз сглотнуть, прежде чем она сумела выговорить:
– Ты изнасиловал меня.
Санни удивленно приподнял густую бровь:
– Изнасиловал?
Она зажмурилась, но когда видение давнего прошлого возникло перед ней отчетливо, как события вчерашнего дня, она снова открыла глаза и яростно заморгала, сдерживая слезы.
– Ты… – она осеклась, – …сорвал с меня одежду. Мое единственное платье, пуговицы разлетелись…
У нее перехватило горло, и она замолчала, вновь переживая давний ужас, боль, отвращение…
– Конечно, ты была не девственницей, но я представлял, что беру тебя первым. Мне нравилось ласкать тебя, целовать родинку в форме полумесяца…
– Прекрати! – Она зажала уши, не желая слышать его и молясь, чтобы грохот сердца заглушил ненавистный голос.
Он сел рядом и положил руку ей на колено.
– Ты отвечала на мои ласки так, как и полагается дочери шлюхи. Ты уродилась в мать, в Фиону, – со вздохом добавил он. – Харлен никогда не замечал этого – в отличие от меня.
Сюзанна отпрянула, желая исчезнуть, избавиться от видений четырехлетней давности.
– Тебе пришлось напоить меня, ублюдок. Иначе я не позволила бы тебе прикоснуться ко мне.
– Можешь считать, как пожелаешь, Сюзанна, – если тебе от этого легче, – добавил он, поглаживая ее колено. – Но у нас есть сын. И кроме того, я имею право на все, что было в шкатулке моего брата.
– На то, что Харлен оставил мне?
Санни отрывисто хохотнул:
– Тебе? Он не завещал тебе ни гроша.
Сюзанна не стала задумываться, правду ли он говорит. Она не собиралась отдавать Санни акции. Санни неверно истолковал ее молчание:
– Не расстраивайся, Сюзанна. Харлен ничего тебе не оставил, но я не прочь поделиться. Кроме того, – добавил он, – мне не терпится снова оказаться с тобой в постели.
Сюзанна пригвоздила его к месту ненавидящим взглядом.
– Для этого тебе понадобится сначала убить меня. Но поскольку ты уже однажды изнасиловал меня пьяной, ты, вероятно, не заметишь разницы.
Санни уставился на нее с притворным отчаянием:
– О, Сюзанна, ты оскорбила мои чувства! Она сбросила с колена руку Санни и отодвинулась от него.
– Если так, я просто счастлива, – сообщила она.
Санни поднялся, подошел к буфету и снова наполнил свой стакан.
– Суд решил, что все имущество Харлена переходит ко мне, и…
– Я тебе не верю, – перебила она. Санни покачивал в ладони стакан.
– Может, отправимся прямо к шерифу? Подумай об этом, Сюзанна. Стоит мне открыть твою тайну, и ты попадешь в тюрьму. А твой драгоценный сынок, над которым ты так трясешься, достанется мне – и я поступлю с ним, как мне заблагорассудится.
У Сюзанны ломило виски, желудок был готов вывернуться наизнанку. Она схватилась за голову. «Думай! Ты должна думать!» При упоминании о шерифе ее пронзил страх, ибо, несмотря на уверения, что она убила Харлена, защищаясь, молодая женщина знала: ей никто не поверит. Но самое худшее – если она попадет в тюрьму, Кори отдадут Санни. И пусть Санни – отец ребенка, он прежде всего брат Харлена, такой же мерзавец.
Страх лишиться ребенка подействовал на Сюзанну сильнее остальных угроз. Санни понял это.
– Если ты хотя бы пальцем дотронешься до Кори, я убью тебя.
