руку вперед, осторожно освободив его, так что жилетка упала на пол.
Мы вздрогнули от мягкого шлепка кожи по ковру — звук, казалось, доносился до нас и ласкал нас с голодной жадностью. Наше дыхание участилось, когда я проследила за контурами его груди. Выпуклости, углубления, впадины и рельефы. Каждый его дюйм непроницаем.
Мой рот наполнился слюной, опьяненная его совершенством. Его щетина, длинные волосы, то, как его глаза блестели.
Я больше никого не хотела. Пока я жила.
Двигаясь вниз, провела по его животу, наслаждаясь тем, как его дыхание сбилось, и Артур задрожал.
Он затаил дыхание, когда кончики моих пальцев нащупали его молнию. Медленно потянула язычок, не отрываясь от его глаз.
Его брюки распахнулись — долгожданное приглашение. Скользнув руками по его узким бедрам, я стянула плотную джинсовую ткань вниз по его ногам.
Его руки сжались в кулаки.
Настойчивость и нужда в глазах Артура раскалили воздух, но он не потянулся ко мне. Не пытался до меня дотронуться. Каким-то образом мы безмолвно согласились, что я главная. Что я контролировала наш темп.
Хотела взять у него.
Я хотела подарить ему то, чего у него никогда раньше не было.
Скрытная улыбка тронула мои губы, когда я погладила твердую длину его эрекции через его боксеры.
Мои груди набухли, соски стали твердыми камушками. Мои колени задрожали, когда я провела большим пальцем по его головке, вызвав низкий стон из его груди. Живот Килла сжался, когда он отдался моей власти.
— Боже, Клео… — Его глаза резко закрылись, когда я продолжала нажимать на чувствительный кончик. Осмелев, сильнее сжала его ствол. Я не была нежной. Я была требовательной.
Мое сердце сжалось от возможности прикосновения к нему.
— Я хочу тебя, Арт. Так сильно.
— Я у тебя есть. — Его голос был хриплым.
— Не двигайся.
Его глаза встретились с моими, в их глубине возник небольшой вопрос. Но потом… он кивнул.
Артур вздохнул, отказываясь от полного контроля. Тяжесть с его плеч спала; его тревоги исчезли, когда он позволил мне править.
Я была богиней.
Я была ведьмой.
Острые ощущения от его безграничного доверия наполнили мою душу.
Килл не дернулся и не улыбнулся, когда я стянула его боксеры с бедер до колен. Его ноздри раздулись, когда я оставила обтягивающий материал вокруг его ног, удерживая его там, где он стоял, разрезав его татуированную русалку пополам.
Мое сердце забилось быстрее при виде его идеальной длины и толщины. Я не могла и мечтать о лучшем любовнике. Даже когда мне было четырнадцать, я хотела его. Хотела узнать, что было в его брюках. Хотела прикоснуться к нему. Облизать его.
«Тогда он мне не позволил. Но теперь он это сделает».
Снова встав на колени, я схватилась за край его футболки и подняла ее над головой.
С полуулыбкой, такой чертовски сексуальной, что у меня сжалось сердце, Артур пригнулся и поднял руки. Резким рывком футболка слетела с него через голову. Я бросила ее на уже сброшенную одежду на полу. Они были похожи на листья с гигантского дерева, опадающие на следующий сезон.
В тот момент, когда Артур обнажился, во мне вспыхнула восхитительная искра. Он был шоколадом и Рождеством одновременно.
«Он мой».
То, что Килл был так беззащитен, в то время как я носила его куртку, заявлявшую о том, что я его собственность, заставляло меня чувствовать себя могущественной — непобедимой. Я не принадлежала — владела им.
Мне нравился этот афродизиак… знание, что он позволит мне делать все, что угодно.
Арт обхватил рукой мою щеку, и провел большим пальцем по моей коже.
Мои пальцы сжали его член, притянув его ближе к кровати.
Артур застонал, его глаза приоткрылись.
— Боже, ты меня убиваешь, Лютик.
Он опустил руку, и я облизнула губы при мысли о том, чтобы поставить этого воина, этого невероятного байкера на колени.
Моя новая куртка заскрипела, когда я придвинулась ближе, не отпуская его эрекции.
Я стала влажной.
Во мне росло желание.
Поглаживая его, снова провела большим пальцем по кончику.
Мышцы на его шее выступили, когда Арт зашипел сквозь зубы. Его глаза оставались закрытыми, в то время как каждый дюйм его мощного тела напрягался.
Он так же хорошо, как и я, знал, что я собиралась сделать. Его руки сжались в кулаки, выдавая нетерпение и радость. Мы зависли на острие ножа, ожидая взрыва.
Одной рукой я сжимала его длину, а другой обхватила его яйца.
— Дерьмо, — выдохнул Артур, когда я потянула за мягкую кожу и провела вверх, чтобы надавить на эрогенную зону позади его члена.
Он пошатнулся.
— Черт. Что ты со мной делаешь, Клео?
— Доставляю тебе удовольствие.
Я хотела растянуть этот момент, но мои ноги дрожали, а рот жаждал вобрать его плоть. Судя по тому, как Килл содрогался, я сомневалась, что у него хватит самообладания позволить мне откладывать еще надолго.
«Я хочу попробовать».
Сделав глубокий вдох, я перестала мучить и дала ему то, чего он никогда не позволил бы ни одной другой женщине.
«Я принимаю это от тебя».
«Я единственная, кто будет тебе отсасывать».
Я чувствовала себя так, словно наложила заклинание, навсегда связав его со мной.
Наклонившись вперед, выдохнула на него, позволяя теплу обрушиться на чувствительную плоть.
Артур замер, жадно глотая воздух.
— Я хочу отсосать тебе, — прошептала я.
— Блять… — простонал он.
Потянув его за яйца, я наклонила голову над ним и кончиком языка лизнула его в первый раз.
Мое сердце заколотилось о ребра.
— О, черт, — руки Килла взлетели вверх и вцепились мне в волосы.
Он был сладким, мускусным. Горячим. Таким горячим.
Его бедра дрожали; он впился пальцами ног в ковер. Его аромат мгновенно окутал мою душу.
Я лизнула член снова, наслаждаясь тем, как мужчина содрогался и дрожал.
— Блять, — снова вздрогнул он, его руки дернули меня за волосы. Русалка с ее рыжими волосами и зеленым хвостом танцевала у него на бедре, когда Артур напрягся. Ее пряди обвились вокруг его яиц, окрашивая конец его ствола, когда я открыла рот и направила член внутрь.
Возглас удовольствия и боли, но полного подчинения вырвался из его легких.
Я улыбнулась, растягивая губы вокруг его толщины, когда облизывала его нижнюю часть, посасывая длину глубокими движениями.
Я не двигалась быстро или медленно. Я не взяла его ни смело, ни нерешительно. Я приняла его мирно, благоговейно — мы оба приспосабливались к перемене ролей, когда я
