жизнь, куда идти…
Выслушивает мои вопросы. Опускает руку на мой подбородок и заглядывает в глаза. А я присматриваюсь к его чертам, чтобы понять, чего ждать, но Аслан опять удивляет:
— Правильные вопросы задаешь, Айша, нужные. Верные. Обо всем поговорим. Обсудим. Я решаю пока определенные моменты, после чего все встанет на место.
Прикусываю губу, хочется задать еще кучу вопросов, но я все же останавливаю себя.
— Верь мне, Полина. С тобой у меня все серьезно. Очень. Моя ты и от слов своих не откажусь.
И я прислушиваюсь к себе, осознаю, что действительно верю Шаху безоговорочно.
Отворачиваюсь к окну, когда его телефон вновь звонит, и рассматриваю проскальзывающий пейзаж.
Незнакомый, немного непонятный, но все же очень интересный.
Машина заезжает на территорию особняка Аслана, мы выходим и мужчина идет со мной в дом. Держит опять же за руку. Ощущение такое, что он действительно не хочет выпускать меня из своих рук.
Словно я его сокровище.
— Господин, ужин подан в вашей спальне, как вы распорядились, — экономка Шаха опускает голову при виде Аслана, смотрит в пол на мгновение, а когда выпрямляется, я заглядываю в глаза женщины, немного смущаюсь, ожидаю, что могу увидеть там осуждение, как если бы она знала, чем мы занимались во время своего отсутствия, но женщина и бровью не ведет.
Ее смуглое лицо выражает лишь доброжелательную учтивость. Мне даже кажется, что она улыбается краем губ, когда взгляд перетекает с Шаха на меня.
— Спасибо. На сегодня ты свободна. Отдыхай.
Распоряжается Шахов, отпускает женщину, а сам идет в сторону бара, наливает себе из графина в бокал янтарной жидкости, делает глоток, а я не знаю, что делать. Замираю посередине огромной комнаты и смотрю в сторону лестницы.
— О чем задумалась, Полина? — читает меня как открытую книгу, и я смотрю на грозного мужчину в нерешительности.
Вдруг сердце колет, и я понимаю, что не хочу расставаться.
— Ты приказал накрыть ужин в твоей спальне, я…
Опускаю глаза на мгновение и Шах хмурится, приближается ко мне.
— Что ты? — спрашивает, останавливаясь передо мной.
— Мне подняться к себе в комнату?
Смотрит на меня с секунду, прищуривается, а затем выдает безапелляционно:
— Ты теперь спишь со мной. В моей спальне. Я отселил тебя только для того, чтобы дать тебе время. Теперь ты — моя. А спать со своей женщиной в разных комнатах я не намерен. Завтра же дам распоряжение, чтобы твои вещи перенесли.
По мере того, как мужчина выдает информацию, от сердца у меня отлегает, я словно выдыхаю.
На миг показалось, что сказка осталась в бунгало. Не знаю почему, но я внутренне с каждой секундой жду какого-то Армагеддона. Хотя каждый раз Аслан заставляет меня почувствовать, что я ошибаюсь. Вот и сейчас он берет мою руку и поднимается со мной наверх, ведет меня в свою спальню, а стоит мне войти, как я замираю.
Ужин при свечах, розы, аромат корицы в воздухе, благовония.
Смотрю на бутон орхидеи, который плавает в вазе, что стоит в центре стола, и улыбаюсь.
— Нравится? — задает вопрос на ушко и разворачивает меня в своих руках, заглядывает в мои глаза.
— Мне страшно, — проговариваю его же фразу.
— Со мной тебе нечего бояться, — отвечает спокойно, но руки на мои плечах сжимаются, дают понять, что слово Аслана неоспоримо.
— Мне страшно, что ты ненастоящий. Что это все сон. Я даже щипала себя за руку, чтобы проверить, не сплю ли я…
Ухмыляется. Рука резко опускается на мою ягодицу, вскрикиваю, когда ощутимо сжимает.
— Настоящий, Полина. Все настоящее.
Глава 34
Жизнь превращается в сказку. Мы с Асланом часто гуляем, он уезжает на работу, а я жду его, затем он уделяет время мне.
Его дом потихонечку становится моим. Так странно, но что-то меняется в наших отношениях. Они все больше напоминают семейные.
Зухра же спрашивает меня, что готовить на ужин, а я оставляю все на ее усмотрение.
— Соскучился, — выдыхает Шах, когда заходит в дом и первым делом ловит меня в свои руки.
— И я, будешь ужинать? — спрашиваю, закинув руки на его шею, мотает отрицательно головой. — Ужинал с партнерами, так что не хочу, помнишь, что я обещал тебе?
Пожимаю плечами. Подвисаю.
— Ну давай, Полина, думай, — ласково проводит пальцами по моей скуле. — Что найду подарок, который удивит тебя.
Вспоминаю наш недавний разговор, когда я отказала Шаху в поездке в ювелирный салон, тогда он ответил, что обязательно найдет то, что покорит мое сердце.
— Закрой глаза, — подчиняюсь, а Шах отпускает меня на мгновение, отходит, чувствую, что открывает дверь, а затем я ощущаю, как он берет мою ладонь и помещает на что-то мягкое, пушистое, и уже в следующую секунду я распахиваю глаза и замираю, потому что белоснежная собачка тыкается в мои руки и зовет поиграть, порезвиться.
Удивленно поднимаю взгляд.
— Я подумал, тебе нужен здесь надежный и верный друг. Защитник.
Киваю, а сама смотрю на пушистую необычную белоснежную собаку.
— Какая это порода?
— Ханаанская собака. Они очень верные, Полина, хороший охранник.
Смотрю на Аслана, который улыбается мне.
— Его зовут Махарб. Воин.
Опускаюсь на корточки и треплю красавца по шикарной гриве.
— Привет, Махарб, я — Полина.
Пес в ответ обнюхивает меня всю, Шахов тоже садится рядом на корточки, берет мою руку и подносит к носу животного, смотрит ему в глаза и произносит одно короткое слово на своем.
— Что ты сказал? — спрашиваю, так как чувствую, что это была какая-то команда.
Аслан улыбается:
— Когда меня нет рядом, он будет защищать тебя. Собака натренированная.
— А где же мне с ним гулять? — захожу издалека.
Вскидывает бровь в изумлении.
— Тебе мало этого особняка?
— Не мало, но я хочу свободы передвижения, Аслан. Не хочу быть запертой в четырех стенах.
На мгновение замолкает. Смотрит на нас с моим новым другом.
— Ты вольна выезжать и выходить, Полина, но моя женщина не может ходить одна по городу. С тобой будет охрана. Это для твоей безопасности.
Улыбаюсь шире. Шахов очень щедрый мужчина, добрый, еще ни разу он не отказал мне ни в одной малой просьбе.
Поэтому я решаю проверить еще одну острую грань. Пытаюсь нащупать путь, чтобы мы с ним вышли на новый уровень общения.
— А можно мне телефон? Свой. С выходом в социальные сети и вообще у меня скоро сессия начнется, я хочу получить образование, Аслан.
По мере того, как я говорю, Шах прищелкивает языком. У него в глазах смешинки появляются, отходит, вновь открывает дверь, приглашая нас с
