Здесь же их взору предстала печальная картина: шесть могил и лежащий рядом скелет, по всей видимости, оставшиеся от экипажа корабля, потерпевшего крушение после того, как тут побывала «Виктория». Страшная находка побудила их подремонтировать хижину, построенную этими неизвестными. Убежище примерно десяти футов в длину и восьми в ширину было сооружено из соединенных внахлест тонких досок, наклонная крыша была покрыта соломой, которую они подправили. Затем, поместив внутри ящик с припасами, Гилрой и Армстронг покинули остров, выполнив в субантарктических водах свое опасное задание.
Эти склады, время от времени проверяемые и пополняемые военными кораблями и правительственными судами, спасли жизнь многим мореходам, ставшим жертвами кораблекрушений. Восемь из них были выжившими членами экипажа «Дерри Кастл», затонувшего у северного берега острова Эндерби в 1887 году. Они знали, что в Порт-Россе есть убежище для потерпевших крушение, и мысль об этом поддерживала их, пока они, ютясь в травяных шалашах, строили лодку из обломков корабля. Переплыв в ней пролив, они прожили на оставленных здесь припасах и мясе морских львов, которых им удавалось добыть, до тех пор, когда их спасла команда судна «Аваруа», занимавшаяся охотой на тюленей незаконно, так как к тому времени их промысел был запрещен правительством Новой Зеландии.
В марте 1891 года на проходившем к северу от островов корабле «Компадре» случился пожар, и, когда стало понятно, что ситуация безнадежна, его капитан намеренно повел судно на скалы мыса Порт-Росс. Все пятнадцать человек экипажа залезли на утлегарь[36] и при столкновении корабля с камнями спрыгнули на берег, все в ссадинах и ушибах, но живые. Один из них умер в следующую ночь, но остальные выжили и продержались на найденных припасах до 30 июня, когда были спасены шхуной «Джанет Рамси». Их состояние здоровья газеты охарактеризовали как хорошее, учитывая перенесенные ими лишения.
Особенно красноречива история спасшихся с корабля «Дандональд», налетевшего на мель у острова Дисаппойнтмент посреди ночи 7 марта 1907 года. По воспоминаниям одного из выживших, Чарльза Эйра, к рассвету одиннадцать человек цеплялись за снасти, в то время как еще пятеро висели на отвесных скалах, куда они перепрыгнули с кормовой мачты. Как и члены команды «Инверколда», многие из них сбросили с себя сапоги и верхнюю одежду. Первый помощник капитана, получивший самые тяжелые ранения, принял командование на себя, так как капитан и второй помощник пошли ко дну вместе с судном.
Поначалу они думали, что находятся на самом острове Окленд и что до склада с припасами для потерпевших им всего лишь понадобится пройтись пешком. Однако, преодолев скалы и плато, они с ужасом поняли, что попали на остров Дисаппойнтмент и от острова Окленд их отделяет бурный пролив в пять миль шириной. И что еще хуже, на их маленьком каменистом островке не было ручьев с пресной водой. Помощник капитана умер на двенадцатый день, но остальные продолжали держаться одним коллективом с более или менее демократичными взаимоотношениями, собирая дождевую воду и деля на всех мясо альбатросов и иногда попадавшихся тюленей. Для укрытия они вырыли не то семь, не то восемь небольших землянок, сделав травяную кровлю, и жили в них попарно, как кролики, обсуждая между тем, как им добраться до острова Окленд.
В конце концов они соорудили коракл из длинных прутьев и тюленьих шкур, и трое из них переправились в нем через пролив. Через несколько дней они вернулись, чтобы сообщить, что большой остров не стоит затраченных усилий – ландшафт там никудышный, а склад припасов им не удалось отыскать. Тем не менее остальные пожелали предпринять еще одну попытку, которую они в итоге осуществили в октябре. Эта вторая экспедиция успешно нашла склад, который, к их радости, к тому времени был снабжен сараем со спрятанной в нем лодкой. Они забрали с острова Дисаппойнтмент своих товарищей по несчастью, а 15 ноября на острова прибыл посланный новозеландскими властями пароход «Хинемоа» с группой ученых на борту, но не для инспекции складов, а с совершенно иными целями. Потерпевшим крушение, хоть и получившим пополнение запасов провизии, пришлось остаться жить далее в доме при складе до тех пор, пока научные исследования не были завершены, после чего их доставили в Новую Зеландию.
Эта научная экспедиция на острова была отнюдь не первой. Одна из наиболее значительных состоялась в 1874 году, в ходе которой ученые из Германии основали научную станцию в «бухте ужаса» в Порт-Россе для наблюдения за кульминацией Венеры. Им, в отличие от французской экспедиции, направившейся по совету Райналя на остров Кэмпбелл, повезло с погодными условиями, так как в критический период времени прохождения планеты небо прояснилось. Три кирпичных пьедестала, построенных для установки на них приборов, сохранились по сей день.
Эксперимент Эндерби также пытались продолжить. В 1894 году острова архипелага были разделены новозеландскими властями на три пастбищных участка с целью сдачи их желающим в аренду. В следующем году на остров Эндерби были завезены девять коров породы лонгхорн и двадцать овец, но, как и их предшественники, животные там не прижились. В 1900 году другой арендатор привез в гавань Карнли две тысячи овец и принялся за освоение острова Адамс, но погода снова сыграла свою губительную роль. В течение следующих десяти лет большая часть поголовья овец погибла, и договор об аренде был расторгнут.
С окончанием эры парусного судоходства маршрут вдоль пятидесятой параллели в Южном океане потерял свое значение, и острова Оклендского архипелага, оказавшись в стороне от морских путей сообщения, утратили былую дурную славу кладбища погибших кораблей. Наступали иные времена. Ученые заговорили об уникальности флоры и фауны островов, и возникла идея сохранить их для будущих поколений. В 1936 году архипелаг был объявлен природным заповедником, и морские котики, морские львы, птицы и местные виды растений были включены в перечень охраняемых. Вновь на холмах и пляжах воцарилась тишина, не нарушаемая присутствием человека.
Но грянула война. В августе 1939 года, когда германский пароход «Эрланген» стоял на якоре в гавани Данидина, его капитан, Грамс, был извещен немецким консулом о надвигающихся военных действиях. Он, не поднимая шума, незамедлительно покинул порт, но, имея на борту топлива только на пять дней пути, сперва зашел в гавань Карнли, где его матросы на больших площадях вырубили деревья рата на дрова. Когда это стало известно властям Новой Зеландии, было решено создать на побережье природоохранные станции. Построенные в 1941 году, они были укомплектованы штатом научных работников: с одной стороны – для того чтобы должным образом исследовать и изучить острова, с другой – чтобы в горниле войны не пропали высококвалифицированные кадры. Невзирая на постоянные дожди и туманы, ученые на веслах обошли все берега, попутно производя топографическую съемку. Также они поднялись на каждую гору, дали ей название и провели измерения, и, таким образом, впервые была составлена полная и точная карта Оклендских островов.
