сих пор в своей жизни, напрасным. Рик совсем пропал с горизонта, и после просмотра первых двух серий конкурса у меня возникло искушение протянуть руку и поздравить его. Немного покопавшись в себе, я решила, что лучше не вступать в контакт. Конечно, соревнование транслируется только по испанскому телевидению, но я позвонила своему старому приятелю Хью из «
Высококлассной кухни». Он рассказал мне, как изменить мой IP-адрес на испанский, используя VPN-сервис.
Имя Рика, безусловно, сейчас на слуху, и уже не только в Великобритании. Томас также подтвердил, что августовский выпуск журнала смели с прилавков, поэтому они увеличили тираж сентябрьского номера. Конечно, это еще одно достижение, которое я могу добавить к своему собственному резюме, но воспоминания по-прежнему остаются для меня горько-сладкими.
Взяв себя в руки, я превращаю хмурый взгляд в улыбку.
– Если я надумаю в конечном итоге на некоторое время остаться во Франции, не согласитесь ли вы приехать ранней весной, до первого наплыва посетителей? В будущем мама планирует регулярно проводить курсы с мая по октябрь. В остальное время там все поместятся, у нее есть место в главном доме, а также в гостиных и переоборудованных хозяйственных постройках.
– Это интересно. А тем временем ты, Лейни, станешь королевой социальных сетей, – смеется Дарио. – Я научил тебя всему, что знаю, и теперь пришло время расслабиться и посмотреть, как ты взлетишь!
– И ты будешь делать собственные фотографии для своего нового шикарного веб-сайта. Надеюсь, ты прислушивалась ко всем тем советам, которые я тебе давал, потому что я буду следить за тобой, – говорит Энт.
– Я так благодарна вам обоим, и я буду безумно по вам скучать. И когда ты, Энт, приедешь во Францию, мы будем бороться за то, чтобы по очереди проводить время с малышкой Элли. Вы с Хейли сможете выбираться на романтические прогулки по сельской местности, так как у вас будет более чем достаточно нянь, готовых взять это на себя.
– Да какие там прогулки, мы будем счастливы просто немного прилечь. Элли каждый день просыпается в пять утра! – смеется он.
Мы прощаемся, и я задумываюсь, сколько времени пройдет, прежде чем мы увидимся снова. Я просто надеюсь, что, когда мы наверстаем упущенное, мы перевернем страницу и будем в восторге от предстоящего путешествия. Прямо сейчас надвигаются осень и зима, а до весны, кажется, целая вечность.
Сентябрь
22. Осенний холод в воздухе
– Я поставлю чайник. Пожалуйста, кто-нибудь может разжечь огонь? – Мама поворачивается и исчезает на кухне с последними тарелками.
– Я с этим разберусь. Нам нужны дрова, и мне не помешает немного подышать свежим воздухом, – жизнерадостно сообщаю я папе.
– Ты никогда не любила мыть посуду. Совсем как я. Не то чтобы у нас была нехватка дров, – смеется он.
Тут он прав. Мои первые несколько дней здесь были потрачены на совместную работу по спиливанию старого дерева на границе маминых владений, которое повалило прошлой зимой. С помощью двух ручных пил и бензопилы мы втроем неплохо справились с тем, чтобы притащить его сюда. Папа уже наколол несколько поленьев для растопки, но в сарае еще лежит целая куча, ожидающая того дня, когда мы все почувствуем себя достаточно энергичными, чтобы взяться за это дело. Это горячая работа до седьмого пота.
Натянув стеганое пальто, я жадно вдыхаю холодный ночной воздух. Когда он попадает в легкие, я немного кашляю, но это освежает и заряжает энергией. Я чувствую, как все мое тело оживает, и так было с первого дня моего приезда. Я наслаждалась горьковатым привкусом земли и сыростью куч опавших листьев, контрастирующими со сладким запахом травы под ногами.
Я направляюсь к сараю и, распахнув широкую дверь, ощущаю затхлый запах подсыхающего дерева. Это напоминает мне о том, как я проводила время в доме моего дедушки и помогала ему таскать из сарая растопку, чтобы растопить старую дровяную печь. Раньше от этого запаха я морщила нос, а он всегда смеялся надо мной и ерошил мне волосы.
Я чувствую, что продолжаются перемены, которые начались, когда я была в Андалусии. Я замечаю вещи, которые обычно не попадали в поле моего зрения. Крошечные детали, которые не только пробуждают воспоминания, но и заставляют меня осознать, насколько я была отключена от того, что происходит вокруг. Я так многое принимала как должное, потому что мое внимание было сосредоточено на определенном наборе целей. Теперь цели изменились, но мой мир не рухнул, как я опасалась, и я с новой решимостью двигаюсь вперед. И все же иногда меня охватывает печаль. Сначала я думала, что это потому, что я скучаю по привычности своей прежней жизни. Я действительно скучаю по своим друзьям, но есть кое-кто еще, по кому я скучаю еще больше. Это острое чувство потери, которое я испытываю глубоко в душе, отказывается уходить, но теперь я могу признать, что нет смысла мечтать о том, что могло бы быть.
Я сажусь на то, что папа со смехом называет моим табуретом. Это массивный обрубок самой широкой части дерева, на распиливание которого мы потратили несколько часов. В тот момент мы были слишком уставшими, чтобы продолжать, и я сказала ему, что, по-моему, это прекрасно. Я поймала себя на том, что провожу пальцами по грубой поверхности, очарованная годовыми кольцами, которые были картой жизни дерева, пока его не повалил ураганный ветер. На следующий день мы решили сохранить пень, хотя нам пришлось втроем перекатывать его в сарай через сад.
Когда я протягиваю руку, чтобы начать складывать в корзину небольшие деревяшки, мне приходит в голову, что прошло много времени с тех пор, как я перестала вести счет своим достижениям. Наконец-то я свободна так, как даже не мечтала, и я двигаюсь в правильном направлении. Сколько часов я потратила впустую, позволяя своей шумной соседке нервировать меня и мечтая о переезде в более приятное и просторное место. Стала ли я счастливее после переезда? Как выяснилось, нет. Одна проблема просто сменила другую. Уход из журнала – это лучшее, что случилось со мной за долгое время.
И теперь мы с папой временно живем с мамой. Мы принимаем каждый день таким, какой он есть, но чем больше времени они проводят вместе, тем ближе становятся. Я поворачиваюсь, чтобы выглянуть в открытую дверь, и снова смотрю на фермерский дом. Даже в полумраке я вижу поднимающуюся из трубы струйку серого дыма. Свет на кухне и в гостиной горит, как теплый, приветливый маяк. Неудивительно, что людям
