момент, когда все толпятся вокруг, чтобы попробовать десерты друг друга.
Я подхожу, чтобы присоединиться к Рику, который прислонился к одной из каменных колонн, наблюдая за реакцией и слушая комментарии.
– Полагаю, скоро будет объявлен конечный результат? – шепчу я, прижимаясь к нему.
– Да. Очевидно, это либо Луи, либо Индия, поскольку Алексис сегодня не попал в тройку лидеров. Но пока не подведен окончательный итог, я думаю, все может пойти как угодно. Прелесть балльной системы в том, что даже я пока не знаю точного результата. Мы все оцениваем по количеству раз, когда кандидат входил в тройку лидеров. Индия заслужила сегодня свои десять баллов из десяти возможных. Она превратила скромный десерт в незабываемый, и я уверен, именно Индия добьется успеха в своей будущей карьере.
Скромный – определенно не то слово, которое я бы ассоциировала с представленными здесь сегодня блюдами. Однако мне не терпится попробовать десерт Индии, потому что он действительно выделяется на фоне остальных. Она представила дегустационную тарелку, состоящую из пяти отдельных элементов. На круглой тарелке по дуге выложены крошечное миндальное песочное печенье, шоколадно-миндальный мадлен [53], рюмка с глазурованным миндальным кремом, миниатюрное миндально-кокосовое печеньице макарун и миндальный трюфель, обжаренный с корицей. По тарелке тянутся две полоски в форме капелек, одна из которых представляет собой кристаллизованное имбирное кули [54], а другая – грушевое пюре.
– На самом деле ни один из элементов не является сложным с точки зрения кулинарного мастерства, – добавляет Рик, – но именно видение и вкусовые качества делают его выдающимся в десятке. Иногда самые умные и вдохновляющие идеи – те, в которых мы возвращаемся к истокам.
Мигель поднимает руку, чтобы привлечь наше внимание.
– Поздравляю всех. Хавьер подтвердил, что общий победитель будет объявлен в два часа дня, когда все желающие смогут вернуться сюда на презентацию и групповое фотографирование.
Это все равно что ждать окончательного подсчета голосов на выборах, когда каждый пытается прикинуть в уме, кто из двух основных кандидатов победит. И финал мучительно близок.
* * *
Все собираются рядом с баром во внутреннем дворике перед рестораном. Атмосфера наэлектризована. Индия была объявлена достойной победительницей, но поскольку в итоговом зачете Луи отстал от нее всего на одно очко, он также удостоился бурных аплодисментов.
Я на некоторое время потеряла Рика из виду, и он снова появляется в поле зрения, направляясь прямо ко мне.
– О, я бы не отказался от такого, что это? – спрашивает он, указывая на напиток в моей руке.
– Фино Мартини [55]. Но после я перейду на яблочный сок, – отвечаю я, и когда наши глаза встречаются, он улыбается мне:
– Ах, значит, никаких шансов на повторение.
Я бросаю на него свой лучший испепеляющий взгляд, и он отшучивается.
– Я просто пошутил, – говорит он, поворачиваясь к бармену и указывая на мой напиток. Это облегчение – снова вернуться в комфортный режим общения друг с другом. – Звонила Кэти, и я поднялся к себе в комнату для быстрого видеозвонка. Она хочет, чтобы я сменил рейс, чтобы мы могли встретиться завтра, так как она вернется в Великобританию как минимум еще через неделю. Думаю, это будет означать пару часов онлайн сегодня вечером, когда я попытаюсь во всем разобраться.
Как стороннему наблюдателю, мне кажется, что Рик постоянно у Кэти на побегушках, но я полагаю, что, когда по-настоящему кого-то любишь, готов сделать для него все что угодно. В том числе и уйти. Мой желудок совершает неожиданный кульбит, когда Рик оборачивается со стаканом в руке, чтобы посмотреть на меня. Он замирает на секунду или две, почувствовав перемену в моем поведении, но я мгновенно натягиваю фальшивую улыбку, не желая сейчас снимать маску.
– Давай выпьем за то, что мы чудесно провели время здесь, в Андалусии! – с легким сердцем предлагаю я.
Он поднимает свой бокал, и мы чокаемся. Затем его глаза на мгновение находят мои.
– Мне будет очень жаль уезжать и прощаться, – печально отвечает он.
Я предполагаю, что Рик имеет в виду Андалусию, но как бы мне хотелось, чтобы он сожалел о том, что уезжает от меня.
Он начинает говорить о конкурсантах и о том, кто какое впечатление произвел, но я пропускаю его слова мимо ушей. Оглядываясь в полумраке, озаряемом сиянием развешанных под деревьями светильников и фонарей, окаймляющих внутренний двор, я испытываю теплое чувство. Все почти закончилось, и мы оба стараемся оставаться беззаботными. Но Рик продолжает поглядывать на меня, и я благодарна за блеск в его глазах и оживленный тон его голоса, за каждое мгновение, которое мы разделили. Это было время, которым я всегда буду дорожить, куда бы ни занесла меня жизнь.
Мне больно испытывать такие сильные чувства к мужчине, который никогда не будет моим. Я позволила своему страстному желанию, может быть, даже ревности, окрасить то, как я оценивала его отношения с Кэти. Это было неправильно с моей стороны, и именно поэтому я рада, что почти настало время возвращаться домой.
20. Возвращение в реальность
Я никогда не относилась к числу тех, кто унывает, если в жизни что-то не ладится, но в тот момент, когда я сажусь в самолет, меня начинает захлестывать огромное чувство потери. И когда я возвращаюсь домой, отпираю входную дверь и перетаскиваю чемоданы через порог, по моим щекам начинают катиться слезы. Я с удивлением понимаю, что это слезы гнева. Лейни, зачем было влюбляться в мужчину, которого, как ты знаешь, ты не можешь заполучить?
По мере того, как темнеет, появляется общая мрачность, и меня захлестывают эмоции. Это тяжело, потому что я не могу отделаться от мысли, что Рик выглядит не как человек, влюбленный по уши, а как человек, которого держат на коротком поводке. Я продолжаю говорить себе, что, вероятно, выдаю желаемое за действительное. Мне больно, потому что я влюблена в кого-то, кто не влюблен в меня. Конец.
– Лейни, смирись, – говорю я вслух, оглядываясь вокруг, чувствуя пустоту и скучая по теплу и живости Андалусии. Хотя в глубине души я понимаю, что еще больше скучаю по Рику. – У тебя есть завтрашний день, чтобы выбросить все это из головы и подготовиться к встрече с миром. Это будет не первый и, вероятно, не последний раз, когда тебе придется справиться с разочарованием.
Когда в понедельник утром я прихожу в офис, Томас приветствует меня теплой улыбкой, и я вижу, что что-то не так, что-то очень не так.
– Хорошо, что ты вернулась, Лейни, – говорит он, жестом прося меня закрыть дверь
