– Нет, но я видел Бет – Лизбет – когда шел к стоянке.
– Попробуй еще раз, – одернула я. – Лизбет покинула клуб около часа ночи.
Барбаро пожал плечами:
– Думал, это она. Выглядела похожей на нее. Я сидел в машине. Она прошла мимо. Посмотрела на меня. Помню: подумал, как странно ее здесь видеть. Впрочем, я напился. Полагаю, что мог ошибиться.
– Полагаю, мог.
– Ты могла бы ее спросить, – предложил он.
Я издала неопределенный звук. Вспомнила, как красивое лицо Барбаро смотрело на меня с обложки журнала на столике в квартире Лизбет. Припомнила его снимки с приятелями на холодильнике в кухне.
Барбаро мог предположить, что Лизбет его поддержит потому, что он – это он, или потому, что она в него втрескалась. Или же он рассчитывал на ее молчание, так как знал, что прошлой ночью кто-то прошептал ей на ухо: «Вот что случается с девочками, которые много болтают».
– И больше никого, – подытожила я.
– Видел, как Чокнутая шныряла по округе, – ответил он.
– Как ты достал ключи от машины? – спросила я. – Знаю, что ты пользуешься услугами швейцаров. Они к тому времени уже ушли.
– Я отдавал им запасные ключи. Свои я держу при себе.
– И никто тебя здесь не видел, – заключила я.
– Нет.
– У тебя нет никого, кто подтвердил бы твою историю.
– Нет, – ответил он с растущим нетерпением из-за моей линии вопросов, тогда как сам пытался сделать доброе и благородное дело.
Мне плевать. «Доброе» и «благородное» – два слова, с которыми его приятели имели лишь мимолетное знакомство.
Я пожала плечами:
– Просто задаю тебе те же вопросы, что будут задавать детективы.
Он все-таки обиделся:
– Жаль, что я не видел человек десять, но чего нет, того нет. Не знал, что позже мне понадобится алиби.
– И это не имело бы значения, имей ты его, так? – спросила я. – Тебе всего лишь стоило поднять трубку, я права?
Барбаро промолчал. Крыть ему нечем, и он это знал.
– Кто ее убил? – Я повторила вопрос.
– Я не знаю.
– Предполагаешь, кто ее убил?
Он потер руками лицо и сделал небольшой круг.
– Мне звонил Беннет, – поделился Барбаро. – Незадолго до рассвета.
– Ему нужно было алиби?
– Да.
Я сама помнила такой же звонок. Не телефонный вызов, личную просьбу. Двадцать лет назад. В четыре утра. Я десятый сон видела.
Беннет сам пустил себя в мою квартиру. Звук работающего душа разбудил меня и привел в замешательство. Зачем Беннету пользовать гостевой ванной? Когда я отправилась задать ему этот вопрос, дверь оказалась закрытой и запертой на замок.
По-прежнему чувствуя неловкость, я вернулась в постель. Спустя некоторое время он скользнул рядом со мной под простыни, теплый и обнаженный, и когда я заворочалась, сказал что был здесь уже несколько часов.
– Нет, не был – прошептала я, странное предчувствие зашевелилось внутри меня.
– Но ты ведь скажешь так ради меня, детка? Скажешь так ради меня…
Мне стало дурно от этого воспоминания.
– Позже он рассказал мне, что Ирина мертва, – продолжал Барбаро. – Была мертва, когда он нашел ее в своем бассейне. Сказал, что она должно быть утонула.
– И ты ему поверил, – упрекнула я.
– Я хотел ему верить. Он мой друг. Я не мог представить, что это не несчастный случай.
– Если это был несчастный случай, почему он не позвонил 911?
– Она умерла, – рассуждал Барбаро. – Он боялся скандала, ведь Беннет известный, богатый, влиятельный человек. Его жена ранимая женщина…
– Интересно, он когда-нибудь вспоминал об этом, пока трахал двадцатилетних девушек, – заметила я. – Итак, поскольку Ирина была уже мертва, из-за трогательной заботы о немощной жене вы решили, что будет вполне приемлемо сбросить тело Ирины в канал. Где водные организмы покормились бы ее глазами и губами, а аллигатор утащил тело под корягу, чтобы то подгнило и к обеду дошло до готовности.
Барбаро зажмурился, словно это могло предотвратить видение, которое я только что ему описала. Его голос немного дрожал:
– Я не знал. Клянусь, не знал, что он с ней сделал, пока не услышал об этом в понедельник.
– А была бы разница, если бы ты знал, Хуан? – спросила я. Покачав головой, я подняла руки, чтобы предупредить его ответ. – Не отвечай. Не утруждайся.
Мгновение мы оба молчали. Барбаро уставился в одну точку, думая о чем-то, что мне неведомо. Я пристально смотрела в другом направлении, размышляя о том, какой яркой и многообещающей молодой женщиной могла стать Ирина, если бы не полдесятка мужчин, верящих, что правила приличного общества к ним не применимы.
Она сделала глупый, беспечный выбор. То, что она заплатила за него своей жизнью, иначе как трагичным не назовешь.
– Ирина думала, что Беннет на ней женится? – спросила я.
Барбаро бросил на меня недоуменный взгляд.
– С чего ей так думать? Она знала, что он женат.
– Полагаю, Ирина, возможно, была беременна. Она имела виды на Беннета… Учитывая все обстоятельства, не думаю, будто ей пришло в голову, что его жена может стать препятствием.
Ирина была молодой, красивой, яркой, волнующей, сексуальной. К несчастью, она не осознавала, что эти качества состоятельный мужчина ищет в любовнице, а не в жене. И ей недоставало двух вещей, которые имели значение для такого человека как Беннет Уокер: денег и связей.
– Никогда не думал, что произойдет нечто подобное, – негромко проговорил Барбаро.
– Да уж, – также тихо ответила я. – Все веселье и игра, пока кто-нибудь не лишится жизни.
– Что теперь будет? – спросил он.
– Поговоришь с Лэндри.
Я вытащила из сумки мобильник, но поколебалась, прежде чем набрать номер Лэндри.
– Ты мог позвонить ему сам, – сказала я. – Почему захотел сначала со мной поговорить?
– Я поступил так из-за тебя, Елена, – ответил он, серьезно глядя на меня большими карими глазами. – Из-за сказанного тобой вчерашним вечером. Не таким человеком я хочу быть.
«Какая прелестная реплика», – подумала я. Но я ему не верила. И не доверяла.
– Я польщена, – без капли искренности ответила я, распахнула мобильник и позвонила Лэндри.
Глава 48
– Что, черт подери, значит: мы должны позвонить его адвокату, прежде чем предъявим ордер на обыск? – Лэндри не мог поверить в это предписание. – Это, мать твою, невероятно!
– Это вежливость, – ответил Дуган, тем же тоном, каким выдал бы: «Это неспецифический язвенный колит».
– Вежливость?! С каких пор любезность является нашей работой?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
