— Чем же я могу вам тут помочь, мистер Канлер? Я не могу запретить своей дочери общаться с молодым лордом, вместе с которым она столько пережила во время наших африканских приключений.
— Я очень вас прошу, — Канлер произнес слово «прошу» так, как будто вывел его большими печатными буквами на фоне петита, — я прошу употребить все ваше влияние, чтобы убедить Джейн обвенчаться со мной как можно скорее. Скажем, на этой неделе.
— Хм. Видите ли… Джейн кое в чем очень похожа на мать — а я говорил вам, что миссис Портер отказывала мне три раза, прежде чем мы наконец обвенчались?
— Говорили.
— Так вот, иногда моя дочь бывает так же строптива. Не далее как сегодня я объяснил ей, что больше не могу содержать этот дом, в котором она родилась. Больше того — что вскоре мы вряд ли сможем жить сообразно с требованиями ее положения.
— И что же она ответила?
— Что ее требования не столь уж велики и что она всегда может поселиться у своей тетки в Балтиморе.
Канлер явно собирался резко возразить, но тут дверь библиотеки открылась, и в комнату вошла Джейн Портер.
— О, прошу меня извинить! — воскликнула она, остановившись на пороге. — Я думала, папа, что ты один!
— Это всего-навсего я, Джейн, не смущайтесь, — язвительно бросил Канлер. — Не хотите ли войти и присоединиться к семейному разговору?
— Благодарю, я только хотела сказать, что Джон Клейтон приехал, чтобы отвезти меня в Балтимор. А к тебе пришел Тобиас Мюррей, папа…
— Тоби здесь? — воскликнул профессор Портер.
— Да, он и Эсмеральда сейчас заняты религиозным диспутом у черной лестницы.
— Я должен немедленно его повидать! Прошу прощения, мистер Канлер, я вас оставлю, — и старик поспешно покинул комнату.
Джейн хотела выйти вслед за отцом, но Канлер встал между ней и дверью.
— Вот что, Джейн, — грубо сказал он. — Долго еще вы собираетесь тянуть волынку?
— Прошу прощения? — возмущенно переспросила Джейн.
— Не притворяйтесь, вы знаете, о чем я!
— Знаю. Но я ничего вам не обещала…
— Да, но вы и не отказали мне! А если вы выйдете за меня замуж, вам уже не придется жить из милости у старой тетки в Балтиморе.
Джейн вспыхнула.
— Понимаете ли вы, мистер Канлер, что вы меня покупаете? — срывающимся голосом спросила она. — Конечно, понимаете! Именно потому вы и дали папе денег взаймы на его сумасбродную экспедицию — чтобы получить подобную возможность. Такой хороший делец не станет просто так ссужать кого-то деньгами на поиски полумифических кладов. Вы знали, что вексель, на котором стоит подпись моего отца — лучший способ принудить меня к замужеству!
Джейн говорила все громче, а Роберт Канлер слушал ее с наглой улыбкой.
— Вы меня удивляете, Джейн, — насмешливо проговорил он. — Я думал, у вас больше самообладания, больше гордости. Конечно, я вас покупаю. Но я был уверен, что вы предпочтете сделать вид, будто это не так. Вот уж не думал, что вы во всеуслышанье осмелитесь признать себя продажной женщиной! Но раз вы предпочитаете называть вещи своими именами — будь по-вашему. Да, я покупаю вас и хочу получит немедленно! Если завтра же мы не обвенчаемся, я потребую немедленного погашения векселя, и ваш ученый папаша в тот же день окажется на улице без гроша в кармане!
Смертельно бледная Джейн смотрела на издевающегося над ней человека. Любого другого расстрогал бы этот отчаянный взгляд, но Канлер только улыбнулся еще самодовольнее. Он знал, что Джейн в его власти и упивался этим.
— Итак, решено — сегодня же мы обвенчаемся в церкви Святого Духа, а завтра отправимся в свадебное путешествие. Я буду ждать вас в церкви ровно в семь, да смотрите, не опаздывайте, не выношу опозданий!
Джейн задрожала.
— Итак, милочка, вы принимаете мое предложение? Вы согласны стать моей женой?
Из глаз девушки брызнули слезы.
— Согласна! — прошептала она и бросилась вон из комнаты.
Вслед ей раздался громкий хохот Роберта Канлера.
Под причитания и плач Эсмеральды, провожавшей свою хозяйку так, словно та отправлялась не в Балтимор, а снова в ужасную Африку, машина Уильяма Клейтона отъехала от дома.
— Что с вами, Джейн? — заботливо спросил молодой человек. — Вы так бледны!
Джейн Портер долго молчала.
— Я только что дала слово выйти замуж за Роберта Канлера, — наконец тихо сказала она.
Автомобиль резко вильнул, но Клейтон тут же взял себя в руки.
— Вы его любите?!
— Нет, — услышал он чуть слышный шепот.
— Тогда зачем же?!. Неужели это из-за того злосчастного векселя, Джейн?!
Она кивнула.
— Мерзавец! Теперь я понимаю, почему он упорно отказывается его продать!
В погасшем взоре Джейн впервые появился слабый свет.
— Вы хотите сказать, что пытались выкупить папин вексель? Я не знала…
Молодой человек густо покраснел.
— Простите… Я не должен был вам об этом говорить. Это вырвалось у меня случайно. Я знаю, как вы горды, Джейн, но я богат и без усилий смог бы купить у Канлера злосчастный вексель даже за тройную сумму! Но он не хочет его продавать.
— Спасибо, Уильям! Хотя ваш великодушный замысел не удался, я все равно в неоплатном долгу за вашу доброту!
— Все ваши долги были бы оплачены, если бы вы согласились выйти за меня замуж, — тихо проговорил Уильям Клейтон.
— Нет, — покачала головой Джейн. — Я ценю вашу дружбу, Уильям, но я не люблю вас. Я буду презирать и ненавидеть того, за кого выйду замуж ради денег, и я не хотела бы, чтобы этим человеком были вы. Лучше сохраните мое уважение и дружбу.
— Но…
— Есть и еще одна причина, по которой я не могу выйти за вас замуж.
— Какая же?
— Я дала слово Роберту Канлеру. А я никогда не нарушаю слова.
— Во всем этом есть чудовищная несправедливость, — с горечью проговорил Клейтон, и на всем протяжении пути до Балтимора молодые люди больше ни разу не нарушили молчание.
ХХХII. Пожар
Последний день свободной жизни Джейн Портер стал для нее тянущимся час за часом кошмаром.
Едва обняв тетушку и умывшись с дороги, она сказала, что хочет погулять перед обедом.
На самом деле девушка хотела лишь одного — забиться в какой-нибудь уголок, где ее никто никогда не найдет.
Суматоха на улицах большого города не смогла отвлечь ее от мысли от того, что вскоре ей предстоит. Нечто подобное Джейн уже испытывала однажды, когда попала в лапы гориллы и уже не надеялась на спасение; теперь вместо гориллы к ней протянул жадные лапы Роберт Канлер. Только на сей раз дивный лесной полубог не придет, чтобы защитить и спасти ее!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
