Сильвестр рассмеялся, но прежде чем он успел ответить, к ним подошли Тео и лорд Прэд.
— Возвращаю вам вашу жену, Стоунридж, — проговорил лорд Прэд. — Вы прибыли не вовремя. Увидев вас, леди Тео тут же покинула меня.
— О, сэр! — воскликнула Тео, слегка краснея. — Вы же отлично знаете, что покорили мое сердце.
— Вы оказываете мне слишком много чести, леди Стоунридж, — важно проговорил лорд Прэд, поднося ее руку к губам. — Если позволите, я буду иметь удовольствие посетить вас. Буду рад показать вам брошюру, о которой мы говорили.
Он предложил руку своей жене:
— Габриель, мне кажется, ты хотела обедать. И они откланялись.
— Мне хочется соленых сухариков, — заявила Габриель, когда они вошли в обеденный зал.
— Что? — Натаниель удивленно посмотрел на нее. — Соленых сухариков?
— В этот период мне всегда хочется соленых сухариков, — с улыбкой проговорила она.
— О Боже! — пробормотал муж.
— Интересно, будут ли на этот раз снова близнецы, — задумчиво произнесла Габриель, критически оглядывая накрытый стол.
— Зная тебя, я думаю, на этот раз будет тройня. — Натаниель протянул ей корзиночку с сухарями. — Ты каждый раз улучшаешь свои результаты, любовь моя.
Габриель рассмеялась, отламывая маленький кусочек:
— Шестеро детей в одном доме!
— Ужасная перспектива для человека, который не был уверен, что хочет и одного.
Натаниель покачал головой, но губы его растянулись в улыбке.
— Я думаю, тебе надо немедленно ехать домой.
Обняв ее за плечи, он направился с ней к выходу.
Габриель не возражала. Когда у ее мужа так горели глаза, она никогда не спорила.
Тео, чуть нахмурившись, смотрела, как они уходят.
— Надеюсь, я не обидела лорда Прэда. Ты чем-то расстроена, мама?
— Пустяки. Ты не видела Клариссу?
— Она танцевала с лордом Литтлтоном. Наша Кларисса не успокоится до тех пор, пока кто-нибудь не поручится за Джонатана Лейси. Ты не можешь попросить об этом леди Джерсей?
— Он кажется весьма приятным молодым человеком, — ответила леди Илинор. — Хотя временами рассеян. А как ваше мнение, Стоунридж?
— Как мне сказали, Кларисса нашла своего рыцаря, поэтому я промолчу, миледи.
— Возможно, что это так, — бесстрастно сказала леди Илинор. — Но я не дам своего благословения, пока не встречусь е его матерью.
Тео нахмурилась еще больше, потом повернулась к мужу:
— Мы тебя не ожидали, Сильвестр.
— Да, но я подумал: дай-ка загляну, посмотрю, как вы тут веселитесь, — спокойно ответил он. — Разве в этом есть что-то сверхъестественное?
— Нет, — коротко ответила Тео, поджимая губы.
— Сильвестр, могу я попросить тебя о чести быть представленным леди Стоунридж? — К ним незаметно подошел Нейл Джерард.
Сильвестр лукаво сощурил глаза и улыбнулся в ожидании взрыва.
— Дорогая, позволь представить тебе моего старого друга. Мы только что встретились после долгой разлуки.
Тео увидела лицо с довольно мелкими чертами, невыразительные карие глаза, гладкие каштановые волосы и высокую фигуру. В этом человеке было что-то странно знакомое. Тео сразу же невзлюбила его, хотя постаралась скрыть это за приветливой улыбкой.
Нейл быстро наклонился к ее руке, пытаясь справиться с охватившим его изумлением. Итак, это не любовница, а жена Джилбрайта!
— Рада с вами познакомиться, капитан Джерард, — сказала Тео. — Вы служили в армии вместе с моим мужем? Она следила за его реакцией. Знает ли он о Вимьере?
— Мы дружим еще со школы, леди Стоунридж, — ответил Нейл, уходя от прямого ответа. — Мы были вместе во многих передрягах, не правда ли, Сильвестр?
Он с улыбкой повернулся к графу, который молча кивнул в ответ.
Наступила небольшая пауза, но прежде чем молчание затянулось, Нейл, снова усмехнувшись, продолжил:
— Ах, леди Стоунридж, трудно вообразить, что мы когда-то были чумазыми десятилетними мальчуганами!
— Чумазыми? — Тео бросила на мужа удивленный взгляд. — Мне трудно представить себе Стоунриджа иначе как безупречно одетым и чистым.
— Но когда мне было десять лет, ты, дорогая, вряд ли могла меня знать.
Вдруг ему стало не по себе оттого, что Джерард находится вблизи Тео. Он чувствовал интерес Нейла к его жене. Конечно же, Джерард узнал в ней женщину, приехавшую тогда в «Отдых рыбака», но за его любопытством крылось нечто большее: Тео возбуждала его как мужчину.
Сильвестр взял Тео за руку.
— Извини, Джерард, но моя жена желает ехать домой. Нейл Джерард распрощался с ними и пообещал в ближайшем будущем навестить графиню.
— Но я не собиралась домой! — запротестовала Тео.
— Зато я собираюсь забрать тебя отсюда, — ответил Сильвестр. — Будь добра, окажи мне эту любезность.
Тео взглянула на мужа. Глаза его горели желанием, дыхание участилось, и она поняла, что этой ночью ей некогда будет задавать вопросы.
Глава 22
— Леди Тео дома, Фостер?
— Боюсь, что нет, леди Эмили.
Дворецкий придержал дверь, и Эмили с Эдвардом прошли в гостиную.
— Тогда мы подождем, — сказала Эмили. — Мы, наверное, пришли рано.
— Ее светлость ожидала вас? — с сомнением спросил Фостер.
— Да, мы договорились навестить миссис Лейси, и лейтенант Ферфакс должен был нас сопровождать.
— Она не сказала, когда вернется? — спросил Эдвард, бросая шляпу на столик.
— Нет, сэр. Я провожу вас в библиотеку.
— Да, и принесите, пожалуйста, чаю, — распорядилась Эмили. Семья Белмонт, как видно, продолжала считать Фостера своим дворецким.
Фостер поклонился.
— Кларет, мистер Ферфакс? Эдвард улыбнулся:
— Благодарю вас, Фостер. Леди Тео не говорила, куда идет?
— Нет, сэр. Фостер удалился.
— Тебе не кажется это немного странным? — спросил Эдвард, подходя к окну и выглядывая на улицу. День был солнечный, какая-то девчушка под присмотром няни гоняла железный обруч по тротуару.
— Что, Тео не сказала Фостеру, куда пошла? — нахмурилась Эмили. — Но это и неудивительно.
— Здесь не Лалуорт, Эмили.
Когда вошел Фостер с чайным подносом и графинчиком кларета, Эдвард вновь повернулся к нему:
— Она ушла пешком или уехала в ландо?
— Мне кажется, пешком, — ответил дворецкий, наливая кларет.
— Со служанкой или лакеем? — Эдвард взял рюмку. Фостер нахмурился:
— Мне кажется, она ушла одна, сэр.
Эдвард присвистнул. У него появилось неприятное предчувствие, и он снова выглянул в окно в надежде увидеть Тео, спешащую домой.
— Стоунриджу это не понравится.
— Что мне не понравится? — поинтересовался Сильвестр, появляясь в дверях.
Его пальто было покрыто пылью, а хлыст засунут в верхнюю петлицу.
