слишком коротко, грязные коленки, растрепанные волосы и глазки, которыми внимательно смотрела в лицо каждого, к кому подходила, будто ища сочувствия и понимания. Глядя на нее, Сьерра вдруг отчетливо вспомнила другую Ветерка – с синими губами и слабым, как ниточка, пульсом.
Сьерра сжала кулаки и крепко вонзилась ногтями в ладони, пытаясь сдержать чувства. Но ярость все равно кровавой волной поднималась у нее в груди. Да, она могла сделать это снова. Могла убить. Могла пережить смерти близких, Заэля, Фернера и даже Нестора. Была только одна смерть, которая могла сломить ее. И это была смерть Ветерка.
– Ты в порядке? – спросил Заэль, отрывая ее от тяжких раздумий.
Сьерра решительно кивнула. Стоило потерять в жизни все, чтобы понять, что она любит сестру изо всех сил. Если бы отец мог слышать ее мысли из мира мертвых, он бы, наверное, радостно рассмеялся.
* * *
Варус молчал. Калим чувствовала себя неуютно. Никто из них по-настоящему не доверял Заэлю. Они шли в угрюмой тишине, не решаясь нарушить ее. Если бы Сьерра могла быть услышана, она бы разрядила обстановку. Но ей ничего не оставалось, кроме как молчаливой тенью следовать за ними, изредка переглядываясь с Заэлем. Грело душу в этом неуютном походе только одно: Нестор был в безопасности. Будет кому, в случае чего, позаботиться о Ветерке.
– Здесь? – спросил Заэль, когда они остановились у высоких камней.
– Думаю, да, – ответила Калим, осмотрев укрытие.
Тем временем Сьерра взобралась на камни, чтобы посмотреть на дорогу. Она так привыкла быть невидимой, что чуть не забыла, что люди могут ее видеть.
– Итак, мы просто ждем тут. Ждем и все, верно?
Сьерра уже довольно хорошо знала Заэля, чтобы почувствовать в его голосе нотки волнения.
– Именно, – сказал Варо тоном, означающим окончание разговора. Сьерра осторожно слезла с камней, стараясь не наступать на больную ногу, и села рядом с остальными.
– Рано или поздно они придут сюда, и тогда мы нападем врасплох, – сказала Калим.
– Под «мы» ты подразумеваешь и меня? – пробормотал Заэль таким тихим шепотом, что охотница удивленно покосилась на него.
– Не волнуйся, мы прикроем твою спину, – сказала она. – Если все пойдет хорошо, Фернер первым нападет с другой стороны. Это их дезорганизует.
Заэль набрал в легкие воздуха, чтобы что-то сказать, но передумав, сомкнул губы. Плечи его напряглись. Думал он, конечно, о том же, о чем и остальные: какой бы бардак ни начался в армии врага, против них они ничто. Ведь их всего четверо.
Сьерра сжала рукоятку копья.
– Как думаешь, Селена поможет им? – спросил Заэль, обращаясь к Сьерре. Но, спохватившись, испуганно замолчал.
Калим и Варо выпрямились, каждый поняв вопрос как обращенный к нему лично. Фернер говорил, что даже он бессилен перед Селеной. И если богиня возьмется помогать людям, они однозначно проиграют. Чего Сьерра не знала наверняка, так это того, по какой причине первый воин так сказал. Потому что действительно был слабее Селены или потому что слишком сильно любил ее, чтобы решиться убить.
– Боги не могут напрямую помогать людям, – сказала Калим. – Это закон Рея.
– Селена не из тех, кто следует законам, – усмехнулся Заэль и Сьерра толкнула его в бок, чтобы он замолчал.
Ликантропы не ответили. Слишком сильно было их напряжение и слишком похожа на правду была шутка Заэля. Если это вообще была шутка.
* * *
Солнце медленно садилось, впиваясь кровавыми когтями в пламенеющее небо. Несмотря на сухую погоду и вечернюю прохладу, лоб Сьерры весь покрылся потом. От неподвижной позы ноги быстро затекали, и она вставала, чтобы пройтись. Когда завывания ветра становились похожими на голоса, она вздрагивала. И капли пота вновь и вновь выступали у нее на лбу.
От того, с какой силой Сьерра держала копье, ее пальцы начали болеть. А ногти, которыми она давила на деревянную рукоятку, едва не ломались от напряжения. И тут ей показалось, что она услышала шаги. Один из ногтей, видимо, все-таки сломался, потому что взглянув на копье, она заметила каплю крови. Вид крови заставил ее вспомнить о том, как давно ликантропы не устраивали ритуальных жертвоприношений Селене. Не удивительно, что богиня отвернулась от них и решила обречь их на верную смерть. И тут, будто чувствуя ее состояние, Заэль взял ее за руку. У мага были длинные, тонкие и очень мягкие пальцы – гораздо тоньше ее собственных. Сами руки были очень теплые, а кончики пальцев перепачканы пеплом. Заэль поднял руку Серры на уровень своих глаз, чтобы осмотреть крошечную ранку.
– Это правда, что ты не умеешь лечить? – спросила Сьерра.
– Так и будешь спрашивать меня одно и то же? – вопросом на вопрос ответил Заэль. – Я не очень понимаю, как работает моя магия.
Маг спокойно осматривал палец Сьерры, поворачивая ее руку то так, то эдак. И это было с одной стороны очень естественно, а с другой – странно. Приходилось признать: рядом с магом она все еще чувствовала себя не совсем уютно.
– Я не могу тебя вылечить, – продолжил Заэль. – По крайней мере, я сделаю это не лучше, чем ты сама. Ранка маленькая, надеюсь, ты не получишь заражения.
Сьерра нахмурилась и не зная, как справиться со своими эмоциями, с прежней силой надавила на рукоятку копья.
– Может, перестанешь причинять себе вред? – со спокойной иронией спросил Заэль.
Сьерра стиснула зубы. Разве это имело сейчас значение? И откуда взялась эта забота? Допустим, она обещала помочь ему с его матерью. Но неужели он все еще верил ее обещаниям? Сейчас, когда весь мир находился на грани гибели.
– Как ее зовут? – вдруг спросила Сьерра, обращая на Заэля свои полные вселенской грусти глаза.
– Кого?
– Твою маму.
– А-а-а, – глаза Заэля расширились от удивления, хотя на губах по-прежнему играла та легкая улыбка, за которой он привычно скрывал свое истинное состояние. – Ева.
– Я верю, что ты сможешь спасти ее.
Сьерра хотела что-то ответить, но она с таким трудом всегда подбирала слова, что так и не нашла подходящих.
Вдруг Калим зашипела, все тело ее напряглось: казалось она вот-вот обратится.
Тетива лука в ее руках натянулась. Сьерра сжала рукоятку копья. Варо положил руку на плечо Заэля.
– Надеюсь, ты готов.
Шаги приближались. Сколько их было? Судя по звукам, больше двадцати. А может быть, даже больше сотни.
Сьерра устроилась за верхним камнем и посмотрела на дорогу. Юноша, который шел впереди группы, выглядел не намного старше ее. Светлые волосы его были собраны в длинный хвост, а бородка была еще настолько жидкой, юношеской, что едва скрывала лицо. Парень шел уверенной быстрой
