движение.
«У меня есть идея получше», - предложила она.
«Ты говоришь так, словно задумала что-то нехорошее.»
Теперь и мои губы изогнулись.
«Как насчет того, чтобы мы оба прогуляли работу, и встретились на горячих источниках?»
Горячие источники. Было десять тысяч причин, по которым я должен был отказаться, и только одна причина, по которой я должен был пойти. И черт побери, если эта единственная причина не перевешивала все остальные.
«Кэм?», - спросила она, ее голос стал выше. Она нервничала, ожидая, что я скажу «нет.»
Наверное, потому что она знала, что я должен. Это была плохая идея.
«Уиллоу Брэдли, ты просишь меня прогулять с тобой?»
Джип покачивался взад-вперед на участке дороги, где лед собрался в небольшие глыбы.
«Может быть. Ладно, определенно. Давай. Никто другой никогда не пойдет со мной туда.»
«Это потому, что дорога покрыта снегом.»
Я посмотрел на лобовое стекло и увидел блестящее голубое небо. По крайней мере, погода была хорошей.
«Только снаружи. Вода горячая. Как ты помнишь.»
Пара часов с Уиллоу казались раем. Мы совсем не проводили время наедине друг с другом с тех пор, как... ну, черт возьми, что бы там ни случилось на кухне.
«Давай. Побудь плохим вместе со мной.»
«Быть плохим, да? Дай угадаю. На самом деле ты не плохо себя ведешь. Ты уже сделала все свои дела на сегодня.»
«Ладно, хорошо. Так и есть. По сути, я заставляю тебя быть плохим, чтобы я могла откровенно использовать тебя для развлечения.»
«Такая ситуация мне хорошо знакома. Встретимся там через двадцать минут.»
Это никак не могло закончиться хорошо. Но ведь ничего и не заканчивалось.
Глава шестнадцатая
Кэмден
Снег покрывал все участки земли на лугу между хребтами, за исключением горячих источников и протекавшего рядом с ними ручья, оживленного с началом весенней оттепели.
Контраст нетронутого снега с бирюзовым минеральным источником это то, чему я никогда не находил равных. Я объездил весь мир, видел и потрясающие, и жестокие места, но нигде на земле я не находил такой красоты, отсюда и татуировка на моей руке.
Открытие этих горячих источников для туристов принесло бы не один цент, но наши прадеды договорились оставить их только для частного пользования Дэниелсов и Брэдли. За исключением нескольких летних вечеринок, когда мы учились в школе, наше поколение соблюдало это соглашение. И даже наслаждалось им.
Я припарковал джип рядом со старой баней и вышел из машины, прихватив с собой рюкзак. Снег едва заметно поскрипывал под моими ботинками, пока я пробирался к тому месту, где баня возвышалась над северной стороной источника.
Строение было крепким, насколько это возможно для руин 1880-х годов, оставленных временем. Отец укрепил ее летом, когда Ксандер сломал запястье после того, как мы соорудили под ней шинные качели, и опоры все еще выглядели хорошо.
Шинные качели не пережили приключений Ксандера.
С запада на хребет въехала машина Уиллоу, и мой желудок напрягся в предвкушении. Месяц. Я был дома целый месяц, и за это время успел пройти путь от клятвы никогда не видеть ее, не прикасаться к ней, до... я даже не знаю. Она была Уиллоу, и хотя я знал, что это дерьмовая идея, я не мог остановить себя. Никогда не мог, когда дело касалось ее.
Она была исключением из правил.
«Привет!»
Она улыбнулась, закрывая дверь своей машины и перекидывая сумку через плечо.
«Красивое колесо.»
Я указал на ее переднее левое.
«Тебе нравится?»
Она позировала, изображая фотомодель.
«Оно совершенно новое и выглядит точно так же, как три других, уже установленных. Но подожди, это еще не все! К нему прилагаются четыре новые шины, так как его друг сзади справа тоже был спущен, когда объезжал оленя. И все это за цену, равную стоимости обучения ребенка Кита Мейберри в колледже!»
Она закончила свое выступление с задорной ухмылкой, и я рассмеялся.
Я никогда не знал, как ей это удается, но она могла менять мое настроение одним движением губ. Губы, вкус и текстуру которых я знал. Губы, из-за которых в последнее время мне снилось слишком много снов. А все потому, что при ее приближении я сдерживал себя, как подросток.
Или, может быть, это потому, что я хотел ее с тех пор, как был подростком.
«Давай зайдем. Здесь холодно.»
Она кивнула, и мы спустились вниз по выложенной камнями дорожке, пока не добрались до тяжелых плоских камней, граничащих с северной и западной частями источника. Мы бросили сумки, и я занялся тем, что достал свои полотенца и разделся, в основном для того, чтобы не смотреть, как раздевается Уиллоу.
Я положил одно полотенце, чтобы наступить на него, и сложил другое, чтобы потом вылезти и вытереться, а затем начал сбрасывать одежду, пока на мне не остались только черные плавки, которые я надел под брюки.
«Увидимся там!», - крикнул я и прыгнул, стараясь не удариться о воду, ведь мне уже было далеко не пятнадцать.
Вода обдала меня жаром, и я замер, не достиг дна, прежде чем выплыл обратно. Я вынырнул на поверхность, и капли воды на моем лице тут же замерзли.
«Как дела?», - спросила Уиллоу с края.
Я обернулся и чуть не проглотил язык.
Она стояла на краю, собрав свои длинные каштановые волосы в узел на макушке. Слова. У меня не было слов.
Невероятная? Пожалуй.
Красивая? Определенно.
Чертовски сексуальная? Да, с этим я бы тоже согласился.
Ее купальник состоял из двух частей и был прямо из фантазий в стиле сороковых годов: темно-синий низ, золотые пуговицы на животе и топ в красно-белую полоску, который обхватывал ее шею и завязывался между грудей бантом, который я собирался расстегнуть зубами.
Боже. Благослови. Америку.
