Руководительница приносит воды, кажется, предлагает успокоительного, от чего госпожа отказывается, зато Свелле приходится оправдываться, говорить о том, что это была шутка и никто ничего плохого не хотел, госпожа Кларна журит её, мягко, но настойчиво — что она-то должна понимать, каково для девушки, пережившей одно нападение, даже в шутку попасть под другое, и Свелла понимает… Странно всё это.
Под конец Тали идёт умыться и привести себя в порядок, все продолжают обсуждать случившееся и говорить о том, как хрупка человеческая психика. Не перестаю поражаться. Хотя чему тут поражаться, рабов никто и нигде за людей не считает, разве не привык ещё? Какая у нас, к чёрту, психика.
Занятие заканчивается, Свелла подходит к нам, ожидая Тали, смотрит недовольно на телохранительницу:
— Анита, это что за разговоры?
— Простите, госпожа… — бормочет та, опустив голову. — Этого больше не повторится…
— Ты понимаешь, что я вынуждена тебя наказать?
Анита кивает. Кажется, я начал отвыкать от такого. Отворачиваюсь, слышу, как Анита стонет — видимо, лёгкий режим, не упала, только за голову схватилась. Появляется Тали, глядит с недоумением:
— Что случилось?
— Наши рабы разговаривали во время занятия, — сообщает Свелла.
— Не заметила.
— Ты своего тоже должна наказать, чтобы неповадно было.
— Я даже не видела, что он разговаривает. И вообще предпочитаю эти вопросы дома решать.
— Как хочешь, — пожимает Свелла плечами. — Смотри, избалуешь.
— Да уж! — хмурится Тали. — После вашего праздника он у меня такой избалованный… дальше некуда.
— Подумаешь, развлеклись мальчики, пар сбросили.
— А я не хочу, чтобы они с моим рабом развлекались! Со своими пускай развлекаются! — говорит Тали почти угрожающе.
— Извини, извини, — соглашается Свелла — неискренне совершенно. — Идём, там Селий ждать должен… — смотрит на меня, интересуется мерзким тоном:
— Ты чем-то недоволен, раб?
— Доволен, — говорю, невзирая на предостерегающий взгляд хозяйки. Видимо, снова у меня всё на лице написано. Просто мечтаю встретиться с твоим братом и его дружком.
— Он у тебя всегда такой наглый? — спрашивает у Тали.
— Антер, — взгляд Тали становится гораздо строже. — Оставь эмоции при себе.
— Простите, госпожа, — говорю как можно более покорно. Оборачивается к Свелле:
— Всё нормально, это после вашего праздника, наверное. Он больше не будет. Я, знаешь, тоже к "мальчикам" любовью не пылаю, после того, что они устроили…
— Ты — это ты, женщина и аристократка, а мнением раба никто не интересуется! — отрезает Свелла. — Пойдём. Не понимаю, как ты можешь ему всё это с рук спускать.
— Не бойся, не спущу, — сердито смотрит, обещая глазами, что дома меня будет ждать множество приятных минут. Вся моя "наглость" исчезает бесследно, снова разозлил её, снова не знаю, чего ожидать, надолго ли её терпения хватит? Всё-таки раб из меня совершенно невыносимый, если вдуматься. Чего она со мной возится?
Опускаю голову, бреду следом.
Анита расправляет плечи, преображается — сразу становится похожей на телохранительницу при исполнении. Теперь хоть приставать с разговорами не будет. Тоже хочется занять похожую позицию за спиной госпожи, она же сама предлагала. Только нет у меня статуса, да и злится она на меня, и вообще… кто я такой.
Тамалия
Ох, чую, не сложится у меня дружба со Свеллой…
— Свелла, — зову. — Вот скажи, ты правда считаешь, что у раба не может быть своих эмоций?
— Почему же? Могут. Просто я считаю, что это его личные проблемы и нас они не волнуют. На то они и рабы.
— Да?! А почему же тебя тогда волнует, доволен ли мой раб? Почему Селия волнует?
Селий, лёгок на помине, ещё и дружка своего прихватил, подходят, посматривают с недоумением.
— Что это вы? — интересуется Халир.
— Ямалита до сих пор успокоиться не может, — сообщает Свелла.
— Не могу! — соглашаюсь. — У вас вон сколько рабов, полный дом, даже музыканты, так играли, кстати, классно! Почему вас волнует мой несчастный единственный раб, как он одет, как посмотрел, как я его использую, когда наказываю?! Отобрать у меня пульт, избить его, испачкать, испортить всю одежду? Или это вы меня так не любите? Ну так скажите — навязываться не стану!
— Ямалита, успокойся, — говорит Свелла. — Никто ничего плохого не хотел, ты просто непривычная, а мы забываем. Тебя все очень любят, правда. Селий вообще все уши прожужжал, как только твою фотку увидел, дождаться не мог, когда познакомитесь.
Селий покраснел слегка, Халир поглядывает то на него, то на меня.
— Слушай… — говорю смущённо, — ты извини, всю ночь кошмары снились, я просто сама не своя… Вчера не спала, сегодня под утро только заснула — проспала вон…
— Понимаю, им-то не понять, но я знаю, что ты пережила. Пожалуйста, не расстраивайся, я не хочу…
Знаю, чего ты не хочешь, вздыхаю:
— Прости, мне правда неприятно, совсем не хотела, чтобы кто-то подумал, будто ты плохая хозяйка, мне всё очень понравилось! Просто не выношу, когда ко мне прикасаются без разрешения, когда делают что-то против воли — даже если всего лишь пульт отбирают.
— Идём, где-нибудь посидим, поговорим, — предлагает. — Тут на крыше неплохая кафешка, не против?
Киваю. Надеюсь, братец твой с дружком подождут?
Да уж, не надейся, с нами прутся. Подходим к лифту, реабилитационный центр занимает несколько нижних этажей достаточно высокого здания. Лифт небольшой, Селий кидает взгляд на Антера, будто хочет сообщить, что рабам можно и пешком по лесенке подняться, но Свелла столь сердито на него смотрит, что бедняга закашливается. Молодец, подружка, так держать.
Антер входит последним, становится рядом со мной, ох, если бы всех остальных не было…
Крыша скрыта от ветра прозрачным, почти незаметным энергетическим куполом, позволяющим оглядеть окрестности. Видны стены с пропускными пунктами, сверху по всему периметру наружной, на небольших расстояниях друг от друга, утоплены стволы каких-то нешуточных орудий. С другой стороны — море. И почему я микробинокль не надела? Боялась смыть ручьями слёз…
Боже, выгляжу сейчас, наверное, просто ужасно. Не смотри на меня, милый… И не слушай лучше.
Подходим к одному из столов, сажусь напротив Свеллы, Анита становится за ней, внимательно оглядывая немногочисленных посетителей, Антер — за мной. Впрочем, выбор невелик, как обычно: или сзади, или у ног.
— С тобой рядом сесть можно? — интересуется Халир. — Не покусаешь?
— Разве что слегка, — хмыкаю. Подсаживается, Селий следом за ним тоже рядом пристраивается. Свелла поглядывает на нас с противоположной стороны не слишком довольно.
