— Постойте, — вылез второй крыс, — этот человек клялся Создателем, что он не охотник. Он солгал именем господа нашего, остановите поединок.
— Да.
— Правильно.
— Мы слышали.
Надрывайтесь. Кричите. Тоже мне группа поддержки из жополизов морды. Наверняка ведь получили от него ценные указания, по поводу моей скромной персоны. Иначе так бы себя не вели.
— Он не солгал, — остановил гвалт Кар. — Действительно, Гил Добряк не охотник и никогда им не был. Он наш собрат рейнджер.
— Рейнджер? — глаза второго крыса полезли на лоб.
— Рейнджер, детка, рейнджер, — заявил ухмыляющийся Гил. — Ты уже подумал над условием поединка?
— Но…, пытался проблеять появившийся посол Нарины Лэнс граф эл Кона, он же морда.
— Рекомендации по поводу поединка, данные королем Орхетом Вторым гильдии охотников, — с плохо скрываемым злорадством вещал Кар, — никоим образом не касаются рейнджеров. В принципе и охотники, если их доведут, могут спокойно на них наплевать. Это рекомендации и неписаные правила поведения, не имеющие форму закона. А закон превыше всего, как мы только что с Вами убедились.
— Ну, — встрял Берг, — долго еще ждать? В круг, господа.
Берг зол. Сильно зол.
Дойл и Гил зашли в круг. Секунданты встали по краям. Второй крыс оказался одним из секундантов Рина сэром Акаром эл Рани. Круг засветился.
— Бой.
Гил, издевательски ухмыляясь, направился к замершему Рину.
— Парень, ты не бойся, — заявил он, играя мечом и кинжалом. — Я тебя не больно убью. Расслабься.
Дойл следовать совету категорически отказался. Наоборот. Пригнувшись и закрывшись щитом, отведя назад риттершверт, он поджидал Гила, на что-то надеясь.
— Достали они тебя, Влад, — спросила, протиснувшаяся ко мне сквозь толпу Ната.
— Не то слово. Надеюсь, теперь отстанут.
Деревня. Все, все знают. Тем временем в круге события начали развиваться более активно. Гил нанес удар, целясь в шлем Рина. Дзанг. Тот ловко прикрылся щитом и в ответ попытался насадить рейнджера на меч. Гил отводит кинжалом меч противника в сторону. Подшаг вперед и удар ногой в центр щита Рина. Крыс, получив собственным щитом по зубам, вернее, по тому месту, где за забралом они находятся, зашатался. Взмах Гила и рука Дойла, сжимающая меч, прорублена в налокотнике.
— Опять по суставам работает.
Как умеет, так и работает. Мне бы так научится. Не мешай смотреть.
— На что?
Действительно смотреть уже не на что. Лишившись, повисшей плетью, руки, очень быстро Дойл обзавелся симпатичным украшением в виде лезвия меча, торчащего из забрала.
— Позер, — фыркнула Ната. — Не мог его убить без выкрутасов.
— Значит, для кого-то старается. Не подскажешь для кого?
— Знать не знаю, — отвернулась она.
Так, значит, не знаешь. Ню-ню. Гил парень видный, опять же — не охотник, конечно, она не знает. Всем парень хорош, если бы не привычка отсекать знакомым девушкам головы. Ну, это я шучу.
— Сладкий, ты уже подумал над условиями поединка? — спросил Гил, вытирая свой меч платком, у Акара.
— Прекратите это немедленно, — завопил посол, обращаясь к Бергу. — Это самое настоящее убийство.
— Формальности все соблюдены, — ответил тот. — Ваши свитские сами начали ссору и теперь за это расплачиваются.
— Я буду жаловаться королю Орхету Пятому!
— Ваше право, — пожал закованными в железо плечами Берг. — Я не имею оснований для вмешательства.
— Ваши люди, граф, — вмешался Кар, — дурно воспитаны. Это будет им и Вам хорошим уроком. Не стоит дразнить дракона в его логове.
Боже, вот что значит аристократ в надцатом поколении. Одной интонацией выразить презрение, угрозу, насмешку и удовлетворение от происходящего. Да.
— Я выбираю сталь и кровь, — прорезался, наконец, голос Акара.
— Вот, давно бы так, — удовлетворенно заметил Гил. — В штанах что-то есть. А что касается происходящего, граф, — обратился он к послу, — не стоило вашим людям пытаться задеть Влада. В этом городе я больше всех обязан ему. Обязан не только жизнью, но и спасением души. Да, он пока не воин, он не владеет сталью и магией. Пока. Но в душе он боец. Влад не побоялся вступить в схватку со шкерами из черного каравана, возглавляемым слугой Падшего. Он освободил меня с напарницей и нашего заказчика. Дал шанс, не прошел мимо нас, как сделали бы на его месте более умелые и знающие. И если мне нужно убить всех Ваших людей, чтобы его оставили в покое, я с радостью это сделаю. Вам всем все ясно? — с яростью крикнул он. — В круг.
Одобрительный гул голосов вокруг. Шепот, смешки и угрозы. Простой мир и простые законы. Есть друг и есть его враги. Значит, врагов нужно убить. Все просто и ясно. Никаких соплей и слез. Никакого сожаления о сделанном. Тот же Дойл, он ведь мог быть отличным человеком, верным другом, хорошим отцом и мужем. Что я о нем знаю? Ничего. Однако он сделал ошибку. Решил унизить и оскорбить меня. Для моих друзей и знакомых этого достаточно, чтобы убить его. Все. Ничего больше не нужно. Встречай Создателя и объясняй ему свою ошибку. Боже, как мне нравится это мир.
— Бой.
Недолгий лязг стали и последовавший за ним дикий крик. Гил взял свою кровь. Уклонившись от удара Акара, он, по своей привычке, прорубил ему ногу в колене.
— Что теперь с ним будет? — спросил я у Наты.
— Ничего особенного, — пожала плечиками она. — Лекарь остановит кровь и зафиксирует ногу. Если вовремя обратятся к хорошему магу Жизни, то через месяц будет опять ходить. Колено, все-таки.
— А как же было с Матвеем? Он сразу стал действовать рукой.
— С Матвеем было по-другому, Влад, — она укоризненно посмотрела на меня. — Я магиня Жизни и лучшая в этом городе. Но Белгор особенный город. Неужели ты думаешь, что маги Жизни часто встречаются? Хорошо, если один на полсотни магов других школ. Редко, кто имеет такой талант. Любой город будет счастлив, если в нем находится, хотя бы один маг Жизни. В Белгоре их пятеро, прибавь постоянную практику и ты получишь ответ, почему Матвей выжил и смог сразу действовать рукой, попав под удар копья тьмы. Страшного заклинания заставляющую плоть со временем разлагаться и отваливаться кусками. Хотя, если быть честной, он здорово заблокировал удар и если бы не надо было спасать чью-то глупую голову, то мне не пришлось бы напрягаться.
Привстав на цыпочки Ната усердно начала трепать мне волосы.
— Все понял. Осознал. Больше не повторится, — шутливо стал отбиваться я. — Не буду. Ты самая чудесная, умная и красивая магиня в мире.
— Ну вот, наконец-то оценил меня, — притворно вздохнув, сказала Ната.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
