– Значит, этот человек повинен в целой серии преступлений?
– Да, мы так считаем. Он очень умен и опасен.
– И к тому же лишен совести, – добавил декан, кивнув на письмо, которое Чарли держал в руках. – Обвинять в распутстве ни в чем не виновных женщин, посвятивших всю свою жизнь заботе о сиротах, – это настоящая подлость.
– Мы получили уникальную возможность поймать этого подлеца, – сказал Чарли. – Надеюсь, сэр, вы поможете нам.
– Я сделаю все, что в моих силах, – пообещал декан.
– Превосходно. – Чарли с улыбкой взглянул на жену. – Думаю, что преступник внимательно наблюдает за Квилли-Фармом, ожидая реакции на свое письмо. Если мы втроем навестим сегодня приют, злоумышленник решит, что наш визит связан с теми обвинениями, которые содержались в анонимке. – Чарли перевел взгляд на декана Ферриса. – Нам надо ввести его в заблуждение. Если он убедится, что мы клюнули на его удочку и подозреваем персонал приюта в растлении сирот, то он, воспрянув духом, снова предпримет попытку купить Квилли-Фарм. Таким образом, нам необходимо заманить его в ловушку.
– Давно я не участвовал в подобных играх, – с улыбкой заметил декан, ставя чашку на столик.
Приехав в приют, Чарли и Сара посвятили персонал в свои планы. Им предстояло разыграть целый спектакль, чтобы ввести в заблуждение преступника, который наверняка наблюдал за Квилли-Фармом. Проведя с воспитанниками несколько часов, декан, Чарли и Сара снова сели в карету с епископским гербом и вернулись в Моруэллан-Парк.
Чтобы проводить их, на крыльцо приюта вышла женская часть персонала. Кейти Картер выглядела испуганной. Стоя у двери, она сжимала руки под фартуком. Куинс понуро опустила голову. Лицо Джинни горело как будто бы от стыда, хотя на самом деле она была возмущена до глубины души клеветой, содержавшейся в анонимке. Лили выглядела удрученной. Ей не составляло никакого труда изображать подобные чувства, поскольку чтение письма таинственного недоброжелателя привело ее в мрачное настроение. Перед отъездом декан Феррис, придав своему лицу осуждающее выражение, обратился к персоналу с короткой речью. Со стороны казалось, что он распекает и увещевает женщин, наставляя их на путь истинный. Но на самом деле декан поблагодарил их за беззаветную преданность своему благородному делу.
Когда карета тронулась, Чарли тайком из окна окинул внимательным взором окрестности, надеясь заметить что-нибудь подозрительное. Но злоумышленник наверняка наблюдал за всем происходящим издалека, вооружившись подзорной трубой. Увидеть его с такого расстояния было невозможно.
Прибыв в Моруэллан-Парк как раз к чаю, супруги узнали, что к ним приехали гости из Касли – Габриэль, Алатея и Барнаби. Габриэль и его супруга были знакомы с деканом Феррисом. Хозяева поместья и гости устроились в большой гостиной, и Чарли познакомил собравшихся с последними событиями.
– Когда ты охотишься за преступником, надо убедить себя в том, что ты просто развлекаешься, – сказала Алатея, беря из рук Сары чашку чаю. – Это поможет справиться со страхом.
Декан с улыбкой похвалил ее за мудрый совет. Хорошо знавшие Алатею Габриэль и Чарли переглянулись.
Барнаби сообщил, что вчера утром ездил в Тонтон, где встречался со всеми тремя поверенными. Вопреки его опасениям они с готовностью ответили на все вопросы. Из Тонтона Барнаби отправился в Касли, чтобы заручиться поддержкой Габриэля и Алатеи.
– Я был поражен тем, что все трое согласились поговорить со мной, – признался Барнаби.
– А что им еще оставалось делать? – промолвила Алатея, беря пирожное с большого блюда. – Их клиентами являются местные жители, и если эти поверенные восстановят против себя Кинстеров и Моруэлланов, им несдобровать, их практике в наших краях придет конец. Я всегда самым бессовестным образом пользовалась титулом своего брата. – Алатея усмехнувшись, взглянула на Чарли: – Ты мне помогал, даже когда тебя не было рядом.
Габриэль и Чарли снова переглянулись.
– Поверенные, как и предсказывал Чарли, – продолжал Барнаби, – заявили, что действовали по поручению компаний, занимающихся сделками, с недвижимостью. Причем все они находятся в Лондоне.
– Я видел их адреса, – вступил в разговор Габриэль, – они выглядят подозрительно. Это скорее всего, фиктивные компании.
Чарли тяжело вздохнул:
– Значит, ниточка снова оборвалась.
Барнаби самодовольно улыбнулся:
– Не спешите с выводами. Хотите верьте, хотите, нет, но преступник, оказывается, пользуется услугами агента. И этот агент – реальный человек из плоти и крови. Вот его описание. Это-мужчина среднего роста, с каштановыми, редеющими на затылке волосами, круглым лицом, правильными чертами лица, невзрачный, незаметный. Он опрятно одет, носит деловые костюмы, как все его коллеги, ему за тридцать, он деликатен и предупредителен, но не принадлежит к дворянскому сословию. – Барнаби сделал паузу, наслаждаясь своим! маленьким триумфом. – Все трое поверенных одинаково описывают его. Этот человек представляется уполномоченным агентом компании по продаже земли. Обратившись к поверенному, этот агент обсуждает с ним детали сделки, и если поверенный соглашается вести переговоры, платит ему предварительный гонорар. Когда переговоры заканчивались ничем, поверенные возвращались в Тонтон, намереваясь связаться с компанией по указанному в документах адресу и сообщить о сорвавшейся сделке. Однако каждый раз в Тонтоне их уже встречал тот же самый агент, и они передавали ему известие о неудаче.
– Интересная деталь, – сказал Габриэль, которого Барнаби уже ввел в курс дела. – Ни один из троих поверенных не ожидал, что после сообщения о неудачных переговорах получит вторую часть гонорара. Однако агент сполна рассчитывался с ними. Это говорит о том, что мы имеем дело не с обычным мошенником. Он не стремится урвать все, что можно, а упорно идет к своей цели, соблюдая по возможности законы.
Чарли кивнул.
– Да, нам будет сложно поймать его, – задумчиво промолвил он. – У нас, по существу, нет ни одной настоящей зацепки, чтобы выйти на его след.
– Зато у нас есть приманка, – возразил Барнаби. – Это Квилли-Фарм. Преступник будет изо всех сил стараться завладеть этим участком земли.
Чарли, Сара и Барнаби проводили Габриэля и Алатею до экипажа и помахали им вслед. Затем Барнаби, извинившись перед хозяевами усадьбы, заявил, что очень устал после двухдневных разъездов по округе верхом и хочет отдохнуть. Лакей проводил, его в отведенные ему покои, а супруги вернулись в большую гостиную, где их ждал декан Феррис.
– К сожалению, мне пора, – сказал посланник епископа, – я должен продолжить свою инспекционную поездку.
