– Осторожно, моя дорогая, – сказала леди Коннем, помогая дочери приподняться и сесть на диване. – Вот так, хорошо.
Взглянув на стоявшую у двери старую гувернантку, она распорядилась принести Саре куриного бульона. Оглядевшись вокруг, Сара поняла, что находится в одной из задних комнат в доме родителей. Она сидела вместе с матерью на стоявшем у окна диване. Неподалеку от них стояли ее сестры: Клэри и Глория, и во все глаза смотрели на Сару. Судя но всему, их распирало от любопытства и они готовы были засыпать Сару вопросами, но сдерживали себя, опасаясь нагоняя от матери.
– В меня действительно пустили стрелу? – спросила Сара.
Леди Коннингем кивнула:
– Да, из арбалета. Твой отец утверждает, что с таким оружием в это время года никто не выезжает на охоту.
Сара неловко повернулась и вскрикнула от боли.
– Осторожнее, дитя мое. Нам повезло, доктор Калибурн как раз приехал по делу к твоему отцу и находился в усадьбе в вот момент, когда тебя, бесчувственную, принесла лошадь. Он обработал рану и сказал, чтобы мы не волновались. Стрела прошла по касательной… Это просто глубокая царапина. – Леди Коннингем похлопала дочь по руке. – А еще доктор сказал, что ты родилась в рубашке.
Голос матери дрогнул, и Сара, улыбнувшись, сжала ее руку.
– Я действительно хорошо себя чувствую, не переживай. Все обошлось.
Сейчас Сару беспокоила не ноющая боль в спине, а мысли о муже. Взглянув в окно, она увидела, что уже смеркается.
– Который теперь час?
– Начало пятого. Мы послали твоего конюха в Моруэллан-Парк. Он расскажет Чарли обо всем, что случилось. – Леди Коннингем показала на лежавшие рядом с ней на диване жакет и разорванную блузку в пятнах крови.
В этот момент вошла Твиттерс с куриным бульоном для Сары.
– Вам надо подкрепиться, – сказала гувернантка, ставя поднос с тарелкой на маленький столик. – Скоро приедет граф. Надеюсь, вы не хотите на его глазах снова лишиться чувств.
Сару всегда удивляло, что Твиттерс безошибочно находила самые веские аргументы для своих подопечных, заставляя их выполнять ее распоряжения. Послушно взяв ложку, она стала есть.
Сара никогда прежде не падала в обморок. Ей не хотелось представать перед Чарли слабой и больной.
Не успела она доесть бульон, как во дворе раздался стук копыт. Взглянув в окно, Сара увидела Чарли. Спрыгнув на землю, он стремительно зашагал к крыльцу.
Мать с тревогой взглянула на Сару:
– Ты в состоянии встать?
Сара осторожно поднялась на ноги. Твиттерс поспешно убрала посуду со столика. Кроме ноющей боли в спине, Сари не испытывала никаких недомоганий. Голова перестала кружиться. Куриный бульон пошел ей на пользу.
– Я прекрасно себя чувствую, – заявила она.
Ей хотелось поскорее вернуться домой в Моруэллан-Парк. Ее несколько нервировали суета и хлопоты матери, старания Твиттерс угодить ей, назойливое любопытство младших сестер. Сегодня она поняла, что Конникгем-Мэнор больше не является ее домом.
Дверь рывком распахнулась, едва не задев Клэри, которая с испуганным криком отпрянула от нее, и в комнату ворвался Чарли. Замерев на мгновение, он окинул Сару с ног до головы горящим взглядом, и на его лице отразилось выражение облегчения.
– Как вы себя чувствуете? – заботливо спросил он. Сара была потрясена тем, что Чарли, вопреки своему обыкновению, не скрывал эмоций и его не смущало присутствие о родственников.
– Прекрасно, если не считать незначительной боли в спине. Но доктор сказал, что у меня не рана, а всего лишь глубокая царапина.
Чарли что-то пробормотал себе под нос и быстрым широким шагом пересек комнату. Подойдя к жене, он осторожно обнял ее, стараясь не дотрагиваться до раны.
– Хиллз сказал, что стрела вонзилась вам под лопатку, – прошептал он прижавшись губами к ее волосам.
Сара, замер в объятиях мужа, наслаждалась исходившим от него теплом и ощущением силы.
Пауза затягивалась, и родственники Сары начали сдержанно покашливать. Чарли поднял голову, возвращаясь к действительности, но не выпустил жену из объятий. Он больше не хотел скрывать своих чувств.
– Может быть, перейдем в гостиную? – предложила леди Коннингем.
Чарли ничего не ответил, и Сара дернула его за рукав. Взглянув на нее сверху вниз, он нежно улыбнулся.
– Вообще-то я хотел, чтобы мы сразу же отправились в путь и добрались домой до темноты, – промолвил он.
– Но ведь Сара еще слаба… – попыталась возразить леди Коннингем.
– Мы воспользуемся каретой вашего мужа, – бесцеремонно перебил ее Чарли.
Сара поморщилась.
– Я уверена, что мне было бы удобнее ехать верхом. В карте сильно трясет, а моя Мулатка идет плавным, размеренным шагом. До Моруэллан-Парка мы будем добираться по бездорожным полями, в седле легче преодолеть такой путь.
Чарли нахмурился, а леди Коннингем открыла было рот, Чтобы что-то возразить, но передумала.
– Ну хорошо, – наконец сказал Чарли. – Если вы уверены в том, что вам будет удобнее ехать верхом, так тому и быть. Но если мы хотим добраться до дома до темноты, нам нужно немедленно отправляться в путь.
Он улыбнулся леди Коннингем, стараясь своим неотразимым обаянием сгладить неловкость ситуации, и заверил ее в том, что ее птенец находится в надежных руках.
Услышав эти слова, Сара едва сдержала усмешку. Ее матери не нужны были никакие заверения, она сама видела, как преданно и самозабвенно Чарли любит ее дочь.
Через некоторое время Сара пустила Мулатку легким галопом. Чарли на своем Шторме скакал рядом. Когда усадьба родителей Сары исчезла из виду, Чарли велел жене остановиться она беспрекословно подчинилась, хотя не понимала, в чем дело.
– Крепче прижмитесь ко мне, – сказал Чарли.
Сара прижалась к его груди здоровым боком, стараясь не задеть свою рану. Чарли взял поводья Мулатки и привязал их к луке своего седла. Обняв одной рукой жену, другой он перехватил поводья Шторма.
Покоясь в объятиях мужа, Сара не чувствовала ни толчков, ни тряски. Вскоре она совсем расслабилась, положив, голову нa плечо Чарли.
Черты лица Чарли разгладились, его напряжение спало. В душе у него было удивительно хорошо.
– Я так и не знаю, что с вами произошло, – промолвил он, поцеловав Сару в голову.
Сара не сразу ответила.
– Честно говоря, я сама не знаю, – наконец задумчиво промолвила она. – Я скакала впереди, а Хиллз следовал за мной. Мы миновали речушку, которая протекает неподалеку отсюда… Мулатка перескочила через нее с ходу, и я наклонилась, чтобы потрепать лошадь по шее. И вот тут в мою спину вонзилась стрела.
– Хиллз сказал, что никого не видел поблизости… Впрочем, у него не было времени озираться по сторонам, он помчался за вами, поняв, что что-то случилось.
