В итоге я израсходовал энергию двух камней маны из трёх.
Участник мог взять с собой на арену лишь три камня маны.
Возможно, ограничение требовалось, чтобы маги не могли бесконечно сидеть в обороне, либо чтобы более богатый не выигрывал только за счёт большего запаса энергии.
Так или иначе, у Виктора уже должна была закончиться мана, потому что мои заклинания наносили сильный ущерб его каменному «дому», и ему приходилось постоянно восстанавливать его целостность.
Но мана не заканчивалась.
Это ещё раз убеждало меня, что он представитель как минимум богатого рода.
Виктор мог продолжать держаться, только если у него все камни маны были крупные, с максимальной плотностью маны и синергирующие со стихией земли.
У меня камни были на уровень ниже, и действительно был шанс, что я останусь без энергии. Тем не менее если это его план победы, то я разочарован.
В какой‑то момент мне надоело происходящее и, пользуясь тем, что меня никто не атакует, я начал подготовку более сильного заклинания, стоящего на границе между третьим и четвёртым кругом.
В итоге спустя десять секунд, в основном потраченных мной на имитацию того, как мне тяжело даётся создание сложного заклинания, я был готов.
В этот раз использовал стихию земли.
Спокойно опустившись на одно колено, приложил к «полу» арены руки и активировал заклинание.
Закутанного в каменное одеяло Виктора подбросило в воздух, после чего десятки каменных копий ударила в тот ком, что он из себя представлял. Тем самым создавая критический уровень разрушения его «дома».
На наконечнике каждого копья была частичка неструктурированной маны. Врезаясь в каменный «дом» Виктора, эта мана заполняла ту прореху, что создавало копьё.
Навыков моего противника хватало, чтобы заливать энергией повреждения брони и восстанавливать её, а вот чтобы вытеснить чужую энергию – уже нет.
Итогом моей атаки было падающее с высоты двух метров тело Виктора, окружённое уже не подчиняющимся ему каменным крошевом.
Не став ждать, пока он упадёт, используя воздушный кулак, уменьшенный до десяти сантиметров, атаковал его.
Виктор никак на это не реагировал и для окончательного завершения поединка я продолжал использовать плетение воздушного кулака.
Каменные обломки хоть и смягчали мои атаки, но даже так этого хватило, чтобы противник в итоге отлетел в сторону и был не в состоянии подняться.
Крики толпы, звучащие на всём протяжении нашей дуэли, смолкли, и когда через десять секунд Виктор не поднялся, прозвучал сигнал, оповещающий о завершении поединка.
Ещё не прошло стандартных тридцати секунд, как на арену сразу выбежали маги, отвечающие за лечение бойцов.
Быстро положив Виктора на носилки, которые несли обычные люди, они споро удалились.
Проходя ворота, ведущие с арены в зал для подготовки участников, я думал о финале поединка.
Просто так организаторы Княжества не стали бы нарушать традиции и портить, хоть и на чуть‑чуть, шоу.
А ведь те тридцать секунд важны для зрителей, в этот момент они должны наблюдать за уходящим с арены гладиатором и смотреть на тело проигравшего.
Впитывать эмоции.
Да, это не самый показательный момент, но интуиция мне подсказывает, что я мыслю в правильном направлении.
А ради кого Княжество стало бы так поступать?
Значит, Виктор всё же не просто из богатого рода, а именно из влиятельного.
Странно, зачем тогда ему потребовался Игрок и почему их не хотели пропускать внутрь?
Надо будет расспросить их.
Хотя пусть сначала Игрок всё расскажет.
А если посмотреть на бой в целом, он меня не разочаровал, хоть окончание и поубавило мой позитив, но начало было зрелищным.
Скорее всего, зрители меня запомнят, а ведь это и была моя главная цель.
Переодевшись в свою одежду, с ностальгией посмотрел на снятую броню и пошёл в сторону выхода из зала.
За дверью меня встретила девушка, та же самая, что провожало меня сюда.
У неё решил поинтересоваться состоянием Виктора.
В ответ на это она уверенным голосом произнесла:
– Не стоит беспокоиться, с вашим противником всё будет в порядке. Думаю, через полчаса он уже сможет к вам присоединиться, – она сделала небольшую паузу и закончила ответ: – Конечно, если он этого захочет.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Что ж, логично. После поражения он может и разозлиться на меня.
Я его не очень хорошо знаю, от этого такая возможность действительно существует, но тогда его решение будет говорить о нём, как о неразумном и слишком эмоциональном человеке.
После моего кивка девушка жестом указала следовать за ней, и мы направились к ожидающим меня телохранителям и Игроку.
Зайдя в выделенную нам ложу, обратил внимание на лицо Игрока – оно излучало печаль.
Не понимая причины возникновения его эмоций, разместился на кресле и, обращаясь к нему, спросил:
– Ты решил поставить против меня и проиграл?
В ответ на это он лишь посмотрел на меня и по этому взгляду я понял, что он не знает, можно ли ему озвучивать всё в присутствии моих телохранителей.
– Говори свободно, я им доверяю.
Как минимум ближайшие полтора года они меня не смогут предать.
– Да не ставил я против тебя, всё дело в Викторе. Не могу оценить его реакцию после проигрыша, а я хотел построить с ним долгосрочное сотрудничество.
– Кстати, расскажи мне, кто такой Виктор, только возьми в расчёт то, что я тебе говорил раньше о своих знаниях и сложностях с памятью.
Чтобы понять, что он ошарашен, не удивлён, а именно ошарашен, нужно было всего лишь посмотреть на его лицо, которое снова магическим образом преобразилось.
Брови подняты максимально вверх, глаза округлились, рот немного приоткрыт.
Эк его впечатлило.
Хоть я и сидел в нескольких метрах от него, но всё равно помахал рукой, дабы вывести его из ступора.
Помогло.
– Вот оно как.
После такого «ёмкого» ответа, он всё же собрался с мыслями и выдал краткую справку.
Оказалось, Виктор действительно из влиятельного рода, а именно из рода Торп.
Данный род занимает пятое место по влиянию в стране.
Как и у любого рода, входящего в первую десятку, основной источник финансов – это подземелья, но помимо подземелий, роду Торп принадлежат почти все крупные склады страны, а также фирмы, отвечающие за логистику.
Хоть сам Виктор в академии ведёт себя культурно и старается не выделяться, его всё равно все знают.
Из‑за фамилии и из‑за того, что он в своём возрасте уже является магом третьего круга.
Пошёл же он с Игроком, так как сам по себе в обычной жизни довольно скромный и робкий человек.
При этом из‑за его характера, о нём мало кому известно за пределами академии. От этого и персонал Княжества не стал их спокойно пропускать, а представляться он почему‑то не хотел.
Что касается участия в боях, тут всё оказалось банально. Виктор Торп был первый раз в подобном месте и, посмотрев мои бои, загорелся энтузиазмом самому принять в них участие.
Чтобы осуществить своё желание, ему оставалось только вызвать работницу Княжества и назвать свою фамилию.
Хоть и робкий, но довольно импульсивный парень.
Но в целом, если не затаит обиду, он будет неплохим кандидатом в мою личную команду.
Атакует плохо, зато приспособить его для защиты группы в подземелье – вполне посильная задача.
Вар и Лара никаких эмоций выражать не стали, как и задавать вопросов.
Для них было главным, что цель их миссии не пострадала, остальное – мелочи.
До того как вернулся Виктор, а он всё же вернулся к нам, успели обсудить размер выигрыша на ставках. Оказалось, он был мизерным, так как коэффициент был низким.
Эх, а была надежда, но да ладно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Виктор, когда зашёл, выглядел помятым, но такое ощущение складывалось из‑за его чуть грустного настроения. Внешних последствий, а они наверняка были, не осталось – целители Княжества выполнили свою задачу на отлично.
Мне хотелось расспросить его о том, почему он использует архаичный подход к плетениям, но делать это здесь и сейчас было плохой идеей, ещё будет время.
