идей — немного броской волонтерской работы по выходным и после тренировок, включающую в себя обучение детей катанию на коньках. Дети — это мило, и такой большой мужчина, как он, дающий мягкие наставления, пока восьмилетки дергают его за одежду и пытаются угодить своему герою, должен был растопить бесчисленное множество сердец.
Остаток встречи я кивала с приклеенной к лицу улыбкой, замечая взгляды, которые его агент и тренер продолжали бросать в мою сторону. Им понравилась идея с катанием на коньках, но я знала, что они мне не доверяют. Они видели во мне причину всего этого.
И они не ошибались.
— Хорошо. — Карл хлопнул в ладони. — Думаю, мы добились здесь хорошего прогресса. Давайте посмотрим, к чему это приведет и позже снова вернемся к вопросу.
— Значит мы закончили? — спросил Ксандер, и когда его агент коротко кивнул, он посмотрел на меня и сказал: — Поехали.
Он кивнул своему тренеру и пообещал увидеться с ним вечером. Через несколько часов они улетали на игру в Нью-Джерси, которая должна была состояться завтра утром.
Несмотря на его настойчивое желание никогда не отдаляться от меня дальше, чем на пять миль, он не потребовал, чтобы я присоединилась к нему на выездной игре. Сначала я подумала, что это из-за того, что у меня нет паспорта; я понятия не имела, как он вообще переправил меня через границу. Но что-то в равнодушном отношении Ксандера к моему присутствию не устраивало меня.
С тех пор, как я приехала в Канаду, Ксандер прилип ко мне, как мох к сырой стене. Если он наконец-то дал мне передышку, значит, он что-то задумал, и что бы он ни планировал, это не могло быть хорошо.
Он предложил пообедать перед вылетом, и выглядел довольным, когда я сразу же согласилась. Как только принесли наше основное блюдо, Ксандер отлучился в уборную, а я взяла телефон, небрежно держа стакан с водой в другой руке.
Предыдущие сообщения Генри смотрели на меня, словно насмехаясь.
То, которое он послал без слов, было еще громче. Что бы ни говорил Ксандер, это не было предупредительным выстрелом. Началась война, и Генри будет считать ее выигранной только после достижения своей цели — разрушения карьеры Ксандера. Генри, должно быть, уже понял, что я не вернусь к нему, и обвинил в этом Ксандера. Хоккей был тем, что Ксандер любил больше всего на свете, и Генри хотел отнять это у него в качестве мести.
Я не хотела быть причиной того, что Ксандер потеряет всё, не тогда, когда он заставлял меня чувствовать, что я могу вернуть часть себя, просто находясь рядом с ним. Неся ответственность за его падение с Олимпа, я ощущала себя эгоисткой.
Я крепко зажмурила глаза и собралась с духом, прежде чем нажать на текстовое поле.
Джордан: Что мне нужно сделать, чтобы это прекратилось?
Глава 28
Ксандер
Утечка фотографии все испортила. Первое, что я сделал, узнав об этом, — попросил Джаспера выписать маму из учреждения и отправил их в двухдневный тур по наблюдению за дельфинами с двумя частными медсестрами. Я выдал это за «отвлечение» от недавнего маминого приступа, надеясь, что у Джаспера не будет доступа к компрометирующей фотографии, если он окажется посреди океана.
Мне нужен был лишь один день, чтобы все уладить. У меня уже был забронирован билет на вылет в Нью-Джерси на выездную игру. Я планировал заехать к отцу завтра утром после игры. Меньше суток. Все, что мне нужно было сделать, — это обыскать кабинет отца и найти нужное мне доказательство. Тогда Генри останется позади, а я наконец-то смогу быть с женщиной своей мечты.
Несмотря на недавний скандал, между нами все шло относительно хорошо.
Позвольте перефразировать.
Все шло настолько хорошо, насколько это вообще возможно, пока я принуждал любимую женщину быть со мной. Хотя, если быть честным, я уже не так сильно принуждал Джордан.
Ее сопротивление ослабевало с каждым днем. Развить у нее физическую зависимость ко мне оказалось легко; она пристрастилась к тому, что я мог сделать с ее телом. Но в ней все еще оставалась борьба, Джордан отказывалась сдаваться, пока я не освобожу ее.
Я бы положил весь мир к ногам Джордан, именно поэтому я так усердно работал, чтобы дать ей все, чего только пожелает ее сердце. Единственное, чего я не мог ей предоставить, — это свободу.
Когда я вернулся из уборной, Джордан выглядела задумчивой. Меня порадовало, что при моем появлении она отложила телефон. Но я напрягся, когда понял, что она заказала бокал вина, и накрыл его рукой, прежде чем официантка успела наклонить бутылку.
Я намеренно попросил посадить нас в женскую секцию обслуживания, не желая проводить время, наблюдая, как другой мужчина глазеет на нее. Хотя это мало что изменило. Половина мудаков в этом ресторане открыто пялились на то, что принадлежало мне, и не отводили глаз, как бы злобно я на них не смотрел. Мне следовало бы вырвать все их чертовы глаза из орбит.
Джордан намеренно игнорировала то внимание, которое привлекала. Половину времени она была уверена, что люди пялятся на меня, хотя никто из этих посетителей не выглядел фанатом холодных видов спорта, и я сомневался, что они когда-либо ступали на хоккейную арену. Их внимание было сосредоточено исключительно на красавице рядом со мной, которая с любопытством смотрела на мою руку, закрывающую ее бокал.
— Нет, не нужно, — сказал я официантке, когда она предложила вино мне вместо Джордан. Я бы не стал пить, если она тоже не могла.
Джордан нахмурилась, явно раздраженная, но нам нужно было серьезно подойти к вопросу о зачатии ребенка. Я некоторое время позволял ей свободно употреблять алкоголь, потому что маловероятно, что тридцатисемилетняя женщина может забеременеть через несколько дней. Но хотел сразу же приступить к лечению бесплодия, чтобы увеличить наши шансы, а для этого ей нужно было внести некоторые изменения в свой рацион.
— Тебе лучше избегать алкоголя в дальнейшем. — Я опустил глаза на ее живот, мой намек был прозрачен. — Сырой пищи и кофе тоже.
— Теперь ты говоришь мне, что я могу есть или пить. — Джордан не выглядела довольной, ковыряясь в своей еде.
Я нахмурился, глядя на едва тронутую тарелку.
— Если тебе не нравится блюдо, мы можем заказать что-нибудь другое.
С побежденным вздохом она покачала головой.
— Все в порядке. На самом деле я не так уж и голодна. Хотя я хотела выпить… — Она с тоской посмотрела на свой бокал с вином, и я закатил
