разведал дорогу вот примерно досюда. Это дней двенадцать-пятнадцать ходу. А дальше никто точно не знает, — пожала она плечами. — До края плоскогорья никто ещё не доходил. Или не вернулся, чтобы рассказать.
— А это кто наносил? — Халлек провёл пальцем вдоль берега треугольного полуострова, вдававшегося далеко на юг. — Здесь и в глубине кое-что обозначено.
— Моряки ходили, местами высаживались. Я по архивам собирала. Ладно. Обновим воду да пойдём.
Халлек нашёл недалеко от реки бутылочное дерево, надсёк кинжалом верхний слой коры и заново наполнил фляги прохладной водой с лёгким травянистым запахом. Мостик, хоть и выглядел хлипким, даже не скрипнул под их ногами. Халлек сразу увидел, что река не только разделяет джунгли, но и отделяет их кое-как освоенную часть от совершенно дикой. Здесь всё звучало, выглядело и пахло совсем по другому. Чуждо и опасно. К исходу дня им дважды пришлось столкнуться с крупными хищниками, похожими на кошек, но пока всё обошлось миром. Звери чувствовали запах человека, железа и смерти, и только настороженно проводили Халлека и Сахиль взглядами. А ночью под дерево явились огромные кабаны с корявыми мордами и почти до утра перепахивали рыхлый подлесок, богатый корешками и разной насекомой мелочью. Потом сверху на Сахиль свалилась змея, к счастью, оказавшаяся полозом-переростком. Отшвырнув полоза подальше, барышня неизящно выругалась и стала отвязывать конец, которым прикрепила себя за пояс к толстой изогнутой ветке. Всё равно уже спать было поздно.
На третий день от реки звери совсем обнаглели и при встрече стали поглядывать на путников как на еду. Несколько раз Халлек отбивался от больших кошек пятнистой чёрно-желточной расцветки. На их тела почти сразу набрасывались мелкие ушастые зверьки, и сползались многоногие, гадко блестящие членистые твари. Жизнь и смерть в джунглях непрерывно переходила одна в другую и наоборот. Несмотря на влажность и жару, кольчугу на толстом кожаном подкладе Халлек не снимал, иначе однажды можно было вовсе не проснуться. Очень редко в просветах крон мелькало выбеленное солнцем небо, местность то повышалась, то понижалась, но в основном дело шло к набору высоты. Наконец, к середине десятого дня пути от реки они выбрались на пологий склон, поросший редкими кустиками.
Перед ними открылась обширная полукруглая долина, затянутая лёгкой дымкой испарений. Она тянулась вёрст на двадцать, насколько смог определить Халлек с высоты, и среди зелени прихотливо извивалась река. Не бурая, а обычная, синевато-серебристая, с пенными кляксами перекатов. И лес выглядел не таким пёстрым, как возвышающиеся позади джунгли. А на другой стороне долины, закрывая в ширину половину горизонта, сизой стеной маячило плато.
— Надо же, почти не промахнулись, — выдохнула Сахиль. За время путешествия они оба изрядно оголодали, ведь есть приходилось то, что несли с собой, добывая на месте только воду. И если на Халлеке с его крупной фигурой это сказалось не очень, то Сахиль выглядела хуже. Три с лишним сотни вёрст по джунглям, в во влажном горячем воздухе, вымотали даже её, более привычную к здешним условиям.
— Значит, твой отец дошёл сюда?
— По крайней мере, его записи и наброски точно указывают именно на это место. Ну, пару вёрст туда-сюда. Сокол, который прилетел последним, доставил несколько листков. А куда он продвинулся дальше, кто знает.
— Спустимся к реке, — Халлек высматривал на излучинах подходящий плёс. — Рыбки свежей набью. Надо тут встать дня на три.
Вода в реке была чистая и холодная. Халлек, посмотрев на солнце и вспомнив слова Сахили насчёт его смещения, прикинул, что на юг они не зашли настолько далеко, чтобы добраться до мест, похожих хотя бы на пограничье Империи. Но река текла прямо перед ним, урча на каменистых отмелях и плескаясь у самых ног. В руке Халлек держал острогу, сделанную из кинжала и подходящей палки. Здесь потоки воды кружились вдоль края плёса, вымывая из богатой лесной земли всякий съедобный сор, и рыбы подбирали его. Две крупные тушки уже лежали на берегу, слабо трепыхаясь. Сахиль, разведя костёр, отмокала по другую сторону заводи.
А потом они отъедались и спали, отдыхая после тяжёлого перехода. Зверьё из джунглей почему-то обходило приречье стороной, изредка недовольно взрыкивая и фыркая, но не высовываясь. Халлек разведал берег на несколько вёрст в обе стороны и нашёл подходящее для переправы место. На протяжённом пороге река разбивалась на множество ручейков и струек. Во время одной такой прогулки, порывшись среди обкатанных камней, он подобрал кусок породы, очень похожей на вулканические базальты Нордхейма. При том, что на пути, от самого Эль-Фетрена до посёлка, в саванне высились останцы из плотного песчаника. Само собой, в джунглях было трудновато найти булыжник для опознания, но такой разнобой смущал. И ещё он дыханием чувствовал, что они находятся довольно высоко, между полутора и двумя верстами на уровнем моря. Плато, со стороны которого текла река, казалось, добавляет ещё почти версту. Значит, оно вполне может быть остатком от какого-то большого древнего вулкана.
— Пойдём вверх по течению, насколько это возможно. Даже переходить не будем. Ближе к истоку должно быть больше мест, — сказал он вечером.
— Я не против, — Сахиль, высунув кончик языка, наносила грифелем на лист пергамента контуры берега, рельеф и всякие значки. — После джунглей это похоже на вечернюю прогулку.
Халлек дёрнул щекой.
— Здесь что-то не так. Возле реки обязательно должны кормиться крупные хищники. Или хотя бы птицы. Ну, медведей здесь нету, но всё равно. А я не видел ни ошмётков рыбы, ни помёта. Хотя вода хорошая, похожа на ледниковую немного.
— Мы уже где-то рядом, — Сахиль посмотрела в темноту. — Я думаю, за три-четыре дня дойдём.
Глава 39
Обрыв плоскогорья высился перед ними вертикальной стеной. Кое-где виднелись промоины, трещины, по косогорам вились тёмные осыпи. Истоком реки были несколько водопадов, с рёвом падающих через расселины на высоте от восьмисот до тысячи двухсот локтей. Халлек почесал затылок.
— Мда. Ну ладно. Мы пойдём другой дорогой.
— Ты о чём? Ты знаешь, как здесь подняться?
— Да, — честно кивнул Халлек. — Мы полетим.
Сахиль посмотрела на него с подозрением — не переутомился ли в дороге? Он ухмыльнулся и снял вещмешок, чтобы упаковать его поудобнее. Подсунул под верхнюю застёжку свёрнутую одежду и кольчугу, сбоку прикрепил шашку, обмотав вещмешок перевязью.
— Высоты не боишься? Отойди немного.
Воительница попятилась, больше от неожиданности, чем послушавшись Халлека. Он встряхнулся, расслабляя тело, и позвал свою вторую сущность. Дракон откликнулся, пробуждаясь и проникая в его явный облик. Сахиль зацепилась за камень, споткнулась и хлопнулась на травку. Перед нею топтался, кроша камешки когтями, чёрный крылатый звероящер.
