Довольный.
— Да ладно тебе. Ты из стеснительных?
Я все также смотрел в окно. А ведь действительно. Почему я сейчас не могу воспользоваться ситуацией? Разве, что я думаю совершенно о ком-то другом. Стыдясь самого себя и ее одновременно. Раньше ничего подобного не было. Наверняка у меня появилась какая-то новая эмоция. Настоящая.
— Ты хотела же узнать обо мне, не так ли?
Секигучи поудобней устроилась на моей кровати. Видимо, ее забавлял этот поворот событий. О чем же мы будем говорить? Я принялся рассказать в общих деталях, что произошло в клане за последние дни, с момента, когда меня приняли в ряды Ангелов-Спасителей. Говорил, глядя в пол. Прислушивался к себе. Нет, особых изменений я не заметил. Но меня все равно терзало волнение. Оно нарастало внутри меня с каждым произносимым мной словом. Видимо уже пора остановиться с историями. Я позволил ей выспаться на моей кровати, а сам опустился на пол. Глаза закрылись сами. Накрыл себя одеялом. Пол был старым и между досками были щели, из которых дул холодный воздух. Хорошо, хоть на полу сухо. Мы оба погрузились в сон.
Прошлое. ТОВС.
Мальчик Кинз, уже не так сильно как раньше был заинтересован в получении гена СЭ. Но в один из дней его решили отправить в лабораторию Вагфоза, знаменитую своими исследованиями в области генетики. Вагфоз был уверен, что сможет использовать свои знания и навыки, чтобы создать что-то уникальное и впечатляющее. Его помощники готовили для Кинза некое подобие стула, собирали проектор, настраивали приборы. Когда все было готово, они позвали Кинза. Тот вошел в небольшой зал, где стояло несколько столов с множеством различных приборов. В лаборатории Вагфоза Кинз был встречен главным ученым доктором Ортофом, который был поражен тем, что Кинз до сих пор не получил свою силу. Он поручил всем остальным подготовить свой генератор, а сам подошел к Кинзу и протянул ему руку. Путем многочисленных опытов и экспериментов, Кинз и доктор Ортоф смогли успешно изменить генетический код мальчика. Они внедрили в его ДНК секцию, отвечающую за силу телекинеза. На протяжении нескольких недель Кинз подвергался строгому контролю и наблюдению, чтобы убедиться, что изменения в его геноме прошли успешно и безопасно. Затем его вывели на улицу, и он целый день упражнялся со своей новой силой. Когда мальчик Кинз наконец осознал, что он обладает силой телекинеза, чувства и эмоции у него были просто потрясающие. Он ощущал почти невероятное чувство освобождения и предназначения, осознавая, что он стал частью фракции людей, обладающих сверхъестественными способностями.
Мальчик ощущал себя непобедимым, полным мощи и энергии. Раньше скрывавшиеся внутри него потенциал и возможности стали ярко и явно проявляться. Он мог поднимать и перемещать объекты без физического контакта, использовать телекинез для защиты и нападения, исследовать мир вокруг себя на новом уровне.
Но, одновременно с чувством безграничной силы, Кинз также ощущал ответственность. Он понимал, что его способности могут быть опасными, если используются неумело или с неконтролируемой яростью. Поэтому он посвятил себя обучению и развитию своих новых способностей, чтобы использовать их с мудростью и справедливостью.
Мальчик Кинз также оказался членом фракции, людей с подобными сверхспособностями. Он нашел своих "собратьев по разуму", с которыми мог общаться и разделить свои эмоции и понимание. Вместе они образовывали единое сообщество, где каждый мог научиться от других и развиваться, помогать друг другу в трудных ситуациях
Внутри фракции, Кинз чувствовал поддержку и понимание. Они понимали его стремления, и желание использовать свои способности для добра и защиты. Это наполняло его уверенностью в своих силах, воодушевляло и помогало идти по жизни дальше. Ему нравилось находиться в таком состоянии: он чувствовал себя защищенным, но одновременно полным решимости на победу над противостоящими силами зла. Но через какое-то время Кинз стал понимать, что эта организация не такая однозначная, как рассказывал о ней Вагфоз. У нее были свои цели и задачи, смысл которых оставался совершенно непонятным для него. Кинзу казалось, словно все члены фракций действуют не по своей воле, действуют во исполнение какого-то тайного решения. В день своего совершеннолетия он сам убедился в этом.
Глава 25
Настоящее. Олд-Дрейт.
Я просыпаюсь от слабого света, проникающего сквозь окно. Щелкая глазами, я замечаю, что Секигучи, уже не лежит на кровати и особым сумбуром собирается куда-то. Подойдя к окну, я выглядываю на улицу. Потом, взявшись за петлю на стекле, отодвигаю его и сажусь на подоконник. Достал опять последнюю сигарету и зажег ее. От свежего воздуха мне становится легче. Поворачиваюсь к Секигучи. Та уже совсем одета. На ней оранжевое платье, повязанное черным поясом — только ноги остаются босыми. С недоумением я смотрю на нее. Секунду она непонимающе смотрит на меня. Внезапно охвачен любопытством я спрашиваю ее:
— Эй, что происходит? Куда ты идешь так рано?
Секигучи, поворачиваясь лицом к Кинзу, улыбается и отвечает:
— Утро, сладкий. Заходила твоя подружка. Сказала, что какой-то Сандо вернулся и мы должны сейчас быть в зале собраний.
При этих словах Кинзу не совсем удается разобрать вполне информацию. Ветер незнания и неожиданных событий окутал его разум. Я удивленно хмурюсь. Решительно потушив окурок, я начинаю спускаться с подоконника. Когда я оказываюсь в центре комнаты, Секигучи собирает с пола свою одежду.
— Ладно, надеюсь, это не что-то серьезное.
Секигучи, покачивая головой, подходит к зеркалу. В этом зеркале я вижу отражение Секигучи. Ее одежда намного красивее, чем та, в которой я был в свои дни. Тщательно наложенные макияж и прическа подчеркивают красоту ее лица. К ее поясу прикреплен небольшой клинок. И в зеркале она очень красива. Теперь понятно, почему вчера я так растерялся. Вдруг, дверь распахивается, и в комнату входит Анкретт, одна из членов нашей команды. Она выглядит довольно взволнованной. Увидев меня, она смотрит вниз, потом, заметив стоящую Секигучи, хмурится и говорит:
— Нас всех пригласили в зал собраний. Сандо уже ждет, а вы еще не готовы.
Я, схватившись за шею, срываю с себя грязную одежду и бросаю на стул. Надеваю чистую одежду. Достаю другие сапоги из-под кровати. Бегом иду в ванную. Анкретт бросает вслед:
— Быстрее! Мы ждем вас.
И выходит из комнаты. Я, умывшись, выхожу из ванной комнаты, надеваю свою маску и ищу свой кинжал.
— Зачем тебе сейчас маска?
Я отвечаю, не оборачиваясь.
— А разве ты не заметила?
Секигучи решила не развивать эту тему и стала уже выходить из комнаты. Найдя кинжал, мы вместе выходим.
В зале собраний царила напряженная атмосфера. Я, Секигучи и остальные
