члены клана собрались вместе, чтобы обсудить важные вопросы и принять решения по дальнейшим действиям. Однако, на лицах большинства присутствующих были заметны сложные эмоции. Было заметно, что некоторые члены клана даже не представляют, как нам всем поступить и что делать. Все пребывали в некотором замешательстве, некоторые просто боялись увидеть гнев Сандо. Но в то же время мне казалось, будто я уже знаком с этими чувствами, и они, если честно, очень меня удивляли. Как бы я не стремился показаться циничным, мои чувства были искренними. А именно, то, что Сандо сейчас находится здесь. Но сейчас не об этом. Сандо сидел на своем месте с мрачным выражением лица. У него явно что-то гложило. Остальные участники клана старались не обращать внимание на его настроение, но всем было ясно, что что-то не так. Время от времени кто-нибудь из присутствующих бросал взгляд на Секигучи. Стоило поднять глаза Сандо, можно было увидеть, насколько серьезен и задумчивым стал он в своем ожидании. Похоже, его раздумья были в чем-то созвучны моим собственным. Мне показалось, он, несмотря на серьезное отношение к происходящему, тоже чем-то обеспокоен. Я, смотря на Сандо с озабоченностью, не мог скрыть своего беспокойства. Он тоже заметил, что я не в лучшем состоянии. Внезапно, Сандо решительно встал и начал отчитывать их перед всеми присутствующими.
— Что вам пришло в голову, привести Секигучи в наш клан без моего согласия? Я ожидал, что мы проконсультируемся и примем совместное решение, но нет, вы решили действовать самостоятельно!
Эти слова, наполненные гневом и разочарованием, отразились не только на его голосе, но и на его взгляде. Сандо был оскорблен и чувствовал себя преданным. Его эмоции были на грани, и это было заметно всем присутствующим. Когда он закончил свою гневную речь, молчание продолжалось довольно долго. Постепенно оно стало тихим и мрачным. Затем мы с опаской посмотрели на него. И все же в его словах было слишком много здравого смысла. Поступок, который мы совершили, был слишком безответственен, слишком легкомысленен для членов клана. Мы должны были знать, чем чреват подобный поступок. Вся серьезность ситуации, конечно, была не до конца ясна, поскольку нам не с чем было сравнивать. Некоторые из собравшихся, наоборот, поняли серьезнейшее положение вещей и почувствовали искреннее раскаяние. Волнение нарастало. По лицу Сандо было видно, ему тяжело. На лбу у него блестели капельки пота, а на шее вздулись вены. Казалось, еще немного и он сорвется. Я решил ответить.
— Сандо, мы не хотели тебе нанести вреда. Мы действовали в лучших намерениях. Секигучи выказала желание присоединиться к нам, и я решил поддержать ее. Мы искренне думали, что это будет полезно для всех нас.
Секигучи хотела было возразить, но я незаметно ткнул ее плечом. Чувства Кинза колебались между обидой и пониманием. Он хотел объяснить Сандо, что их решение было обдуманным. Но с другой стороны, он также мог почувствовать боль и разочарование своего друга. Поэтому Секигучи так и не решилась начать разговор. После того, какой оборот приняли наши мысли, слова не казались особенно уместными.
— Я разочарован, Кинз. Клан "АС" всегда были командой, принимали решения вместе. Но сейчас я чувствую, что ты нарушил это правило. Кто ты такой, чтобы решать за нас всех?
Гнев и обиды Сандо наполнили зал, словно мягким, но ударным приливом. Он не сдерживал своих эмоций, и его слова проникали сквозь маски остальных участников клана. Сначала мне показалось странным, почему он говорит все это, потому что больше не чувствует себя главой? Слова его звучали резко и хлестко. События явно выходили из-под контроля. Чтобы как-то успокоить Сандо, я подошел к нему и тронул за плечо. Это показалось мне естественным жестом, да и разумная часть моего сознания так же оценила его действия. Реакция его на мой жест была необычной. Не было никакого отзвука с его стороны. Или, может быть, это был просто не та реакция. Тем не менее после того как я дотронулся до его плеча, напряжение спало. Несколько секунд он молчал, обдумывая мое действие. Секигучи решилась ответить.
— Я могу оказаться ценным участником клана "АС".
Сандо подавил в себе смешок и посмотрел на нее. Она мгновенно почувствовала этот взгляд, но отворачиваться не стала. Выражение ее лица было невозмутимым, лишенным каких бы то ни было эмоций.
— И в чем же проявляется эта ценность?
Секигучи было удивительно трудно произнести эти слова. Голос ее был очень тихим. Ее волнение было очевидней всего. При этом она не дрогнула и даже по-прежнему улыбалась, правда, ее улыбка не выглядела такой же невинной и чистой, какую я видел до этого. Во всем ее облике был тот же вызов, направленный в будущее. Меня даже пробрал легкий озноб.
— Я знаю кто такой Вагфоз.
Все присутствующие замерли в изумлении. Глаза участников клана расширились, а наши сердца казалось забились быстрее в предвкушении скрытой правды. Секигучи, истинная мастерица управления информацией, знала как надавить на нас. Сандо после непродолжительной паузы спрашивает:
— Секигучи, ты правда знаешь Вагфоза?
Секигучи медленно опустила взгляд, чувствуя тяжесть секрета, который она держала в течение многих лет. Тихо и тревожно, Секигучи произносит:
— Да, Сандо… Я знаю Вагфоза, не только знаю, но и встречалась с ним лично.
Сандо покосился на нее.
— Как эта связь с Вагфозом стала возможной?
Секигучи нужно было втереться в доверие. Чем больше я буду следить за ее лицом, тем сильнее она меня удивит. А я уже и так напряжен и сосредоточен так, будто стою перед битвой. Откуда все из присутствующих так или иначе связаны с Вагфозом? Вопросы роились у меня в голове. Как найти ответы на них? Сколько времени я еще смогу скрывать от присутствующих свои секреты? Здесь нужно подумать. Какое оружие лучше всего мне использовать в этой ситуации? Сейчас главное, сохранить лицо. Мне нужно сконцентрироваться. Напряжение на лице Секигучи постепенно нарастает. Неужели она и правда так верит в то, о чем говорит?
— Я участвовала в эксперименте по возрождению генома СЭ.
В моей голове стали обрывками всплывать воспоминания тех времен. По выражению лица Анкретт она видимо тоже вспоминала некоторые моменты. Тишина, окружавшая нас, казалась оглушительной. Видимо, каждый из нас обдумывал что-то свое. Наконец, Анкретт нарушила тишину своим вопросом:
— А можно ли верить всем этим сведениям? Насколько они верны?
Секигучи кивнула. Теперь ее глаза излучали такую же теплоту и доверие, как в начале разговора.
— Я вам докажу преданность этому клану.
Мы все посмотрели на нее скептически. Но в ответ она
