побег?
— Мне нужен был не он, — сказала Белла. — Я хотела вынудить тебя сбросит маску простака, которую ты всем демонстрировал. И мне было интересно послушать, как ты объяснишь необходимость побега Алисе. Ведь ты обязан был как-то успокоить девчонку, рассказать, почему она может позволить себе нарушить контракт с СК. Да, в машине Игната мы установили микрофон, и я слышала каждое слово твоей исповеди. Это было очень познавательно, ты подтвердил многие мои догадки. А побега бы не случилось в любом случае. Вас ни на минуту не выпускали из вида. Мы отслеживали передвижение вашего автомобиля. И еще, за вами следовала машина с преданными лично мне людьми. Шансов на успешный побег у вас не было.
— Ясно, — сказал Максим. — И что вам от нас нужно?
— Почему ты решил, что мне что-то нужно? — спросила Белла.
— Иначе нас не повезли бы сюда, а вернули в поселок.
— Согласна, — сказала Белла. — Но, прежде чем поделиться своими желаниями, я в общих чертах обрисую вам ситуацию так, как я ее сейчас вижу. А вы можете попутно ознакомиться вот с этим.
Белла сдвинула в сторону Максима одну из папок.
— Что здесь? — спросил Максим.
— Там интересное предложение твоего куратора из СК. Ему пришла в голову мысль сделать тебя многодетным отцом. И обеспечить через пару десятков лет каждую ведьму собственным инкубом. В этой папке твой смертный приговор, Максим Иванов.
— Это где Бельский предлагает организовать ферму по разведению инкубов? — спросил Игнат. — Я думал, тебе понравится его идея.
— Мне она нравится, — сказала Белла. — И другие ведьмы, уверена, поддержали бы ее. Проблема в том, что мнение ведьм в настоящее время не имеет никакого значения. Страной правят обычные люди. Неглупые, должна признать, люди. Они быстро сообразят, к чему может привести то, что подробно расписано в этой папочке. Думаю, уже через пару дней они узнают о содержимом папки, и я получу от них распоряжение избавиться от инкуба. И буду обязана его исполнить.
— Почему ты так думаешь? Вы же сами мне все уши прожужжали о том, как полезны инкубы, — сказал Игнат.
— Они могу быть полезны, — сказала Белла, — и для ведьм, и для Службы Контроля — это правда. Но представляют опасность для государства.
— Почему? — спросил Максим.
— Ты знаешь, мальчик, какую главную цель преследовали власти, когда создавали Службу Контроля? Контролировать нелюдей. В первую очередь — ведьм. В начале прошлого века в стране сложилась очень напряженная ситуация. Назревал всплеск так называемого "народного гнева". И, если бы не Служба Контроля, ведьм сжигали бы на кострах повсюду, по всей стране: от Ленинграда до Владивостока. А те, кто уцелел, закончили бы дни в "Морозной обители". Слишком сильно досаждали тогда ведьмы новым властям. Ни полиция, ни церковь после революции больше не ограничивали свободу нелюдей, и те упивались вседозволенностью. А Арбатская со своим новообразованным Комиссариатом доказала, что нелюдей можно контролировать, и те способны принести властям немало пользы.
— И причем здесь инкубы?
— А как контролируют ведьм? Не убий! И все выглядит вполне законно: те же условия, что и для прочих граждан. Вот только ведьмы не могут соблюдать это правило. И потому, чтобы получить каждую кроху энергии, ведьмам приходится идти на поклон к государству. А иначе — "Морозная обитель", где скопилось уже много некогда недовольных. Именно государство отдает ведьмам человеческие жизни в обмен на лояльность и услуги. А появление инкубов может все изменить. У ведьм исчезнет необходимость пить энергию мужчин. И они могут возомнить себя свободными, чего властям совсем не хотелось бы; ведь тот, кого нельзя контролировать, в перспективе может стать опасным. В свете всего вышесказанного, существование инкубов становится... нежелательным. И Алла Арбатская, между прочим, это тоже понимала. Как еще объяснить то, что она добровольно рассталась с неиссякаемым источником энергии, каким являлся ее инкуб? Она знала, какую опасность для шаткого перемирия между ведьмами и властью он представляет. Думаю, Вилиор был для нее лишь игрушкой, от которой она готовилась избавиться по первому же требованию властей. Но тут случилась эта история с Октябриной. Та забеременела, но продолжала оставаться полноценной ведьмой.
— Разве такое возможно? — спросила Алиса.
— Этот же самый вопрос продолжаю задавать себе я. И твоя бабка, не сомневаюсь, себе его задавала. За всю историю существования ведьм такого не случалось ни разу. У ведьм всегда рождались девочки, лишая своих матерей способности отбирать жизненную энергию мужчин, а инкубы оставляли женщинам мальчиков. Никогда раньше ведьмам не приходило в голову родить ребенка от инкуба. Ведьмы и инкубы на протяжении тысячелетий друг друга недолюбливали, а то и вовсе открыто враждовали. Октябрина — первая ведьма, родившая, но не потерявшая связь с даром. Я долго не могла в это поверить. Но твои, Максим Иванов, "когти ведьмы" заставили меня это сделать.
— Причем здесь "когти"?
— Те "когти", Алиса, которые я видела единственный раз много лет назад, вряд ли поместились бы в ремешок этих часов. Предшественница Октябрины сделала последний комплект больше двух сотен лет назад.
— Эти не такие старые, — сказал Игнат.
— А значит, изготовила их уже сама Октябрина.
— Или ее внучка, — сказал Максим.
— Нет, — сказала Белла. — На фото восьмидесятых именно Октябрина. Да и не стал бы твой отец сожительствовать с собственной внучкой. Думаю, в сорок седьмом году дело происходило следующим образом. Твоя мать забеременела, но связь с даром не потеряла. Арбатскую этот факт очень заинтересовал, и она решила понаблюдать за тем, что будет дальше. Она знала, что власти очень скоро потребуют от нее голову Вилиора, и составила сценарий той пьесы о любви, которую до сих пор пересказывают друг другу ведьмы. Октябрину Алла спрятала, а твой отец разыграл сцену с самоубийством. Не знаю, какие планы относительно твоих родителей, Максим Иванов, были у Арбатской изначально. Но она их, наверняка, изменила после того, как Октябрина родила мальчика, первого из двух твоих старших братьев. От инкуба родился сын, и дар не посчитал его за продолжателя рода ведьм. Ты понимаешь, Алиса, что это значит?
— У ведьмы от инкуба могут рождаться мальчики?
— У ведьмы может быть семья! Многие тысячелетия мы думали, что за свой дар расплачиваемся одиночеством. Пока ты ведьма, ты не можешь иметь ни мужа, ни детей. Всегда приходилось выбирать — или
