огромные желтые глаза. Горящие как языки адского пламени.
Огромный монстр закрыв собой свет луны, зависает надо мной.
Разум все еще отрицает увиденное. Нервы дребезжат, натягиваются до треска и вдруг… что-то внутри меня ломается.
Сознание плывет, перед глазами темнеет.
Последнее что я вижу — звериный оскал, едва ли не рядом с моим лицом.
***
Дорогие читатели, буду вам очень благодарна, если вы поддержите эту проду комментариями. Я очень старалась ее дописать и не смотря на большой объем, выложить ее сегодня (⌒‿⌒) Поддержите пожалуста
Глава 33
Сколько я была без сознания?
Я даже не поняла, в какой то момент провалилась во мрак. Грань стерлась.
Вот я заглядываю в горящие глаза монстра и…словно вынырнув на поверхность, обнаруживаю себя совершенно в другом месте.
Мои веки по-прежнему закрыты, но я проснувшись, сосредотачиваюсь на своих ощущениях. Прощупываю пространство.
Мягкая постель. Впитавшая тепло моей кожи шелковая простынь. Уютно и тепло. Давно мне не было настолько приятно пробуждаться.
Во всей этой прекрасной идиллии одно «Но». Где я?
Раскрыв наконец веки, смотрю на тяжелый полог красного бархата над головой. Полог приоткрыт и демонстрирует мне кусочек залитого светом помещения.
День? Уже наступил день?
Или утро…
Я моментально прихожу в себя. Последние остатки сна улетучиваются как по щелчку.
Рывком отодвигаю бархат. Вскакиваю на ноги и кончика носа касается очень знакомый аромат. Легкий, но хорошо перекрывающийся запах свежей выпечки на изящном столе из красного дерева, в который спонтанно упирается мой взор.
Запах напоминающий так много…и одновременно отключающий сознание до легкой дрожи и слабости в коленях. Горьковатый мужской аромат.
Сердце волнительно ёкает.
Обстановка незнакомой комнаты больше не волнует. Почти все вопросы моментально улетучиваются из головы.
Я осторожно, словно боясь спугнуть собственные надежды, оборачиваюсь.
Он здесь.
Вижу его и начинаю невольно дрожать, от переполняющих меня эмоций.
Аргалон стоит у окна спиной ко мне.
Я не вижу его лица, только широкую спину, обтянутую черной кожей одеждой. Скрещенные на груди руки. Широко расставленные сильные ноги.
Поза на первый взгляд расслабленная, но в ней читается готовность в любой момент ринуться в бой.
У меня не возникает ни малейшего сомнения, что это он.
С губ едва не срывается судорожный выдох и я прикрываю их ладонью.
Дракон медленно поворачивает голову и для меня время замирает.
Наши глаза встречаются.
Кажется, что я ненадолго попадаю в плен темных радужек.
Качнув головой, привожу себя в чувства. Часто моргая скольжу по каждой черточке его лица.
Волевому подбородку, хмурому изгибу бровей, скулам, словно выточенным из камня. Плотно сжатым губам, на которых мне однажды довелось видеть не присущую ему улыбку.
Впервые, спустя месяц вижу его живьем, в человеческом обличии.
Сердце пропускает удар, а затем снова ускоряется.
Делаю вдох. Хочу что-то сказать. Слова застревают в горле.
Мужчина смотрит на меня так пристально и внимательно. Он тоже изучает меня. От этого взгляда меня пронимает. Он странный, пронизывающий, в чем-то привычный. Но…чувствую, что-то не так.
— Аргалон, — с осторожным выдохом наконец произношу, — я…
Делаю неуверенный шаг.
Дракон едва заметно приподнимает бровь и я замираю на месте.
— Мы знакомы? — хрипло спрашивает он.
По мне словно проходит сильный разряд тока.
Челюсть опускается. Я спонтанно опускаю голову, смотрю на свое одеяние. Некто нарядил меня в легкое шелковое платье. Или это не платье вовсе, а сорочка для сна.
Почему меня вообще сейчас интересует, что на мне надето?
Это похоже на шок. Мозг ищет способ переключиться.
Совершенно некстати вспоминаю — до того как я оказалась в этой богато обставленной комнате с драконом на едине, я купалась в озере и без одежды.
Чувствую, как краска заливает щеки. Взбудоражено хватаю ртом воздух, слишком часто хлопаю ресницами.
— Кто вы? — Мой бывший ректор полностью разворачивается.
Темные глаза сужаются. Наклонив голову набок, он продолжает таранить меня изучающим взглядом.
— Аргалон, вы меня не узнаете? Совсем? — не замечаю, как начинаю произносить слова с сильным придыханием.
Я так много хочу сказать, спросить, но проклятый воздух слишком быстро заканчивается.
— Мы ведь с вами…Вы были моим ректором в Аваркане. А до этого спасли меня в детстве.
Говорю и говорю. Пытаюсь уловить каждое изменение в его реакции с надеждой, что он сейчас скажет: «Это шутка. Розыгрыш, для тебя, Буч. Я наконец приобрел чувство юмора».
Но этого не происходит.
Лицо мужчины остается непроницаемым. Только бровь медленно ползет вверх.
— А еще…Еще я ваша истинная, — произношу последнее, что крутилось на языке.
— Мне известно, что ты моя истинная, — холодно цедит Аргалон. — Поэтому ты и здесь.
— Вы…, — срывается с моих губ и слова тут же гаснут. Я с трудом нахожу в себе силы сформулировать мысль. И еще сложнее ее озвучить, — выходит, вы знаете, что я ваша истинная, но не узнаете меня?
Аргалон отвечает не сразу. Пристально всматривается в мои черты, затем коротко кивает.
— Я чувствую нашу истинность, но я не помню вас.
— Совсем-совсем? — опешив, бормочу я.
— Совсем, — на губах мужчины проскакивает сдержанная улыбка. Снисходительная такая. Почти отрешенная. В темных глазах читается интерес ко мне, но это не тот интерес. Совсем не тот. Он смотрит на меня как на нечто новое, так же как смотрел при нашей встрече в храме.
В этом нет тепла, ставшего привычным. Нет гнева, который он демонстрировал, пока я была Бучем.
Все исчезло.
Я впервые согласна даже на его неприязнь.
Пусть будет так, только чтобы вспомнил.
— Но…Как же так.
Я вдруг захлебываюсь эмоциями. Чувствую, как слезы продолжают все более навязчиво припекать и жечь веки. Чтобы сохранить лицо, отвожу глаза. Стараюсь не смотреть на мужчину.
В одночасье я умудряюсь рассмотреть всю комнату. Фокусируясь то на подсвечниках, то на стенах со столом. Быстро изучаю каждую мелочь…и ничего не запомнить. Внутри проносится сокрушительное цунами, делая меня потерянной и разбитой на мелкие кусочки.
Вдруг широкая ладонь опускается на мое плечо и легонько сжимает.
Я замираю на месте. Тяжело дышу. Застрявший в горле ком колет и не дает нормально выдохнуть.
Сжав пальцами мой подбородок, Аргалон поднимает мою голову, вынуждая посмотреть на него.
— Тебе больно, — хриплым тембром констатирует он.
— Больно…
До меня не сразу доходит, что он перешел со мной на «Ты».
— Почему тебе больно?
— Вы забыли меня,
