после этого удара оставшиеся твари попрятались по углам, и второй выпущенный феникс лишь бессильно отскочил от стен, не найдя цели.
— Вот ведь… — произнёс я с досадой, чувствуя, как раздражение накатывает волной. Каждый неудачный удар отнимал драгоценные силы.
— Заметил, как они безрассудно бросались с окна? — спросила Полина, её голос звучал напряжённо, почти шёпотом.
Я кивнул, ощущая, как по спине пробежал холодок:
— Да, мне это тоже показалось странным. А ещё я не вижу заражённых — кто-то упорно продолжает блокировать моё восприятие.
— Приоткрой завесу, — попросила девушка, кивая в сторону улицы. Её глаза были полны тревоги и решимости одновременно. — Давай посмотрим, что происходит снаружи.
Я утончил один из электрических жгутов, превращая его в подобие смотрового окна. То, что мы увидели, заставило кровь застыть в жилах. Снаружи на наше окно смотрела целая орда заражённых. Их красные глаза светились в темноте улицы, создавая жуткое свечение, от которого по коже пробежали мурашки. Их тела колыхались в едином ритме, словно управляемые невидимой рукой.
Но по-настоящему меня поразило другое — среди этой толпы стоял тот самый заражённый, который снился мне. Белые глаза с крохотными зрачками смотрели прямо на меня. Существо улыбнулось — совсем по-человечески, с какой-то зловещей насмешкой, от которой у меня перехватило дыхание. Его губы двигались, словно он что-то шептал, но звуки не доносились до нас.
А потом он перевёл взгляд на Полину, и та побледнела так сильно, что я испугался за её состояние. Её колени подогнулись, и она вцепилась в стену, чтобы не упасть.
— Папа? — неожиданно произнесла она дрожащим голосом, и в этом простом слове было столько боли, ужаса и непонимания. Её глаза наполнились слезами, а руки задрожали.
В этот момент я понял — всё стало намного хуже, чем казалось. Если этот заражённый — отец Полины, значит, мы столкнулись не просто с ордой безумных существ. Мы столкнулись с чем-то гораздо более опасным и личным.
Существо снова улыбнулось, словно наслаждаясь нашим смятением. Его белые глаза светились в темноте, как два маяка в океане безумия. И в этот момент я осознал — это не просто случайная встреча. Это было начало чего-то гораздо более зловещего.
— Нам нужно убираться отсюда, — прошептал я, чувствуя, как холодный пот стекает по спине. — И как можно скорее.
Но было уже поздно. Орда за окном пришла в движение, словно получив какой-то невидимый сигнал. Их крики эхом отразились от стен, наполняя воздух первобытным ужасом.
24. Вожак
Время словно остановилось, когда я открыл меню статуса. Пальцы дрожали, будто их пронизывал электрический разряд, но я всё же влил единицы Тираниума в первое, что попалось на глаза — «Громовый шаг». Возможно, подсознание подсказало мне правильный выбор — способность переходила на четвёртый уровень, и я надеялся на дополнительное свойство.
По телу пробежала волна электрического тока, словно тысячи крошечных молний пронеслись под кожей. Покалывание распространилось от ног до самых кончиков пальцев, заставляя меня невольно вздрогнуть. Перед глазами вспыхнуло системное уведомление, и я мельком прочитал его, не вдаваясь в детали:
«Дополнительное свойство: Громовое тело.
Способность меняет название на «Громовое тело». Теперь вы можете оставлять проводящие следы всей поверхностью тела».
В этот же момент я заметил, как изменилась Полина. Её водный дракон на руке преобразился — появились небольшие загнутые рожки, а морда стала более хищной и опасной, словно древнее божество пробудилось от долгого сна.
С улицы донеслись звуки вторжения — первые заражённые начали проникать в квартиру через другие окна. Они заполняли помещение своими телами, словно вода, просачивающаяся сквозь трещины в плотине.
— Они опять пробьют твою стенку количеством! — крикнула Полина, её голос дрожал от напряжения.
Я кивнул, понимая, что спуск вниз сейчас равносилен самоубийству — орда была слишком многочисленной. Новая способность словно указывала путь наверх. Это даст нам время на восстановление Тирана, ведь заражённым потребуется больше времени, чтобы добраться до нас.
— Готовься! — сказал я Полине, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Лезь на спину и скидывай заражённых.
Она кивнула, стиснув зубы так сильно, что, казалось, они вот-вот треснут.
— Что случилось? — спросил я, заметив её напряжённое лицо.
— Усилила… источник и способность одновременно. Всё хорошо, — процедила она сквозь зубы, но я видел, как её руки слегка дрожат.
Я помнил, как болезненно бывает при таких усилениях, и забеспокоился — вдруг она не сможет удержаться?
— Всё… хорошо. Начинаем, — с какой-то злобой сказала Полина, окутывая руку хищным водным драконом, который теперь выглядел ещё более угрожающе.
Я внимательно посмотрел на неё и кивнул. Деактивировал защитную стенку из электрических жгутов, и Полина забралась мне на спину. Я попытался активировать «Громовое тело» и «Электроразрядный хлыст» одновременно на обеих руках.
Постоянно активированное «Громовое тело» сжигало тридцать единиц Тирана в секунду — это было много, но естественная генерация всё ещё перекрывала затраты. Однако хлысты придётся беречь и не отцеплять от рук, иначе я рискую остаться без энергии.
Мои пальцы впились в щели между кирпичами, словно стальные крючья. Когда я приложил ладонь к стене, электрический след вспыхнул подобно разряду молнии, озарив всё вокруг призрачным голубым светом. Энергохлыст, будто ожившая, укоротился до минимума, его кончик с едва слышным щелчком зафиксировался на метке.
На секунду я повис в воздухе, чувствуя, как натянулись сухожилия в руках и плечах. Мышцы кричали от напряжения, но я не мог позволить себе слабость. «Это потребует невероятных усилий», — пульсировала мысль в голове, словно электрический разряд. Не теряя ни секунды, я закрепился второй рукой, понимая, что отцепить хлыст от электроследа будет сродни попытке остановить лавину голыми руками.
Управление хлыстом требовало полной концентрации — нужно было буквально вручную отсоединять его от метки, словно распутывать тончайшие нити паутины. Этот манёвр оказался настолько сложным, что на мгновение я усомнился в своих силах. Но отступать было некуда.
Медленно, словно огромный паук, я начал карабкаться вверх. Полина работала как автомат — её водяной дракон сметал заражённых целыми группами. Они лезли и лезли, рыча и хрипя, будто обезумевшие. Их когти царапали стену, оставляя глубокие борозды, а красные глаза горели в темноте.
«По… мо…» — донёсся слабый голос из толпы. Но его тут же заглушили вопли и вой остальных.
Я замер на мгновение, но времени на раздумья не было. Собрав остатки сил, продолжил подъём. Электрические метки на стене
