Читаем без скачивания Знай свое место - Людмила Фатеева

Мы уже успели раствориться в ночи и снова возродиться в свете дня. Кстати, ночью Инквизитор был совершенно неразличим, и от его повествования веяло уж вовсе зловещим. До сих пор не могу привыкнуть к собственной таинственной природе.

Среди прибившихся к нам Теней нашлось немало лекарей, ученых и прочих полезных особей. Что интересно, среди самоубийц было мало простого люда мастеровых, крестьян. В основном, люди творческие, мыслящие. Вообще-то оно и понятно - чем более умственно развит человек, тем более он уязвим, тем более тонка душевная организация. Иногда, кажется, зашел в такой тупик, что даже лазейки никакой нет, и жизни без решения нет. Вот и получается... В общем, собрал я весь теневой цвет, и организовал своеобразный ученый Орден. Все усилия направили на осуществление нашей мечты - оплотществление.

О, как мы старались! Благо, тени не знают усталости и могут проникать в самые потайные места незамеченными. Ну и поживились мы тогда! Тени, еще хранящие остроту человеческого любопытства и не остывшие от жажды знаний, просочились во все заветные подземелья, во все тайные архивы. Я поделился многими секретами, которые знал по роду своих занятий (инквизитору многое было известно, что тщательно скрывалось от простого люда - многие недавние открытия уже тогда не представляли для нас секрета). Да и опыты последних лет моей жизни пригодились. Специальные шпионы отправлялись на поиски информации. Любая мелочь могла иметь значение. Каждая тень старалась быть полезной. Во все уголки земли летали наши посланцы за дополнительными сведениями, попутно они встречали собратьев и указывали им путь в нашу общину.

"В течение веков менялась конкретная власть направленности деятельности инквизиционных трибуналов, но оставалась неизменной ее реакционная сущность. В 13-15 вв. она в основном преследовала участников народных еретических движений - выразителей антифеодальных настроений эксплуатируемых низов; в 16-17 вв. сторонников Реформации и гуманизма, свободомыслия, представлявших раннебуржуазную идеологию; в 18 в. - носителей идей Просвещения и Великой французской революции 1789-1799. Последний акт сожжения на костре имел место в Испании в 1826 году".

Община росла. А вместе с ней росла и наша уверенность в успехе. Плохо было то, что многие Тени начинали забывать человеческие ощущения. И не покидали нас только благодаря новообращенным теням, недавним самоубийцам, еще помнившим сладость земной жизни. Нашей же основной группе - разработчиков, так сказать, - было легче - нам некогда было думать о смысле существования - мы работали. Нас грели и подстегивали две великие спутницы каждого большого дела - надежда и вера - видно никуда от них не деться, ни в той жизни, ни в этой. Вера бессмертна, если говорить образно - она тоже Тень, принимающая различные образы. На этом я и построил свою теорию.

Не буду утомлять тебя научными подробностями - все равно не поймешь ничего, многое еще неизвестно современной науке. Когда-нибудь, лет через сто двадцать и люди додумаются. Но в один прекрасный день мы поняли: получилось. Не буду объяснять про световые и квантовые поля, энергетические пучки, про молекулярные процессы. Но суть, в общем, такова.

Человеческая вера представляет собой сгусток энергии, которую можно оттянуть на себя. Чем сильнее внушаемость, тем больше вероятность заставить человека поверить в нечто. Возбуждая веру, ты усиливаешь концентрацию энергии и приобретаешь образ, который представляет себе верующий. Чем сильнее вера, тем дольше ты сохраняешь этот образ. В образе, надетом снаружи на тень, ты обретаешь все возможности человека - есть, пить, радовать женщин (в твоем случае, конечно же, мужчин), испытывать все чувства, присущие человеку, сохраняя способности тени. В общем, наш метод позволил стать теням практически неуязвимыми и жить, получая все доступные наслаждения. Наша, можно сказать, мечта осуществилась. Оставалось подтвердить на практике"...

Ирина спохватилась лишь перед дверями института. И выругала себя. Придется вычищать сознание, чтобы предстать перед "Федей-Артуром" дура-дурой. Ирина зашла за угол, чтобы не испугать прохожих своим внезапным исчезновением, сосредоточилась, надолго остановила дыхание и работу сердца, и начала таять. Инквизитор все предусмотрел, словно заранее знал, что ей понадобится, какие знания и навыки пригодятся. Вот умища-то у кого! Его бы в Мир вытащить, да Учителем теневым сделать. Да только ему это надо?

Минут через пятнадцать уже прозрачной, невидимой человеческому глазу тенью взмыла в воздух. Достигла третьего этажа и просочилась в крохотные зазоры между тонированными стеклами и рамой.

2.

Артур

Артур не торопился возвращаться к работе. Он припарковал машину за два квартала и пешком добрался до института. Но входить не стал. В тени кустов была искусно замаскирована скамейка, изредка скрывавшая Артура от посторонних глаз. Оттуда ему было видно крыльцо института, всех входящих и выходящих. А его не видел никто. Не надо даже тратить силы на сбрасывание образа. Что ж, задание шефа выполнено - контакт с Дашей установлен, зерно посеяно. Как примерный подчиненный, он постарался на славу. Теперь можно подумать и о себе. Артур нырнул в кусты и вернулся к недавнему разговору.

Прислушавшись к себе, Артур с удивлением осознал, что не боится шефа ни капельки. Впрочем, он и раньше не испытывал особого трепета перед начальником. И не слишком обольщался на его счет. Истинную цену Алхимика Артур понял не сразу. Но когда разглядел в нем обыкновенного администратора с президентскими замашками, было уже поздно что-то менять. Да и дурного Алхимик вроде и не делал. От крупных ошибок Артур его предостерегал. А что загребал жар чужими руками, так чиновники они все такие - хочется почитания, всеобщего поклонения, ощущения собственной значимости. В принципе, Артур мог понять Алхимика. И не чинил ему препятствий. Правда, иногда поднималась глухая злость на этого самодовольного индюка, занимающего не свое место. Хапнул Большую Королевскую Печать - и знай верши судьбы. У Артура бы все получалось изящней, легче. И толку бы было больше, замени Артур шефа. Но он давил в себе эти бунтарские порывы, понимая всю их бесполезность, и ограничивался осторожным ворчанием наедине с собой. Конечно, он прикидывал так и этак, прокручивал варианты, но всякий раз убеждался в неминуемом провале, за которым непременно последует жестокое наказание. Время от времени Артур сооружал очередной воздушный замок, но скрупулезный анализ развеивал изящную постройку в дым. Никак не подворачивалось возможности единым духом перемахнуть бессчетные ступеньки, чтобы оказаться на самом верху. Нужен был помощник. И не рядовая Тень, а гениальный или, по крайней мере, талантливый интеллектуал. Но как подчинить себе такого? И все возвращалось на круги своя.