вдруг посмотрел совершенно серьёзно и натужно вздохнул.
– Как жаль, что тебе всего шестнадцать, – напевно, ласковым полушёпотом проговорил он и сделал шаг, вклиниваясь в личное пространство так бесцеремонно, что Влада мысленно ахнула.
Юра был значительно выше, намного шире в плечах, а смотрел настолько нагло и прямо, что вдруг на передний план вышло единственное желание: спрятаться от этого подавляющего превосходства. Никогда прежде Влада не чувствовала себя настолько уязвимой. Чтобы до внутренней дрожи, до трепета, который она подавила силой воли.
– Жаль? Почему? – уточнила совершенно наивно.
Её голубые глаза распахнулись шире, а мужское внимание стало приносить ощутимый дискомфорт.
– Потому что у меня так много желаний и, увы, ни единой возможности их исполнить.
– Ну, допустим, тебе и, правда, жаль. Но неужели ты думаешь только об этом?
– Нет, что ты… Ещё я думаю о том: «Как здорово, что тебе всего шестнадцать!»
Влада несдержанно рассмеялась, а Юра воспользовался этим и легко коснулся указательным пальцем её щеки.
– И почему же здорово? – тут же среагировала она, но настроение было уже совсем не то.
– Ещё столько всего впереди. У меня будет время, чтобы оторваться, а у тебя время, чтобы привыкнуть. Привыкнуть к тому, что я рядом. Мы узнаем друг друга лучше и…
Влада решительно отступила и тряхнула головой, сбрасывая морок и наваждение.
– Ну, хватит! Пожалуй, ты прав, и некоторые мысли лучше будет оставить при себе.
– Влада, – пророкотал он, но в ответ получил только категоричный взмах ладони.
– Я просто сделаю вид, будто ничего не поняла. Снова.
В этот момент кто-то прошёл мимо. Юра среагировал мгновенно и расправил плечи. Достаточно для того, чтобы не позволить постороннему вклиниться в их историю, которая сейчас и без того трещала по швам. Влада оценила уверенную стойку и окончательно «закрылась». Дальше ей было неинтересно.
– Ты сейчас этим неосторожным движением перекрыл мне воздух, спрятал солнце и украл свободу. А я всё это очень ценю, – коротко и предельно строго улыбнулась она. – Не делай так. Я больно кусаюсь, – добавила и уверенно прошла мимо, тогда как Юра остался, чтобы проанализировать ситуацию и выделить ключевые ошибки.
По всему выходило, что Влада весьма настороженно относилась к любым прикосновениям и не терпела посягательств на свободу. И вот сейчас Юра был вынужден смотреть, как малышка уходит, заставляя чувствовать себя неудачником. Наверно, вот так стоять он мог бы бесконечно долго, но Влада оказалась слишком притягательна. Даже пересечь холл ресторана без приключений не смогла. Он толком и не понял, что произошло, и в какой момент обычная заминка в дверях переросла в нешуточный конфликт.
Двое кавказцев сделали Владе замечание – это то, как ситуация виделась со стороны. Она ответила. Накрученная неудачным разговором с Юрой, ответила грубо и эмоционально. Горячие парни восприняли её грубость буквально. Вспыхнула и Влада – она не привыкла уступать, а, может, реально надумала согнать спесь.
Несмотря на то, что Юра сорвался с места, как только заминка случилась, погасить конфликт у него не было ни единого шанса. Один кавказец схватил Владу за волосы. Правда, желание научить её манерам на пользу не пошло. Всего пара неуловимых движений, короткий болезненный вскрик и смуглая ладонь, прибитая к деревянной панели стены, оказалась точно на уровне глаз. И вот этот придурок стоял, пристёгнутый, словно коллекционная бабочка, а Влада продолжала что-то тихо выговаривать. Учить манерам дикарей – вот такое у неё милое, невинное хобби.
Юра сглотнул, сгоняя подступившую тошноту обратно в желудок, и дёрнул Владу на себя. В светлых глазах было холодно и пусто. В них было жутко.
– Что ты творишь? – жёстко воскликнул он. Тоже на эмоциях.
Влада криво улыбнулась и одним демонстративно независимым движением сбросила его хватку с плеча.
– Погорячилась, бывает, – сморгнула она наваждение и посмотрела в ответ невинно и до смешного проникновенно. Вот только смешно не было.
Кавказец по-прежнему корчился над своей ладонью, его друг замер в испуге, как школьница. Вероятно, от горячей кавказской крови у них осталась только эмоциональная вспышка и южная внешность. В девчонке, что стояла совсем рядом, Кавказа было на порядок больше. В ней было больше силы, больше воли, а ещё желание выжить. Именно это читалось в отстранённом лице, в отстранённом взгляде. Это было в ней.
– Что же я наделала, – вдруг прошептала Влада и нахмурилась. Взгляд застыл на окровавленной ладони. Так показалось изначально.
– Идём отсюда, – зло прошептал Юра, но не смог удержать, когда Влада ринулась к раненому.
Она не собиралась оказывать первую помощь. В этой очаровательной головке не возникло мысли раскаяться или хотя бы извиниться, признать ошибки. Малышка со всей дури дёрнула клинок на себя. Мужской болезненный крик скупо цедился между зубами, а она в это время бесцеремонно обтёрла лезвие об отворот его пиджака.
– Это очень дорогая вещь, – пояснила Влада, пытаясь оправдать свою порывистость.
И нет, в ней в это мгновение не было ни капли сожаления. Не пошёл испуг, не пошёл откат. И такая реакция заставляла задуматься. Влада просто взяла и «сломала» двух взрослых мужиков. Так, что у тех не возникло желания что-то выяснять, не родилась мысль возмутиться. Эти ребята вспомнили только убраться подальше, чтобы их не ткнули носом в позор. Юра увёл Владу от посторонних глаз.
– Сдурела?! – выдохнул он, но в этом возгласе не было ни капли злости, только понятная досада: он не смог её защитить.
Влада, оказывается, тоже демонстрировала чудеса терпения и не преминула об этом напомнить:
– Я отношусь к тебе нежно и трепетно, но не до такой же степени. Прекращай меня хватать. Иногда инстинкты срабатывают быстрее здравого смысла.
Это было предупреждение. До невозможного прямое. И его следовало принять к сведению.
– Какие, на хрен, инстинкты?! – взвыл Юра, чем заставил усмехнуться: не робот – человек. И его вполне реально сорвать с орбиты.
– Крутым столичным бизнесменам такие приключения и не снились. Кто знает, может, когда я привыкну к твоему присутствию рядом, появится желание поведать страшную сказку на ночь?.. Но пока нет. Пока все тайны останутся при мне, – заявила она и собиралась уйти, как Юра снова перехватил за плечо.
На это оставалось только покачать головой: «друг» так ничего и не понял.
– Ты сумасшедшая! – возмутился он и её взглядам, и каким-то там предупреждениям. – Куда собралась?!
– Из-за этого урода я испачкала платье, – «мило» улыбнулась Влада. – Если кровь схватится, отстирать будет сложнее.
По мужскому лицу прошла судорога напряжения. Он окинул Владу взглядом и, действительно, на её платье заметил россыпь мелких бурых брызг. Юра брезгливо поморщился, а когда раздалась вибрация телефона, и
