полез в сумку.
Планшет с подорожными и паспортами лейтенант осматривал так, словно держал в руках стопроцентную подделку. Кривился, сопел и покачивал головой, а я наблюдал этот спектакль, прихлебывая остывший чай.
- Что ж, придется вам, гости дорогие, прогуляться с нами до заставы, - захлопнув, наконец, крышку планшета, заключил лейтенант. - Разберемся, кто здесь стрелял, кто кого задрал… и откуда у обычных контрабандистов такие подделки.
- Подорожные настоящие, - заметил я.
- Разберемся, - прищурившись, ответил лейтенант и кивнул своим солдатам. - Ромов, Край, заковать их. Унтер, возьмешь пяток солдат и пойдешь дальше с дозором. А этих мы доставим в расположение. Приказ ясен?
- Так точно, господин лейтенант. - Подскочивший к офицеру седой фельдфебель вытянулся перед ним во фрунт и, откозыряв, принялся выкликать солдат, что отправятся с ним дальше по маршруту. А нас с Грегом уже заковывали в наручники, увидев которые, я вздохнул. Край непуганых идиотов. Веревками связать руки и то было бы надежнее…
Глава 6. От Севильи до Гренады
Вопреки моим ожиданиям, связанным с памятью о не такой уж давней поездке в «лес», нынешние конвоиры обращались с нами довольно бережно. Взгромоздили на лошадей и шагом, не переходя на тряскую рысь и уж тем более на галоп, повели в Сувалки, к ближайшей заставе Августовского пограничного отряда.
Ночь не лучшее время для походов в гости, и уж тем более оно не подходит для визитов в военную часть. Встревоженные солдаты, разбуженные посреди сладкого сна командиры… в общем, не самая спокойная обстановка. Поэтому неудивительно, что поглядев на доставленных в часть «подозрительных лиц», явно недавно продравший глаза штатный следователь Финансового управления, дюжий мордоворот в расстегнутом кителе при капитанских погонах, только недовольно хмыкнул и, осклабившись, отправил нас с Грегом на гауптвахту. До утра. После чего, отмахнувшись от недовольного лейтенанта, следователь развернулся и ушел обратно в дом, досыпать.
Грегу явно не пришлось по душе такое развитие событий, судя по источаемому им недовольству, но на выражении лица это никак не отразилось. Нас разместили в соседних камерах, и я решил не терять времени даром, постаравшись поудобнее устроиться на жестком топчане, куда никто и не подумал бросить даже охапку сена, я уж не говорю про тюфяк или одеяло с подушкой. Мелочь, а неприятно. Ну и черт с ним, на пленэре и похуже бывало. Здесь хотя бы комарья нет…
А утром нас Грегом, по очереди, пригласили к следователю. Помимо него, в небольшой допросной присутствовал и вернувшийся из патруля лейтенант со своим бравым фельдфебелем.
- Грегуар Орнье и Рихард Рогов. Я, капитан Строгов, а это, лейтенант Рорк. - Следователь, на этот раз, в противовес нашей ночной встрече, отутюженный, при параде, откинулся на спинку скрипучего стула и, небрежным жестом бросив на обшарпанный стол наши документы, взглянул на нас поверх нелепо смотрящегося на крупном, мясистом лице пенсне. - Не скажу, что мне очень приятно познакомиться с вами, господа. Не примите на свой счет, но согласитесь, девять смертоубийств не лучший повод для знакомства. Итак… Сейчас вас разведут по разным комнатам и допросят. Попрошу вас не утаивать сведений от наших специалистов. В данном случае они уполномочены просмотреть ваши сознания.
- Боюсь, в отличие от Грегуара, влезть в мой разум у ваших мозголомов не выйдет. - Развел я руками.
- Вот как? - прищурился следователь. - Интересно… Объяснитесь, господин Рогов.
- Наедине. - Я бросил короткий взгляд на изображающего истукана лейтенанта и его унтера. Капитан проследил мой взгляд, покатал желваки и через несколько секунд размышлений недовольно кивнул.
- Лейтенант Рорк, фельдфебель. Оставьте нас, - нехотя проговорил капитан, и пограничники, переглянувшись, молча шагнули к выходу. Субординация, однако.
Стоило нам остаться в допросной втроем, капитан побарабанил пальцами по столу.
- Итак… о чем вы хотели поговорить… наедине? - задал вопрос капитан Строгов.
- Не поговорить. Показать. - Покачал я головой и протянул руку к своей подорожной. - Вы позволите?
- Хм. Прошу. - Небрежно кивнул капитан, двинув плотный лист в мою сторону. Легкий конструкт ложится на бумагу, и та, чуть полыхнув, разделяется на два листа. Беру нижний и протягиваю его капитану. Тот смотрит с опаской, но все же принимает бумагу из моих рук и углубляется в чтение. Быстрый взгляд в мою сторону.
- Вот как, господин Рогов… - закончив чтение, капитан поправил пенсне и снова откинулся на жалобно заскрипевшую спинку стула. - Этот вопрос не в моей компетенции. Охрана!
В кабинет тут же вломился лейтенант, а следом за ним и нижние чины из тех, что вели нас в допросную.
- Лейтенант Рорк, побудьте с нашими гостями. Если возникнет надобность, я у полковника Корфа на докладе. - Следователь поднялся из‑за стола и, сложив все документы в мой же планшет, шагнул к выходу.
- Господин капитан, а можно приказать подать нам чаю? - поинтересовался я, когда тот проходил мимо. Ну а что, ели‑то мы последний раз еще ночью, а сейчас уже полдень на подходе.
- Лыков, распорядись об обеде. - После короткого кивка уже шагнувшего к двери начальства приказал лейтенант, и фельдфебель, кивнув, порысил вслед за исчезнувшим капитаном. - Охрана, на выход.
Солдаты покинули комнату, а следом за ними вышел и лейтенант. Ну да, допросная небольшая, так что от такого количества народа здесь просто тесно. Да и пить чай под взглядами почти десятка человек удовольствие небольшое.
Через несколько минут тишины дверь в допросную отворилась, и вернувшийся фельдфебель поставил на стол перед нами поднос с двумя тарелками густого горохового супа, парой луковиц с длинными зелеными перьями, солью и крупно нарезанным серым хлебом. Тут же притулились два стакана в массивных подстаканниках, почти доверху налитые сладким чаем. Ого, интересно, здесь всех «сидельцев» так кормят?
- Звиняйте, барин. Чем богаты, - прогудел он. Но от супа шел такой одуряющий аромат копченостей, что никаких возражений против такой «скромной трапезы» и быть не могло.
- Оставьте, господин фельдфебель. Такой славный суп не в каждом ресторане попробуешь. - Принюхавшись, улыбнулся я. И ведь ни словом не соврал. Просто мало в каких заведениях подается подобное блюдо. Но вкусно ведь, этого‑то не отнимешь.
Унтер улыбнулся и вышел за дверь. Терять время зря мы с Грегом не стали и тут же накинулись на горячий обед. Не прошло и десяти минут, как тарелки и стаканы опустели, и я довольно откинулся на спинку стула, не менее
